— Тэхен, ты только не нервничай… — тут же стала успокаивать девушка, как невинная овечка, будто всегда была так добра.
— Где Мэй? — перебив её сразу задал вопрос, стараясь не затягивать с разговорами в данной ситуации.
— Послушай меня… — продолжила девушка, невольно схватив меня за плечи, из-за чего я сразу поспешил попятиться назад.
— Что я должен слушать? — снова её перебил, срываясь на крик, из-за чего она немного вздрогнула. — Слушать о том, как героически ты её спасала, чтобы я поклонился тебе в знак благодарства? Тебе не кажется это очень странным? Сначала ты угрожала расправой, избивала её из-за меня, а теперь спасешь…
— В смысле избивала? — тут же присоединился к нашему разговору Джин, странно покосясь на девушку.
— Долгая история, — более спокойным голосом ответил ему, снова направив свой озлобленный взгляд на с виду ни в чём не повинную девушку, которая только что поджала свой хвостик. — Не удивлюсь, если ты с Чонгуком за одно, а это твой способ обратить на себя внимание.
— Тэхен, что ты такое говоришь? — вмешалась Эви, немного повысив голос и слегка пихнув меня рукой в плечо. — Разве сейчас так важно, что было давно? Она же её спасла! Подумай только, что было бы, если бы она не доставила её в больницу? Ты должен быть ей благодарен!
— Ага, может быть мне ей ещё ноги расцеловать? — фыркнул я на девушку, из-за чего она устало потерла переносицу и заплатила глаза.
— Учти крыса, если я узнаю, что ты была заодно с Чонгуком, тебе не поздоровится, усекла? — немного склонившись над её ухом, почти шёпотом произнёс я, пытаясь как-нибудь контролировать бурю внутри себя. Я точно уверен, что Трэй что-то скрывает, и под её поступком кроется какой-то план. Потому что зная её, мне не очень верится, что она это сделала от чистого сердца.
Тем временем, пока мы стояли и выясняли отношения, нам поспешил доктор, в специальной белой форме. Выглядел он на шестьдесят лет, высокий и довольно серьёзный с виду мужчина. Его серьёзность меня немного взбудоражила, но по его виду нету смысла строить догадки.
— Вы знакомые пациентки Ким Мэй? — сразу задал вопрос мужчина, что-то перебирая в своих документах. На его вопрос мы утвердительно ответили. — Из вас есть кто-нибудь из родни?
— Да. Я её брат, — прямо ответил на заданный вопрос, ожидая слов врача.
— Ну что могу сказать? Порез на руке не очень-то и глубокий, правда крови она потеряла достаточно. Жить будет, поэтому поводов для волнения нету. Ей сейчас нужен постельный режим и отдых, — деловито сложив руки перед собой, начал мужчина, время от времени поправляя спадающие очки.
Услышав такие слова от доктора, на моём лице непроизвольно засверкала искренняя улыбка. Боже мой, неужели это правда? Она жива! Я был в этом уверен, он с не могла покинуть меня просто так. Облегченно выдохнув, от такой новости у меня как будто камень с души упал. Стало настолько легче, что прямо сейчас готов от радости целый марафон пробежать.
— Скажите пожалуйста, а можно ли зайти к ней ненадолго? — всё ещё по-глупому улыбаясь, немного покусывая нижнюю губу, спросил доктора.
— Думаю, Зайти можно будет на минут пятнадцать, не больше! Только одному человеку! — строго ответил мужчина, как воспитательница указывая пальцем.
— Спасибо большое доктор, спасибо! — добавил я, радостно крича на весь коридор, из-за чего некоторые люди странно косились на меня. Услышав положительный ответ, я не смотря ни на что сломя голову побежал к палате, при этом время от времени радостно подпрыгивая, и по неаккуратности цепляя мимо прохожих людей. Я был настолько счастлив, что это невозможно было передать даже эмоциями. Хочется кричать и прыгать, но в заведении, где остальным пациентам нужна тишина и покой, это не прокатит.
