— Благодарю вас. Может быть, я вам позвоню в скором времени.
— Пожалуйста, когда угодно. Если нужен гонорар…
— Поймите меня правильно, — перебил его Мейсон. — Пока все не выяснится более досконально, у меня существует одна клиентка, это Дороти Феннер.
— Да, да! Я вполне понимаю ваше положение, мистер Мейсон.' Адвокат может вести только одно дело, но после того, как все будет кончено, могу вас заверить, что я не останусь в долгу — в финансовом отношении. А пока вы должны все делать для вашей клиентки, а для меня — ничего.
Считаю нужным сообщить вам так же и то, что власти, кажется, располагают какими-то уликами, которые заставляют их торжествовать, ибо эти улики подтверждают чью-то виновность, я боюсь, что этот «кто-то» — Дороти Феннер.
Однако моя позиция вам известна. Пожалуйста, обращайтесь ко мне за любым содействием.
— Как вам известно, — сказал Мейсон, — я представляю Дороти Феннер, но я также представляю синдикат, собственность которого соседствует с вашей и которая…
— Что касается синдиката, — перебил его Дорлей Олдер, — вы можете определенно заверить ваших клиентов, что как только будут закончены все необходимые формальности и бразды правления окажутся в моих руках, они могут рассчитывать на полное сотрудничество со стороны «Олдер ассошиэйшнс».
— Вы хотите сказать, что готовы объединиться с синдикатом в этом деле? — спросил Мейсон.
— Вот именно. Корпорация поступала в этом вопросе довольно жестко и беспощадно, — объяснил Дорлей Олдер. — Я лично был всегда не согласен с такой политикой. Я хочу, чтобы вы поняли, что она теперь будет изменена, насколько это в моей власти, а я полагаю, что скоро моя власть станет весьма большой.
— Это будет для синдиката очень приятным известием, — заверил Мейсон. — Не найдете ли вы время забросить ко мне в офис записку относительно вашего согласия на разведку нефтяных месторождений, которую я мог бы показать моим клиентам в синдикате? Тогда они почувствуют, что я добился для них чего-то осязаемого.
Дорлей Олдер улыбнулся.
— Вы и тактичны, и хитры, мистер Мейсон. Через несколько часов я пришлю вам такое письмо с посыльным. А пока вот вам записка с адресом, по которому, полагаю, можно увидеться с Кармен Монтеррей либо получить о ней какую-то информацию.
В заключение мне хотелось бы поблагодарить вас за вашу профессиональную корректность; могу вас заверить, что вы об этом не пожалеете. А сейчас, если позволите, я должен уйти, так как очень занят, но хочу, чтобы вы разобрались в сложившихся обстоятельствах, как только вплотную займетесь ими.
Олдер пожал руку Мейсону и удалился не обернувшись с тем же достоинством, что и накануне.
Мейсон посмотрел на Деллу Стрит, потом на адрес, указанный в записке.
— Ну, Делла, — сказал он, — похоже, что сегодня мы с тобой обедаем в мексиканском ресторане.
— Ранний обед? — спросила она.
— Ранний обед, — сказал Мейсон, — а пока надо найти Пола Дрейка, отдать ему этот адрес, раскопать данные о внешности Кармен Монтеррей и поставить несколько его агентов наблюдать за рестораном.
— Вечер обещает быть интересным, — сказала Делла Стрит.
— Не сомневайся в этом, — усмехнулся Мейсон.
— А если ваша клиентка была так благодарна за то, что вы сделали для нее до вчерашнего вечера, — заметила Делла Стрит, — можно себе представить, как она чувствует себя сегодня.
— Да уж, конечно!
— Как мне кажется, — улыбнулась Делла Стрит, — при вашей следующей беседе с Дороти Феннер вам лучше бы иметь под рукой секретаря, чтобы стенографировать эту беседу. Долго ли ее продержат, как вы думаете?
Мейсон пожал плечами.
— Это зависит то того, выполнит ли она все мои наставления и не заговорит ли.
— А вдруг не выполнит?
— Тогда они могут задержать ее надолго.
— А если не заговорит?
— Отпустят, возможно, довольно быстро.
— А что, если она все-таки не выдержит и заговорит?
— Тогда они постараются вывернуть ее наизнанку, а ее высказывания и заявления используют против нее же.
— И что мы будем делать?
— Мы, — улыбнулся Мейсон, — приготовимся применить закон «Хабеас корпус» и, если Дороти Феннер до двух часов не даст о себе знать, поедем к судье Лан-кершиму, который, мне кажется, малый разумный. А это вынудит офис шерифа либо предъявить ей конкретные обвинения, либо отпустить ее.
— А если они решат предъявить обвинения?