Полностью растерявшаяся Софья повиновалась, заняв заднее сиденье в машине. Происходящее вокруг не укладывалось в нормальную картину привычного мира. Дмитрий оказывается Анатольевич, всегда молчаливый и немногословный как статуя из холодного мрамора, сейчас он вёл себя ненормально, как будто статуя и впрямь ожила. Вдобавок непонятная девушка за рулём и мамина машина, которую ей доверил отец. Дальше ненормальная ситуация продолжилась. Судя по всему, эта Марина права получила не вчера, но опыта у неё было маловато. Она по дороге три раза глохла, один раз их с бибиканьем подрезали за то, что «шкода» по чьему-то мнению очень уж медленно ехала. Дмитрий раз пять хотел езду прокомментировать, но сдержался. В итоге к концу поездки все трое были мокрые как мышь. Марина от управления машиной, Дмитрий от того как она водит, а Софье очень хотелось зажмуриться, каждую секунду она боялась – сейчас они куда-нибудь врежутся.
В четвёртый раз машина заглохла в трёх метрах от дома, и пользуясь случаем, Марина стала рыться в сумочке приговаривая:
– Ключ от парковки, ключ от парковки. Если бы я была ключом, куда бы я спряталась?
Софья наконец-то смогла разжать зубы, вдохнуть полной грудью и сказать:
– Пульт на въезд не нужен, только на выезд. Там на приборной панели такая зелёная кнопка с синим треугольником, на неё нажать, и дверь открывается.
– Спасибо, – обрадовалась Марина.
– Раз приехали – я пойду. Больше я тут не нужен, – Дмитрий открыл дверцу и вышел. Общайтесь дальше без меня.
К удивлению Софьи, стоило им остаться вдвоём, в гараж Марина машину загнала идеально и с первой попытки. Заглушив мотор, обернулась назад и широко улыбнулась:
– Всё, лишних нет и можно не притворяться. Да не переживай ты так, я с четырнадцати лет за рулём. Тут просто город как пешеход пока знаю, вот и промахнулась.
– В автошколе с шестнадцати учат, – растерянно поправила её Софья.
– В автошколе – может и да, а в деревне школ и ГАИ нету, потому там как нормально за руль смог дотянуться – так и ездишь. Я не из деревни, конечно, но почти. Калачинск, слышала про такой город? Ладно, вылезай и пошли.
– Куда?
– Как куда? Домой. Раз командование приказало общаться, то пошли общаться.
В квартире Софья смогла рассмотреть Марину повнимательнее. Невысокая, ростом чуть ниже среднего, она ощущалась какой-то округлой. Не толстой, небольшая склонность к полноте имелась, но это наоборот делало фигуру более женственной, так что Софья немного позавидовала. Лицо тоже было округлым, слегка пухловатые щёки, курносый нос. И кипучая энергия, которую Марина буквально разливала вокруг себя. Сразу как обе девушки сняли верхнюю одежду, Марина сказала:
– Ну давай показывай наше поле боя.
Дома родные стены придали решительности, помогли справиться с растерянностью, так что экскурсию по квартире Софья провела, но комментировала сухо и коротко. Про себя же дала очередной навязанной няньке дня два, за которые она и её выгонит. В отцовский кабинет они, естественно, заходить не стали вообще, комната матери уже была пуста от вещей и выглядела необжитой… Хотя и раньше заглядывая в неё, каждый раз Софья никак не могла избавиться от ощущение чего-то постороннего. Словно мамина комната не часть квартиры, а какой-то служебный пристрой типа кладовки. Мама, пока была жива, здесь проводила мало времени, предпочитая сидеть в зале. Родительская спальня, комната Софьи и гостиная Марину тоже оставили равнодушной. А вот при виде кухни глаза у неё загорелись:
– Вот теперь я начинаю завидовать бешеной, прямо-таки лютой завистью. Это же натуральная мечта любой девушки. Эх, хочу столько же денег и себе такую же кухню. Слушай, а хоть разок воспользоваться ей можно?
– Да пожалуйста, можешь и сегодня, – пожала плечами Софья, – и вообще сколько угодно. Не ограничивай себя с кухней.
– Ух, спасибище. Но всё – ловлю на слове и себя ограничивать не буду, – Марина тут же пробежалась по шкафчикам. – Я в восторге дальше некуда. И посуда-то какая… Это же буквально мечта. Я тут стримы смотрела, как профессионалы готовят, но даже не думала, что хоть раз сама всё это в руки взять могу. Тут такое можно сделать…
– Хорошо, делай.
Мама у неё почти не готовила, предпочитая полуфабрикаты из деликатесов или заказывать готовую еду, и кухня с мамой ассоциировалась меньше всего. Туда чужого человека пустить было проще всего. Посуду же мама вообще покупала исключительно ради престижа и чего-то в этом роде. Да и не задержится Марина тут надолго. Обещать можно всё что угодно, любое обещание сейчас – пустой звук. Но правила игры надо соблюдать всегда хотя бы внешне, этому Софья от мамы научилась давно, поэтому решила изображать из себя хозяйку как полагается.