Я выдавила улыбку, кивая.
— Спасибо.
Она пожала плечами, разводя руками.
— Наверное, я могла бы найти что-нибудь получше. Но Блэк говорил так, словно он очень спешил. Я не хотела стоять там и ждать, пока ребята с кухни приготовят ему стейк или лосося из запасов. Я решила, что меня только отчитают за то, что я так долго…
— Уверена, это подойдёт, Кико.
Возможно, последнее предложение я произнесла сквозь стиснутые зубы.
Если и так, то Кико не виновата. Ударивший по мне прилив злобы стопроцентно вызван тем, что Блэк сказал ей, что он спешил убраться отсюда.
Уловила ли это Кико, я не знала.
Она улыбнулась, похлопав меня по руке.
— Ну тогда ладно… увидимся, док. Если тебе наскучит наш старик, дай мне знать. Может, мы устроим прогулку на байдарках вдоль побережья, или ещё что. Я тоже хотела проверить ту сторону острова.
Я улыбнулась в ответ. В этот раз это была почти искренняя улыбка.
— Звучит здорово, — сказала я, действительно имея это в виду. — Если ты серьёзно, то я определённо в деле. Я мало плавала на байдарках, но постараюсь не тормозить тебя.
Она рассмеялась.
— Думаю, ты справишься отлично. Учитывая, сколько ты в последнее время тренировалась, я уверена, что это я буду тебя тормозить.
Улыбнувшись ещё шире, она снова похлопала меня ладошкой и повернулась, чтобы уйти.
Стискивая деревянный поднос в руках, стоя у наполовину распахнутой двери, я наблюдала, как она сбегает по лестницам в своих армейских ботинках. Я продолжала наблюдать, сглатывая необъяснимый ком в горле, когда Кико быстро зашагала по тропе, петлявшей в сторону пляжа.
Я гадала, разозлилась ли она из-за того, что её тоже не позвали в эту маленькую экскурсию Блэка, учитывая, что обычно она была его правой рукой.
Ну, если не считать меня.
Я постаралась не слишком задерживаться на этой мысли.
Через несколько секунд Кико скрылась из вида, скрывшись в густом лесу пальмовых деревьев, которые окружали бунгало и отделяли дом Блэка от пляжа с белым песком. В её отсутствие пространство вокруг меня сделалось тихим, если не считать разрозненных птичьих криков и звуков прибоя. Высокие деревья также делали местность вокруг дома затемнённой и как будто изолированной.
Посмотрев туда, где птицы порхали с дерева на дерево, садились на цветы гибискуса и чирикали друг другу, я ещё несколько секунд не шевелилась.
Однако я ощутила тот самый момент, когда приняла решение.
Я ощутила момент, когда это решение окрепло, и мои мысли сделались твёрдыми.
При этом мои челюсти тоже напряглись.
Толчком бедра открыв дверь за собой, я задом зашла обратно в дом, держа в руках деревянный поднос.
Я все ещё сердито смотрела вдаль, когда дверь захлопнулась передо мной.
Глава 4
Положить конец этому дерьму
Я закончила расставлять все на столе к тому времени, когда Блэк вышел из другой комнаты.
Не глядя на меня, он сначала прошёл к двери, опустил свой армейский рюкзак на пол у порога. Я чувствовала, что даже сейчас он не хотел моего присутствия здесь.
Я чувствовала — он жалеет, что не сказал Кико упаковать еду с собой.
Все ещё стоя у двери, Блэк сверился с часами, и я буквально чувствовала, как он пытается придумать отговорку, почему ему прямо сейчас нужно упаковать еду и забрать её с собой. Я впервые осознала, что Блэк вновь надел свои армейские часы. Я неделями не замечала их, а до этого почти не видела Блэка без них.
Я знала, что их ему дал полковник.
Стараясь не реагировать на все, что я ощущала и не ощущала от Блэка, я кивнула в сторону кухонного стола, сохраняя максимально нейтральный тон.
— Ешь, Блэк, — сказала я. — Я даже разговаривать с тобой не буду. Обещаю.
Он насупился.
Наградив меня тяжёлым взглядом, Блэк опустил руку с часами вдоль тела.
Я почувствовала, как он в последний раз взвешивает за и против. Я чувствовала, как он пытается решить, не стоит ли ему просто уйти, и не грозит ли это обострением конфликта со мной. Я чувствовала, как он хочет поссориться со мной и в то же время хочет избегать меня. Хочет поговорить со мной и в то же время хочет убежать. Я чувствовала, как часть его ощутила боль, когда я сказала, что даже не буду с ним разговаривать.
Я ощутила тот самый момент, когда Блэк признал поражение.
Я также чувствовала в его свете принуждение, нежелание уходить. Я чувствовала, что он хочет провести эти последние минуты со мной, хоть и хочет удрать.