А старому пастуху не хочется на покой, привык он к своему делу, любит его и до сей поры делал его с душой. Правда, летом ему внуки помогали, но наступил сентябрь, мальчики пошли в школу, приходится теперь одному везде поспевать.
Сел дедушка Опоч на пенек, оперся ладонями о свою палку, задумался: как быть? «Надо, — думает, — собаку-помощницу. Без собаки, видать, никак не обойтись. В деревне собак много, да не каждая может за стадом приглядывать, этому со щенков учить надо. Если сейчас взять щенка да начать к делу приучать — много времени уйдет, эдак волки всех овец перетаскают… Не придумаешь, что и делать…»
От жаркого солнца да от горьких дум заболела у старика голова, встал он с пенька и пошел к реке умыться. Идет, а сам все о собаке думает. Остановился на берегу реки и стал в задумчивости палкой по мокрому песку водить. Глядь, сама собой нарисовалась на песке большая собака. Дедушка Опоч вздохнул:
— Вот бы мне такую…
На берегу из-под горушки родничок бьет. Наклонился дедушка Опоч к роднику, напился, умылся ледяной водой. Вдруг слышит у себя за спиной:
«Ав!»
Старик оглянулся, видит — стоит большущая собака, желтая, как речной песок, и смотрит на дедушку преданными глазами.
Удивился старик:
— Ты откуда взялась?
Собака вильнула хвостом и отвечает:
— Чему ж тут удивляться? Все очень просто. Ты сам меня на песке нарисовал. А пастуху без собаки никак нельзя — это каждому ясно! Вот я и буду теперь с тобой стадо сторожить.
Старик обрадовался:
— Вот хорошо-то! Теперь нам никакой волк не страшен… Надо тебе имя придумать. Ты собака не простая, а волшебная, и имя тебе надобно какое-нибудь необыкновенное.
Собака улыбнулась во всю свою желтую морду и говорит:
— Зови меня Ава.
Дедушка Опоч — старик покладистый, спорить не стал:
— Ава так Ава…
В это время к роднику прибежали два светловолосых мальчика — Микта и Микол, внуки старого пастуха. Они принесли дедушке обед.
Увидели братья собаку, попятились. А старик им:
— Не бойтесь! Это моя собака, Ава. Не простая собака, волшебная!..
— Она злая или добрая? — спрашивает старший внук, Микта.
Собака сама ему отвечает:
— С людьми ласковая, с волками — злобная.
Тут старик рассказал внукам про свое горе.
— Недоглядел я, — сокрушается дедушка Опоч. — Наверное, их волки утащили.
Микта спрашивает:
— А какие овцы пропали?
— Черная и Серая да еще Привередница.
— Ну, тогда их не волки утащили, они сами убежали, — говорит Микта. — Небось Привередница и сманила Черную и Серую. Ты, дедушка, не горюй, мы с Миколом найдем твоих овечек. Прямо сейчас отправимся в лес. Если сегодня не найдем, в лесу заночуем. Завтра воскресенье, в школу не идти.
— Давай возьмем с собой Аву, — предложил Микол. — Она овец по следу учует.
Но Микта сказал:
— Нет, пусть Ава со стадом остается, дедушке нельзя без помощника.
— Правильно рассудил, Микта, — сказала Ава, — дедушке нельзя без помощника. Но недаром я не простая собака, а волшебная. Когда вам понадобится моя помощь, то нарисуйте палочкой на земле собаку, и я тут же к вам явлюсь.
На том и порешили.
Пошли братья в лес. На опушке увидали они Сороку; сидит на дереве, сверху на мальчиков поглядывает.
Микта запел, а Микол подхватил песенку, которую им пела бабушка, когда они были совсем маленькими:
Сорока-белобока
Кашу варила,
Деток кормила…
— Хорошая песенка, — говорит Сорока. — Послушать приятно. А то проходили тут недавно охотники, ни за что ни про что обозвали меня сплетницей. Ну, посудите сами, какая же я сплетница? Просто я далеко вижу, издалека слышу. Как только сунется охотник в лес, я крик поднимаю на всю округу: мол, спасайтесь, лесные звери и птицы, охотник близко! Конечно, охотникам это не по нраву, зато лесному народу на пользу. Несправедливо называть меня сплетницей!
Тут Микта перебил болтливую Сороку:
— Коли ты далеко видишь, издалека слышишь, не поможешь ли нам дедушкиных овец сыскать?
— Отчего не помочь? Вы ребята хорошие: в птиц из рогаток не стреляете, гнезд не разоряете. Помогу! Я полечу погляжу, нет ли ваших овец на болоте, а вы тем временем поищите в лесу. Вечером у этой опушки встретимся. Счастливо!
Сорока улетела, а братья зашагали в лес.
Сначала они шли по дороге, потом свернули на тропинку, но вот и тропинка из-под ног пропала, со всех сторон обступила их непроглядная чаща.