Но как только я оказываюсь возле двери той самой палаты, за которой находится Мэй, я неожиданно останавливаюсь. Снова это чувство вины. Я только сейчас понял, на сколько я виноват перед ней. Можно считать, что она сейчас в больнице благодаря мне, а ведь на её месте мог оказаться я. Но и пусть. Лучше бы было всё именно так. Ведь лучше я уйду на тот свет без единой ноши на душе, чем с душераздирающим чувством вины. Моё лицо знатно поменялось, как только стали лезть такие мысли. Что же теперь будет? Как я смогу смотреть ей в глаза? Даже элементарно находиться рядом? Это ведь из-за меня она пострадала. Из-за меня чувствовала как моральную, так и физическую боль. Сможет ли она простить меня?
Смогу ли я простить себя?
Облизнув пересохшие губы и собрав всю свою волю в кулак, я медленно стал открывать дверь. Сердце неожиданно сжалось как только моему взору показалась брюнетка на больничной койке. Тихо закрыв за собой дверь, я всё ещё стоял у порога, прислонив голову к холодной стене, чувствуя как удушающий ком снова застрял в горле. Не смотря на то, что я стоял в двух метрах от неё, мне было достаточно этого, чтобы увидеть её бедную кожу и исхудалое тело. Тех щечек, которое я мог смотреть вечно и при удобном случае потискать больше нету. На замену к ним пришли хорошо выраженные скулы. По виду явно можно сказать, что она очень сильно исхудала. Такое ощущение, что как только я до неё дотронусь, она рассыпется или поломается, словно хрупкая вещь. Настолько знакомое чувство, как будто я испытываю его каждый день. Чувство, когда душа разбивается в дребезги и ты понимаешь насколько сильно ты начинаешь ненавидеть весь свой окружающий мир. Чувство, когда при каждом виде родного человека, который страдает, не важно по какой вине, твоё сердце болезненно сжимается. После всего того, что со мной произошло, на моём сердце осталось очень много порезов, которые оставят за собой шрамы. При каждом упоминании, эти шрамы будут кровоточить, в последствии причиняя мне боль.
Я не могу смотреть на её состояние. Слишком больно. Слишком больно осознавать, что она пострадала из-за меня. А ведь я когда-то был прав.
Я не смогу сделать её счастливым, потому что причиняю ей слишком много боли.
Сделав несколько шагов навстречу к ней, с каждым шагом мне становилось всё тягостней. Будто с каждым разом мне кладут груду кирпичей. Только на душу и на сердце. Я снова её вижу. Родная. Любимая. По-детски милая и смешная Мэй. Но сейчас… она как будто сама не своя. Она изменилась настолько, что среди толпы я бы её даже не узнал. Разве что по глазам. Её взгляд, её манера запали мне глубоко в душу.
Подойдя ближе, я неуверенно рассматривал её черты лица которые остались по прежнему такие же. Вздернутый носик, чуть розоватые пухлые губы, большие глаза. Она очень похожа на своего брата. Жаль, что раньше я этого не замечал. Бледный цвет её кожи никак не давал мне покоя. Цвет, как у настоящего мертвеца, из-за чего мысли в голове были ужасными. Слишком больно на неё смотреть. Не смогу простить себя за это.
Встав на колени, чтобы я был почти на уровне койки, я чуть дрожащими руками прикоснулся к её руке. Такая холодная. Я чувствовал как к глазам начали поступать солёные слёзы, которым я просто-напросто не мог сдержать, смотря на её лицо. Сейчас в голове только одна мысль.
Это всё произошло из-за меня.
— Мэй… — всхлипнув тихо начал я, нежно сжимая её руку в своих ладонях, тем самым даря ей своё тепло. — Я обещал твоему брату, что обязательно спасу тебя, что на твоём теле на будет не единой царапинки, — слёзы медленно стекали по щекам, из-за чего формулировать свою речь получалось мягко говоря не очень. — Но я не смог сдержать обещания. Я не успел.