Выбрать главу

Однако на сей раз кто-то, очевидно, этот урок прослушал.

Когда стюардесса забрала у Квина поднос, он опустил спинку кресла, пытаясь предаться забытью. Однако как ни старался, не мог избавиться от атакующих его дум, которые, хотя и никуда его не привели, но не давали погрузиться в сон, в котором он остро нуждался. Он закрыл глаза, надеясь угомонить внутреннюю дрожь. Но мысли, сделав очередной вираж, вновь поставили его перед ключевым вопросом.

Почему именно он?

Ведь он не был сотрудником Офиса. А выполнял лишь отдельные поручения. Что бы ни происходило в пределах этой организации, на него это не должно было распространяться.

По мере того как его одолевал сон, из глубин сознания на поверхность стал всплывать ответ. Но появился он не в виде конкретной мысли, а скорее походил на нечто вроде предчувствия.

«Таггерт».

Где-то между Лос-Анджелесом, недолгой остановкой в Осаке и приземлением в Бангкоке они потеряли воскресенье. Путешествие из Америки в Азию всегда было в определенном смысле болезненным. Линия перемены дат взимала весомую пошлину с тех, кто отважился на вояж протяженностью в половину земного шара.

Проведя в Таиланде несколько часов, они вновь поднялись в воздух. Казалось, Нейт был обескуражен, когда Квин сказал, что путь их не окончен. Однако, надо отдать ему должное, промолчал, оставив все вопросы по этому поводу при себе. Второй перелет оказался значительно короче, хотя в результате они оказались за тридевять земель от всякой цивилизации.

Когда самолет после приземления стал приближаться к терминалу, в динамике раздался голос стюардессы:

— Компания «Тай эруэйз» рада пригласить вас в город Хошимин.

Во Вьетнаме было утро, но, судя по тому, как дрожал воздух над взлетно-посадочной полосой, жара стояла несусветная. Если не считать двух-трех облаков на горизонте, небо было ясным. Перед высадкой Квин огляделся по сторонам. Некоторые пассажиры начали доставать из-под сидений вещи. Он продолжал терпеливо ждать.

Перед отъездом он опустошил свой сейф, забрав из него все содержимое, кроме оружия. Помимо портативного компьютера в нем хранилась добрая дюжина паспортов — американский, канадский, швейцарский, финский, германский, российский — каждый на разные фамилии. Кроме того, множество кредитных карточек, десять тысяч долларов США наличными, флэш-карта на два гигабайта памяти со всякого рода информацией, включая список контактных лиц. Прихватил он с собой также блокнот с многочисленными страницами виз для въезда в различные страны мира. Все хрупкие предметы багажа он сложил в потайное отделение дипломата. Если бы у стойки проверки вещей Квина попросили включить портативный компьютер, его содержимое вряд ли вызвало бы чье-либо подозрение, поскольку выглядело как у типичного бизнесмена. Карты, графики, таблицы и прочая графическая информация, какой бы впечатляющий вид она ни имела, не представляла столь большой важности, чтобы привлечь к себе чье-то внимание.

Во время полета в Бангкок Квин, зайдя в туалет, вложил вьетнамские визы в их паспорта, предварительно поставив на них соответствующую дату. Для этой цели у него имелась при себе маленькая, величиной с ладонь, сумка с печатями. Завершив дело, он тщательно проверил, не бросается ли что-либо в глаза, выдавая подделку.

В Бангкоке, когда им пришлось по вьетнамской визе покупать билеты на дальнейший полет, его уловка сработала. Но там они имели дело с таиландской компанией. Теперь же они были в Хошимине, и им предстояло предъявлять документы самим вьетнамцам.

Квин положил свой паспорт в нагрудный карман рубашки и достал с верхней полки дипломат. Потом вместе с Нейтом присоединился к очереди пассажиров, покидающих самолет.

— Это что, насмешка? — достаточно громко, чтобы Квин мог его услышать, произнес Нейт, когда они подошли к выходу.

За дверью их ожидал не привычный для всякого цивилизованного человека трап, а примитивное древнее устройство — лестница на колесах.

Квин метнул в ученика тяжелый взгляд.

— Прости, — поспешил извиниться тот.