Выбрать главу

— Думаешь, мы похожи? — прошипела она. — Да ты понятия не имеешь, на что я способна.

Марго рассмеялась.

— Ты всегда так на меня злилась, когда я указывала тебе, что делать. Даже в детстве. Я уж думала, ты — Мисс Независимость. Думала, ты не такая как я. А ты теперь исполняешь приказы от человека, который тебя использовал и бросил умирать? Боже мой, как же повторяется история. Думаешь, мы разные? Дорогая, мы да практически близнецы.

Нет. Нет, нет, нет, нет. Она не допускала даже мысли о том, что каким-то образом стала похожа на свою мать.

Эмма вскрикнула и толкнула Марго. На мгновение на лице ее матери отразился шок — она реально не ожидала, что ее дочь причинит ей боль и царапнула ногтями по стене в поисках опоры. Сообразив, что ничего такого нет, она в последнюю секунду схватила Эмму за волосы. Затем в дело вступила гравитация.

Вскрикнув, Эмма полетела вперед и тяжело приземлилась на Марго. Голова с отвратительным треском ударилась о деревянную ступеньку. Потом они перевернулись, Марго кувырком покатилась с лестницы, Эмма упала на бок. Она больно ударилась ребрами и не сомневалась, что парочку точно сломала, но отмахнулась от этой мысли. Девушка поняла, что упирается ногами в стену, и оттолкнулась от нее. На лестнице не было никаких перил, поэтому Эмма слетела с края ступенек. С криком она упала на пол подвала.

Из неё вышибло весь воздух. Там не было даже ковра, чтобы хоть как-то смягчить удар, лишь голый бетон. Из глаз хлынули слёзы, Эмма металась по полу беспомощно открывая рот и пытаясь набрать в лёгкие воздух. Она смутно догадывалась, что Марго в результате скатилась к подножию лестницы, сильно ударилась о стену и рухнула на пол. У Эммы начало темнеть в глазах, и, чтобы с этим справиться, она помотала головой.

«Не закрывай глаза. Не закрывай глаза. Ночью, когда ты спишь, приходят плохие люди, а она им не запрещает, ей все равно, и о, мама, как ты могла позволить им делать со мной такое? Мне страшно закрыть глаза».

— Не закрывай глаза.

Внезапно перед ней возник Чёрч. Лицо его оставалось бесстрастным, но во взгляде читалось беспокойство. Она сосредоточилась на нем, и темнота исчезла.

— Не могу... дышать... не могу..., — с трудом прохрипела она, ее голос казался чуть громче прерывистого дыхания.

— Можешь, — сказал он.

Она царапала себе грудь, как будто это могло как-то помочь, поэтому Чёрч взял ее ладонь в свою руку и сжал. Другой рукой он ощупал ее грудную клетку.

— Делай маленькие вдохи. Раз-два. Раз-два. Вдох-выдох. Просто потерпи.

Боже, как она ненавидела эту фразу. Эмма покачала головой.

— Она... она... она...

— Она без сознания. Или мертва. В любом случае, в ближайшее время она не очнется. Расслабься.

Эмма кивнула и полностью сфокусировалась на его глазах. На этих удивительных голубых озёрах. Слушала его дыхание и пыталась синхронизировать их сердцебиение.

Чёрч между тем осматривал ее грудную клетку и, когда его пальцы коснулись чувствительного места у нее на боку, слегка нахмурился. Да, точно сломаны ребра.

— С тобой всё в порядке. Я только отойду в другой конец комнаты и сейчас вернусь.

Не дожидаясь ответа, Чёрч ее отпустил и исчез из поля зрения. Эмма сосредоточилась на дыхании и изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Сейчас ей стало легче, но это также означало, что шок от падения прошел. Девушка почувствовала в левом боку жжение, и, хотя теперь она могла дышать полной грудью, у нее не получалось. На глазах снова выступили слёзы.

— Я не хотела, чтобы все так вышло, — прошептала она, когда Чёрч вернулся.

— Знаю, Эмма. Знаю. Прими это.

Он просунул ей в рот три таблетки, а затем подставил горлышко бутылки. Чёрч заботливо приподнял ей голову, и Эмма чуть не подавилась, осознав, что пьет водку. Не успела она всё это проглотить, как он резко обхватил ее за плечи и привел в сидячее положение.

