На установленном на нем каркасе вспыхнуло красными огнями фейерверка огромное сердце. А внутри его – монета с изображенными на ней квадратной решеткой, цепями и короной наверху. А над короной по кругу даже были выписаны слова «один пенни».
– Для тебя, – прошептал Рэйф. – Для моей Пенни.
Это могли видеть все, и одновременно этот фейерверк был чем-то глубоко личным, принадлежащим лишь им двоим.
Пенни. Та женщина, которой Пенелопа была на самом деле и которую пыталась прятать от всего мира, пока Рэйф не помог ей стать самой собой.
У нее задрожали губы.
– Нынче пенни – это жалкий грош.
– Как же ты ошибаешься! Моя Пенни мне дороже жизни!
Рэйф развернул ее к себе и поцеловал неторопливо и так нежно, что Пенелопе показалось: сейчас ее сердце от этого разорвется. Впрочем, и пусть, ведь она знала, что в таком случае Рэйф просто возьмет и снова соберет все кусочки ее сердца вместе.
И так будет всегда.