Выбрать главу

«Я и есть он, — настаивал голос. — Я думал, ты понимаешь. Я — это он, сестра… разве ты не видишь? Я отдал себя ему. Я отдал себя ему, а его — себе. Теперь он — это я. Я — это он».

Я не понимала.

По правде говоря, и не хотела.

Как я и сказала Блэку ранее, мне было все равно.

Мне не хотелось длинных и запутанных объяснений про нас, про него, про меня, про голоса, которые я слышала в своей голове. Я не хотела думать ни о чем, кроме того, что исходило из сердца и разума Блэка, что я чувствовала в его свете и теле. Я не хотела присутствия кого-то другого. Я не хотела слышать мысли кого-то другого.

Пох*й мне, кто это был, или какое-то там магическое-шмагическое дерьмо они хотели мне втолковать. Я просто хотела, чтобы все оставили нас с Блэком в покое. Я хотела, чтобы все и вся просто заткнулись и оставили нас одних — и это относилось даже к нашим сознаниям.

«Я буду тихим, — пробормотал голос, отдаляясь. — Теперь я буду тихим, сестра».

Облегчение заполонило мой свет, когда я ощутила, что присутствие отступает. «Спасибо, Корек. Сейчас не время. Мы поговорим потом».

«Я буду тихим, — проворчал он мягче. — Но я здесь, Мири. Я здесь, и ты замужем за мной. Ты замужем за нами обоими. Ты поймёшь. Ты увидишь… раньше, чем ты думаешь».

Мне это не нравилось.

По правде говоря, мне это совершенно не нравилось.

Я чувствовала, что какая-то часть меня хотела спросить, хотела знать, о чем, черт подери, он говорит. Мой страх усилился, когда я позволила своим мыслям убрести в том направлении.

Я раздавила все в зародыше, пока это чувство не расцвело в нечто неконтролируемое.

Я чувствовала, как Блэк реагирует на мой эмоциональный раздрай даже в те несколько секунд.

Его свет окутал и обернулся вокруг меня. Его руки сжались, все ещё удерживая меня в том сокрушительном полуобъятии, и его член проник в меня, заставив застонать. Его глаза всматривались в моё лицо, и я чувствовала, как Блэк реагирует на колебания в моем свете, на мои эмоции, на мой страх от слов Корека, на моё облегчение, когда присутствие другого видящего померкло.

Но Блэк, похоже, не почувствовал Корека.

Похоже, он не слышал его или меня, когда я обращалась к другому присутствию.

Кажется, он вообще не осознавал присутствие другого видящего.

Этот факт впервые отложился в моем сознании.

Странность этого явления поразила меня, а также несоответствие этого факта с тем, что Блэк слышал, видел и чувствовал происходящее вокруг него в экстрасенсорном пространстве. Кажется, он слышал большую часть моих мыслей, даже когда я не позволяла ему нарочно услышать их. И все же Корек всегда был странным исключением, которое сохранялось, даже когда Блэк был в Париже.

Блэк не слышал Корека.

Более того, похоже, вообще никто не слышал Корека, включая моего дядю Чарльза.

Только я могла его слышать.

Даже теперь, когда свет Блэка открылся и вплетался в меня, когда мой свет открылся, а на моем разуме не осталось щитов. Пусть даже я чувствовала Корека только в отношении Блэка, в связи с Блэком, и да, как будто внутри Блэка. Но Блэк все равно не слышал Корека.

Впервые я по-настоящему осознала, насколько это странно.

И то зловещее предчувствие тут же усилилось.

Это вызвало ожесточённый импульс страха, отчего дыхание перехватило в моем горле. Моя грудь сжалась, отчего становилось сложно думать, сложно дышать.

Жар Блэка омывал меня, не понимая, но чисто животной реакцией отзываясь на мой страх.

Я чувствовала его недоумение, его беспокойство из-за моего страха, его необходимость успокоить меня.

Его свет и присутствие омывали меня, окутывая его жаром, этим ошеломляющим, похожим на печку жаром, и я обнимала Блэка так же крепко, как он обнимал меня, пока мы не вернулись в тот ритм, целуя друг друга в лицо, в губы, в шею, пока наши тела и свет сплетались воедино, сливались друг с другом, пока все остальное, казалось, не объединилось с нами.

Затем я ощутила, как Блэк побуждает меня раскрыться сильнее, и я подчинилась без единой мысли, стараясь контролировать свой страх, затолкнуть его в другую часть своего разума, держать подальше от нас обоих.

Наконец, я сумела запихать его достаточно глубоко и ощутила, как Блэк расслабляется.

И все же я не могла полностью забыть о нем.

Я не могла забыть о Кореке.

Я не могла забыть о том, что сказал Корек.

Я все ещё не понимала — ни полностью, ни частично. Я чувствовала, что какая-то часть моего разума и света обдумывает и сопротивляется его словам, пытаясь понять его присутствие, понять, что я чувствовала за ним, и как это связано с лежавшим на мне мужчиной, как это связано с нами вместе. Я чувствовала, как та часть меня хочет защитить Блэка от того, что я чувствовала. Защитить нас обоих.