Злыдни продолжали рассматривать их в абсолютной тишине, − только заведенные мотоциклы рычали где-то в кучах мусора.
Якоб счел их молчание за согласие и поскакал к Алексею. Лапы оборотня немного разъезжались. Понимая, что это может быть его последний шанс, Алексей отпихнул клыкастую морду ногой и заорал:
− Я видел дорогу истины, братья! Я ВИДЕЛ ЕЕ!
Злыдни оживились. Их вожак вскочил на капот помятого кабриолета, нажав ногой на клаксон. Мерзкий гнусавый звук разнесся по поляне.
− Слышали ли вы то, что слышал я?! Дорога истины ждет нас! − проревел бочкообразный злыдень, воздевая руки над головой. − Так чего же мы ждем?! Во имя повелительницы, братья!
− Круши!
− Ломай!
− Кусай и рви!
Клацая железными зубами, злыдни бросились мутузить революционеров. Те не ожидали столь яростного отпора и немного затормозили. А когда Милован Ферзь попробовал создать новое заклинание, выяснился любопытный факт − на злыдней совершенно не действовала магия. Все попытки их заморозить, подбросить в воздух, усыпить или зачаровать оканчивались провалом. Выходило так, что Дети Красного Болота проигрывали случайным союзникам Алексея уже второй раз за неделю!
Сам Алексей, подхватив Каррота, отполз подальше и спрятался за импровизированным троном вожака. На их глазах разворачивалось грандиозное, но совершенно нечестное сражение. Злыдни размахивали битами, дубасили всякого, кто попадется на пути, и орали несвязанный бред, − пока революционеры пытались отбиться и при этом не потерять лицо.
Ферзю не посчастливилось стоять в первых рядах. Лысый мужик в дырявой жилетке сбил его с ног и как следует извалял в грязи. Оборотня Якоба оседлали верхом. Злыдень, сделавший это, размахивал над головой горящим шампуром и горланил песни. Несколько существ у забора сцепились в огромный дерущийся клубок. Все, − кроме, наверно, самих революционеров, − наслаждались происходящим.
Закончилась потасовка неожиданным образом. С неба спикировало существо, покрытое черными перьями и с мужским лицом, приняв у земли человеческую форму. Таких, в сказках называли алконостами. По его свистку на свалку вбежал целый отряд водяных.
Завидев знакомые доспехи, злыдни утратили к драке всякий интерес. Они попытались скрыться, но большинство не успело даже добежать до мотоциклов. Водяные использовали некий газ: он вытек из отверстий на их бронированных рукавицах и распространился по поляне за долю секунды. В нос Алексею ударил аромат полевых цветов. Он сразу почувствовал себя сонным и невероятно счастливым.
К потрепанной кучке революционеров, загнанных в угол, подошел алконост. Он был облачен в строгую иссиня-черную форму схожую чем-то с его опереньем.
− Дети Красного Болота, не так ли? Меня зовут Иннокентий Выстропер, я инспектор имперской гвардии. В связи с нарушением более полусотни законов Империи, грабежом, подрывной деятельностью и призывам к нетерпимости к определенным классам населения, вы арестованы. Ваши права будут зачитаны позже.
Вяло сопротивляющихся и выкрикивающих антимагические лозунги преступников заковали в потрескивающие искрами наручники. Оборотня ловили по всей поляне. Удирал тот, на удивление, резво, несмотря на то, что в драке ему подпалили хвост. Видя это, Алексей возликовал. Все закончилось, они спасены!
Но Каррот вдруг начал тормошить его, привлекая внимание.
− Ну что еще?
− Надо уходить, и как можно скорее.
Несколько водяных, громыхая причудливыми доспехами, приближались к ним.
− Алексей Чердак, уроженец Светломира? − прозвучали одинаковые голоса из динамиков.
− Вы обознались. Он туда побежал, − ляпнул Алексей.
Сквозь пелену газового дурмана прорывалось осознание.
− Вы подозреваетесь в совершении ряда преступлений на территории Империи. Не оказывайте сопротивления. Вы арес-арес-тованы.
Глава 17. Суд
Арестованных отвели на стоянку за свалкой и рассадили по бронированным контейнерам для скорейшей транспортировки к башне Совета. Алексей оказался в грузовике со злыднями, а вот Карроту повезло меньше. Внутри контейнеров витал все тот же цветочный запах. Злыдни, прикованные к скамьям, затянули вдруг торжественную песню похожую на гимн собственного сочинения. За свою судьбу эти ребята предпочитали не волноваться. Вот и Алексей не стал. Глаза у него слипались, а мысли в голове возникали исключительно хорошие:
«Как же здесь уютно. И компания хорошая. Голоса, конечно, не очень, зато поют с душой. Интересно куда нас везут? Наверно награждать за поимку революционеров. Папа точно будет гордиться…»
Прошло много часов, а может пара минут, когда его вытащили из грузовика и под конвоем повели куда-то внутрь грозной башни Совета. Всю дорогу алконост хранил суровое молчание, хотя Алексей неоднократно предпринимал попытки выяснить у него, куда делись перья, и если они сейчас внутри тела, то не щекотно ли ему ходить?