Выбрать главу

— Да я поняла уже.

— Знаете что, Ксения? Давайте посидим где-нибудь, а то получается, что я вас всем показываю, со всеми вас знакомлю, еще поймут неправильно…

— А вы так этого боитесь? — поддразнила его Ксения. — Или вы несвободны?

— Вот как раз в этом плане я абсолютно свободен! — Было видно, что он обрадовался тому, как обернулось дело. Еще было видно, что Ксения ему нравится и он рад, что она его поощряет.

Ксения подумала, что он рад наступающей для него новой жизни: вот и женщины красивые на него внимание обращают. И еще Ксения поняла, что он хоть и не семи пядей во лбу, но все же достаточно умен, чтобы сообразить, что не его это заслуга, а его будущего богатства. Да, больно падать будет, Гриша…

— Можно тут где-нибудь посидеть со вкусом? Я есть хочу! — капризно сказала Ксения. — Только не приглашайте меня в тот пафосный ресторан, как его… «Золотая подкова»?

— «Серебряное копытце», — мягко улыбнулся Григорий. — Он вам не нравится?

— Да как сказать… интерьер бы надо сменить, а то эта псевдороскошь купеческая как-то уже не трогает и не впечатляет. И опять же кофе… это просто кошмар! Вот барменшу Люсю точно нужно уволить и взять мальчишку, который умеет с кофемашиной обращаться и кокошник носить не будет.

— Деловая вы женщина, как я посмотрю…

— Да нет, просто клиент требовательный…

Тут улыбка сбежала с лица Григория, потому что навстречу шли две женщины, очень похожие, только одна крашенная в рыжий цвет, а у другой были свои пегие жидкие волосы.

— Здрассти! — сказала рыжая. — Гуляете, значит? Развлекаетесь? Время приятно проводите?

Вторая дернула ее за рукав.

— Здравствуй, Маня, — сухо ответил Григорий.

— Я Таня! — Она агрессивно сделала шаг вперед. — Что, богатство память отшибло? Может, тебе по голове дать, чтобы мозги на место встали и ты наконец имя мое запомнил?

К чести Григория, он не испугался и не разозлился.

— Что это с ней? — спокойно спросил он вторую сестру. — Выпила с утра пораньше?

— Пойдем, Татьяна, — та потянула сестру за руку.

— И то правда, — согласилась сестра. — Нечего с ним разговаривать, такой же гад, как и тетка его. Яблочко от яблони недалеко падает. Уже девицу себе подклеил, рано радуешься!

— Остынь! — строго сказал Григорий. — Тетю еще не похоронили, а ты… А это, кстати, Ксения Голубева, приехала по приглашению Анны Ильиничны вчера и тетю в живых не застала.

— Это которая Голубева? — недоверчиво спросила Маня.

— Сводной сестры Николая Федоровича дочка. — Ксения улыбнулась довольно холодно.

— А, это Тонька-шалава! — противно рассмеялась вдруг Татьяна. — Маманька рассказывала, как переехали они с матерью к дяди-Колиному отцу, так все парни в деревне из-за нее передрались. Уж так хвостом крутила! Потом сбежала с заезжим художником каким-то… он все портреты ее в голом виде писал.

— Таня, идем! — Сестра настойчиво тянула ее в сторону. — Ну сколько можно…

— Да отстань ты, рот мне не затыкай! — Татьяна махнула рукой, и Ксения перехватила ее в воздухе.

И сжала вроде бы несильно, но лицо Татьяны побледнело и перекосилось от боли.

— Моя мать умерла, — медленно сказала Ксения, — так что придержи язык, не то руку лечить долго будешь.

И сжала сильнее, так что Татьяна стала белая от боли.

— Наша мать тоже умерла! — заторопилась Мария. — Что уж теперь считаться…

— Извините, — пробормотал Григорий, когда эти двое наконец пошли своей дорогой. — Никогда раньше Татьяну такой не видел. Правда, и не общался с ней до приезда тетки много лет.

— Не слишком приятная у вас родня, — согласилась Ксения.

Григорий привел ее в небольшое уютное заведение, которое традиционно для этого города называлось «Семеро козлят». Тут было попроще, чем в ресторане, интерьер тоже в русском духе, что искупалось незатейливым юмором.

На стойке бара стоял очень милый мультяшный козленок, приглашающий при желании опускать чаевые в деревянную бадейку рядом с ним.

Григорий с Ксенией сели в уголке под картиной местного художника, где коза с волком пили чай на уютной террасе довольно большого загородного дома, а козлята на лужайке готовились запускать ракету на Марс.

— Расскажите мне о вашей тете, — попросила Ксения за едой, и Григорий послушно это сделал.

И хоть он старался сглаживать углы и опускать неприятные подробности, Ксения поняла, что покойная его тетка была женщиной скверной, скандальной и очень злопамятной. К родне относилась плохо, так с чего это вдруг притащилась сюда из своей Америки? Дела в порядок привести, племяннику фабрику завещать? Странно все же, не похоже на нее…