Выбрать главу

Сварог спрыгнул с коня и, держа топор за древко у самого обуха, зашагал за капитаном меж толстенными соснами, покрытыми зеленым кружевом лишайника. Порой на лице липко и невесомо рвалась паутина.

Чувства, которые он испытывал, оказались, в общем, давно знакомыми по прежним дракам - чуточку свербило в затылке и время, представлялось, бежит чуть суетливее.

Они остановились на опушке и смотрели вниз, прячась за деревьями.

Уардах в ста впереди, там, где кончался пологий склон, виднелось кладбище

– аккуратные ряды густо поросших травой бугорков, и большая их часть зияет круглыми ямками с футбольный мяч диаметром, окруженными свежевзрыхленной землей. Вдали скопище полуразрушенных каменных домиков - не деревня, скорее, небольшой городок. Ограда кладбища давно рухнула, но маленький храм с высокой квадратной башенкой еще держался.

Потом Сварог увидел людей, зачем-то торопливо пересчитал их - да, шестеро, одеты неброско и небогато, но вооружены отменно: короткие, но мощные дальнобойные арбалеты за спиной, на поясе - меч и кинжал, кольчуги, наколенники и налокотники, ощетинившиеся шипами, сапоги с острыми металлическими носами и длинными шпорами, предназначенные явно не для лошадиных боков… Двое стояли у повозки, зорко оглядываясь вокруг. Четверо были поглощены делом. От могилы к могиле переходил высокий человек с густыми, черными волосами - в них над левым ухом порой отблескивал на солнце кроваво-красный самоцвет. Остановившись, он простирал руки ладонями вниз, разведя их чуть пошире плеч, замирал, что-то шепча. Земля на могиле взметывалась вдруг, словно выброшенная беззвучным взрывом, и в образовавшуюся круглую дыру, словно подброшенный, вылетал череп. Черноволосый, вмиг потеряв интерес к могиле, переходил к следующей, а кто-нибудь их трех, тенями следовавших за ним, подбирал череп и совал его в свой мешок. Они работали молча, слаженно, деловито, и это странное зрелище выглядело до ужаса обыденным - не мерцали колдовские огни, не сверкали молнии, не гремели леденящие кровь заклинания. Четверо весьма напоминали вышедших в поле крестьян, если б не вооружение.

– А лошадей все-таки шесть, - сказал Борн.

– Если бы я ими командовал, обязательно посадил бы кого-нибудь в башенку наблюдать за лесом, - сказал Сварог. - Потому что внезапно напасть на них можно только отсюда, из леса.

– Вот именно, - блеснул зубами капитан Зо. - И я бы сунул часового в башенку. А седьмую лошадь спрятал бы в храме. Значит, те из нас, кому метательное оружие не грозит, займутся исключительно башенкой. Лорд Сварог, за этим черным мы и пришли. Точнее, нам нужна его голова. Рубите его в капусту, если столкнетесь, но голову оставьте целой.

Издали, там, где слева кончался лес и начиналось чистое поле, раздался долгий, пронзительный крик, похожий на птичий. Лошади чужаков дернулись, беспокойно приплясывая, но тут же успокоились. Черноволосый и его спутники мельком глянули туда и, пожав плечами, вернулись к работе.

– Ага, - сказал капитан. - Блай с Чабой на месте. - Он положил ствол пулемета на толстый сук, примерился. - Ну, когда моя волынка заиграет, можете вступать.

– Срежьте сначала тех, кто стоит дальше от нас, - сказал Сварог.

– Не учите портовую шлюху брать за щеку, - не оборачиваясь, бросил капитан. - Танцы начались, господа!

Загрохотала длинная очередь, широкая спина капитана затряслась в ритме выстрелов, его понемногу заволакивало сизым дымом. Пули мгновенно срезали тех двух у лошадей, швырнули наземь, скомкали. Лошади забились, пытаясь оборвать поводья. Черноволосый и его люди схватились за мечи.

Сварог, упершись левой ногой в толстый корень, приготовился броском швырнуть тело на открытое пространство… и прямо перед глазами у него полосой взлетели щепа и ветки, по стволам вокруг застучало. Из окна башенки строчил пулемет.

Сварог инстинктивно прижался к стволу, пачкаясь смолой. Он знал, что пули ему ничуть не страшны, но прежний опыт оказался сильнее, и Сварог боролся с ним какие-то секунды. Капитан стрелял по четверым меж могил, а из башенки стреляли по лесу. Перед глазами у Сварога мелькнула спина Борна - штурман выскочил на открытое место, и Сварог, опамятовавшись, кинулся следом, обогнал, потом замедлил шаг и направился к бане, не спеша, вразвалочку, отвлекая огонь на себя. Было немного жутко и любопытно. Справа и слева от него взлетала земля, потом пулеметчик, должно быть, принялся лупить прямо по нему, но ни одна пуля Сварога не задевала. Непонятно было, куда они деваются. Если и рикошетили, то беззвучно. Сварог даже вошел во вкус, едва не помахал рукой стрелку, но подумал, что тот опомнится, поймет - и перенесет огонь на Борна. И побежал к башне. Чуть позади объявился Борн, волшебным образом невредимый.

– Ложись, дурак! - бешено заорал Сварог, схватил топорище обеими руками и рубанул что было сил по стене башенки. Лезвие отвалило здоровенный кусок замшелого камня, как будто это был пенопласт. И все равно, подрубать башню было бы слишком долго. Сварог нырнул в дверной проем с ржавыми остатками петель, побежал вверх по выщербленным ступеням. Поднимающиеся спиралью ступени были высокие, неровные, с обвалившимися краями и какие-то склизкие, бежать по ним было жутко неудобно, того и гляди сверзишься вниз, и начинай все сначала. Рукой хватаясь за замшелую стену, Сварог летел вверх. Над головой захлебывался пулемет, следом топотал кто-то, наверное, Борн. Лестница вилась вокруг толстенной каменной колонны; вот наконец и финал забега: круглая каменная площадка, плиты образуют сектора, сквозь щели пробивается желтоватая травка. Свет льется из крошечного полукруглого окошка и из распахнутой двери напротив него. И из этой двери вдруг навстречу Сварогу выскочил бледный перепуганный человек, паля в него из пулемета чуть ли не в упор. Сварог, уже вполне освоившийся с собственной неуязвимостью, остановился и ухмыляясь уставился на окутанного дымом стрелка.