— Я должен буду заплатить неустойку, как только разорву контракт? — переспросил Мейсон.
— Конечно.
— А контракт я могу разорвать сразу, как только подпишу?
— Нет, это бы нас не устроило. Вы должны будете подождать два или три дня.
— Но вы, разумеется, не будете предпринимать никаких шагов в то время, пока я буду ждать? — поинтересовался Мейсон.
— Разумеется.
Мейсон достал папиросы, закурил и холодно взглянул на Локка.
— О'кей, — произнес он. — Я сказал все, что хотел. Теперь я слушаю вас.
Локк поднялся с кресла, прошел несколько шагов туда и обратно.
— Я должен обдумать это дело.
— Хорошо, у вас есть десять минут для раздумий, — Мейсон вынул часы.
— Ну нет, — запротестовал Локк. — Мне нужно гораздо больше времени.
— Нужно ли?
— Разумеется, нужно.
— У вас есть только десять минут, — не уступал Мейсон.
— Но ведь это вы пришли ко мне, — бросил Локк, — а не я к вам.
— Прошу вас, будьте благоразумны, — перебил Мейсон. — Не забывайте, что я выступаю от имени клиента. Вы должны назвать ваши условия, а моя обязанность передать это дальше. Мне будет нелегко связаться с клиентом.
Локк поднял брови.
— Ну что ж, возможно, нам удастся решить этот вопрос за десять минут. Но я должен позвонить в редакцию.
— Я вас подожду здесь.
Локк быстро вышел к лифту и спустился вниз. Мейсон подошел к перилам балкона и посмотрел, как Локк идет через холл. Он не зашел ни в одну из телефонных кабин, а вышел на улицу. Мейсон вошел в лифт, нажал кнопку, спустился, вышел из отеля и перешел на другую сторону улицы. Затем остановился, закурил и стал внимательно рассматривать дом напротив.
Минуты через три из соседней аптеки вышел Локк и направился обратно в отель. Мейсон перешел через улицу, вошел в отель и последовал за ним, пока не поравнялся с телефонными кабинами. Войдя в одну из них и оставив открытой дверь, он высунул голову и окликнул:
— Локк!
Локк обернулся и посмотрел на Мейсона с внезапным страхом в своих глазах цвета какао.
— Мне пришло в голову, — объяснил Мейсон, — что и я мог бы поговорить со своим клиентом. Тогда я сразу же бы дал вам ответ. Но мне не удалось дозвониться, никто не отвечает. Сейчас, я только заберу монету.
Локк кивнул. Но в его глазах все еще таилась подозрительность.
— Вы так заботитесь о пяти центах. Наше время стоит гораздо больше.
— Может быть, ваше, — ответил Мейсон и исчез в кабине.
Они снова поднялись наверх и уселись в креслах, которые занимали до этого.
— Ну что? — спросил Мейсон.
— Я обдумал дело.
— Надеюсь, — сухо заметил Мейсон.
— Вы знаете, дело, которое вы изложили, не называя никаких имен, может иметь большое политическое значение.
— Но может и не иметь, если имена названы не будут, — вставил Мейсон. — Но для чего мы сидим здесь и тратим время? Назовите вашу цену.
— Контракт, о котором мы говорим, — сухо продолжал Локк, — мог бы содержать условие, что в случае его нарушения должна быть выплачена неустойка в размере двадцать тысяч долларов.
— Вы сошли с ума! — воскликнул Мейсон.
Фрэнк Локк пожал плечами.
— Это вы хотите поместить у нас рекламу. Я лично вообще не уверен, нужен ли нам этот контракт.
— Судя по вашему поведению, вам вообще не нужны никакие контракты. — Мейсон встал и двинулся в сторону лифта, Локк последовал за ним.
— Если вы еще захотите поместить у нас рекламу, — двусмысленно уведомил Локк, — то вы должны знать, что наши цены достаточно изменчивы и подвижны.
— Вы хотите сказать, что они могут быть подстроены? — заинтересовался Мейсон.
— Я хочу сказать, что в этом случае они могут стать еще выше.
Мейсон обернулся и бросил на Локка ледяной взгляд.
— Послушайте, мистер Локк. Я хорошо знаю, с кем имею дело, и обещаю вам, что для вас это легко не пройдет.
— Что именно для нас не пройдет легко? — переспросил Локк.
— Вы все прекрасно понимаете, — бросил Мейсон. — Бог мой! Сколько времени вы издаете эту газетенку, специализирующуюся на шантаже, и все вам сходило с рук. Обещаю вам, что все это плохо для вас кончится.