Эмма вскрикнула. Громко.

— О, черт, — простонала она, когда, наконец, смогла подобрать слова. — Больно, мать твою. Что ты мне дал?

— Тайленол, это все что у нас есть. Знаю, это больно, но ты должна поднять руки. У нас ещё много дел и не так много времени, так что помоги мне, Эмма.

Он дал ей еще глоток водки, а потом заставил зажать в зубах карандаш, который она чуть не прокусила, когда Чёрч стянул с нее рубашку. Скомкав рубашку, Чёрч прижал ее к сломанным ребрам Эммы, и от острой боли ее кожа покрылась испариной. Девушка снова вскрикнула, когда он принялся туго обматывать ее эластичным бинтом.

Когда Чёрч закончил, Эмма снова готова была упасть в обморок, но он ей не дал. Вместо этого Чёрч перешагнул через нее и, подхватив подмышки, поднял на ноги. На мгновение она, тяжело дыша, прижалась к нему.

— Ты молодец, — выдохнул он, гладя ее по волосам. — Ты вела себя как чертова психопатка и тебя чуть не убили. Но ты молодец. Просто продержись еще немного.

— Еще? — тяжело дыша, произнесла она и почувствовала, как Чёрч кивнул.

— Ты еще не закончила.

Он вложил что-то ей в руку, потом подвел к стене, где все еще лежала Марго, и Эмма впервые заметила заднюю дверь. Раньше она была заколочена досками; ее закрывал большой кусок фанеры. Эмма попыталась воскресить в памяти заднюю часть дома.

Примерно с торца здания двор уходил вниз по склону, открывая заднюю часть подвала. Правда, Эмма никогда не бывала на заднем дворе, поэтому даже не заметила, что под террасой есть отдельный вход. Пока она ругалась на верху с Марго, Чёрч открыл эту дверь. К дверному косяку был прислонен зловещего вида топор, а снаружи лежал уже покрывшийся тонким слоем снега кусок фанеры.

Эмма посмотрела на руки и обнаружила в них тонкий свитер Чёрча. Тут же в открытую дверь ворвался сильный порыв ветра, и пробрал ее до костей. Она как можно скорее натянула на себя кофту. Ночью обещали грозу, и Эмме показалось, что вдали она слышит раскаты грома.

«Поговорим об обломах, Чёрч. Похоже, я — и гром, и молния».

— Что, небольшая перепланировка? — тяжело дыша, проговорила она и снова отхлебнула прозрачного пойла. — Мне там наверху не помешала бы твоя помощь.

— Мне показалось, что ты отлично справляешься, — пробормотал Чёрч, склонившись над Марго. Он приподнял ей веки, и женщина застонала. — Она скоро придёт в себя. Так что там дальше в твоем плане?

В плане? — Эмма рассмеялась, но тут же об этом пожалела. Она схватилась за грудную клетку. — На случай, если ты не заметил, все произошло несколько неожиданно. Нет, блядь, никакого плана.

— Не тупи, — огрызнулся он, подхватил Марго на руки и понес в другую часть подвала. — Ты должна была об этом подумать, ты давно знала, что хочешь этого. Время, конечно, не самое идеальное, но кто в этом виноват? Так что тебе лучше решить, как ты хочешь убить свою мать, или же мы забросим ее в больницу.

Чёрч так обыденно это сказал, словно речь шла о прополке какого-нибудь запущенного сада. Она нахмурилась и увидела, что он усадил ее мать в то жуткое, привинченное к полу кресло. Чёрч привёл ее в вертикальное положение, и Марго снова застонала.

— Нет. Я не... мы не можем этого сделать, — пробормотала Эмма и, захромав к нему, поняла, что при падении повредила еще и колено.

Она нахмурилась и уставилась на сидящую в кресле сломанную куклу, в которой едва угадывалась Марго. Она казалась изуродованной, как зомби. Или чудовище. При этой мысли Эмма громко рассмеялась, а Чёрч замер, застегивая наручник на левом запястье Марго.

— Она сказала, что мы одинаковые, и я ей не поверила, — истерически засмеялась она. Чёрч повернулся и взглянул на нее. — Но посмотри на нее. Посмотри на меня. Мы абсолютно одинаковые.