Выбрать главу

Он быстро шел по коридору отеля, руки в карманах были сжаты в кулаки. Он увидел Тиберия только в последний момент, когда молодой человек встал между ним и лифтом.

- Проход закрыт, - сказал Тиберий.

Валанс сделал шаг назад. Тиберий выглядел переутомленным и крайне возбужденным. У него была двухдневная щетина, и он как будто совсем не изменился с того вечера, когда Валанс был у него дома. На его черных брюках осела римская пыль, можно было подумать, что с ним случилась какая-то беда и он несколько суток не спал и не ел. По правде говоря, вид у него был угрожающий. Он заметно напрягся: готовился к нападению, если Валанс все же попытается пройти к лифту. Эта его решимость и покрытая пылью одежда придавали его облику романтическую элегантность, которую Валанс оценил по достоинству. Однако Тиберий не произвел на него впечатления.

- Уйди с дороги, Тиберий, - сказал он спокойно.

Тиберий приготовился к бою. Раскинул руки и уперся ими в металлические брусья по бокам кабины, закрыв собой дверь лифта, чуть согнул ноги в коленях. Ноги у него были крепкие. Запыленные, но крепкие.

- Что тебе нужно, юный император? Чего ты от меня хочешь?

- Хочу, чтобы вы поговорили со мной прямо сейчас, - отчеканил Тиберий. - Уже четыре дня за вашей чертовой запертой дверью, в вашей гранитной голове зреет что-то ужасное. Вы не пройдете дальше, пока не скажете, что у вас на уме.

- Ты мне приказываешь? Мне?

- Если с Лаурой должно что-то случиться, я сделаю все, чтобы это предотвратить. Вот так.

- Ты меня насмешил. Откуда ты взял, что это должно как-то ее коснуться?

- Просто я знаю: вам ужас как хочется, чтобы с ней что-то случилось. А мне ужас как хочется, чтобы с ней ничего не случилось.

- А тебе не кажется, что мадам Валюбер уже достаточно взрослая и может решать свои проблемы без твоей помощи?

- Зато я не намерен решать мои проблемы без ее помощи.

- Понятно. Но почему ты думаешь, что с ней должно что-то случиться? Лаура Валюбер была во Франции, когда убили ее мужа, разве не так?

- Вас не испугает алиби длиной в две тысячи километров, если вы задумаете с ней расправиться. А вы хотите с ней расправиться, я это знаю.

- Похоже, ты много чего знаешь, Тиберий. И кто тебя так замечательно информирует?

- Мои глаза. Я увидел это у вас на лбу, на губах, в глазах, когда вы заговорили о ней. Вы собираетесь ее уничтожить, потому что так надо.

- Дай мне пройти, Тиберий.

- Нет.

- Дай мне пройти.

- Нет.

Тиберий был сильный, он был моложе Валанса, но Валанс знал, что все-таки одолеет его, если решит драться. Он медлил. Тиберий выдерживал его взгляд, он был готов к бою. Валансу не очень-то хотелось лезть в драку, раз дело можно было решить и по-другому. Если бы он разбил парню лицо, это не доставило бы ему ни малейшего удовольствия. И поскольку он уже решился нарушить приказ министра и предать свои выводы гласности, то может поговорить с Тиберием прямо сейчас. Ведь Тиберий еще до завтрашнего дня так или иначе узнает правду. Возможно, для него будет даже лучше, если он узнает ее от Валанса, из первых рук и сразу.

- Давай-ка выйдем на улицу, - сказал Валанс. - Спустимся по лестнице. Надоела мне эта комната.

Тиберий отошел от лифта. Бок о бок, быстрым шагом они спустились по лестнице. Валанс бросил ключ на стойку портье и вышел первым, а за ним - Тиберий.

- Итак, юный Тиберий? Что тебя интересует?

- Ваши мысли.

- Сожалею. Моих мыслей ты не узнаешь. Одни только факты, и больше ничего.

- Сойдет для начала.

- Тебе повезло, что я вообще тебе отвечаю. Мне еще никогда не приходилось отвечать под тем лишь предлогом, что меня об этом просят. Не знаю, с какой стати я делаю для тебя исключение.

- Потому что я император, - с улыбкой произнес Тиберий.

- Наверно, так. Факты не столь многочисленны, но их достаточно, чтобы понять все - если не разрывать связь между ними, внося ненужные сложности и вовлекая бесполезных фигурантов. Шесть дней назад Анри Валюбер неожиданно приехал в Рим. Вечером того же дня его убили перед дворцом Фарнезе, в момент, когда он хотел встретиться с сыном. Таким образом, на площади находились Клавдий, ты и Нерон, а еще Габриэлла Делорм, которая никому не показалась и никого не известила, что собирается туда. Какое-то время полиция разрабатывала версию с краденым Микеланджело и даже поручила Лоренцо Вителли заняться расследованием внутри Ватикана. Но потом была раскрыта тайна Габриэллы: это все изменило, у преступления появился иной мотив, однако надо было еще доказать, что Валюбер отправился в Рим из-за Габриэллы. Я потратил четыре дня на телефонные переговоры с Парижем и доподлинно узнал, что так и было. В последнее время Анри Валюберу казалось, что его жена слишком часто ездит в Рим: трудно было объяснить эти ее поездки желанием навестить родителей, ведь месье и мадам Делорм живут теперь довольно далеко от столицы. Заподозрив, очевидно, что у его жены появился любовник, он нанял детектива, которому поручил следить за ней: метод нечистоплотный, зато надежный и вполне соответствует тому, что я узнал о характере этого господина. Детектив по имени Марк Мартеле начинал слежку с момента ее прибытия в Рим, он занимался этим четыре месяца. Не спрашивайте, откуда у меня эти сведения. Нет ничего проще: секретарша Валюбера отмечала в ежедневнике встречи своего начальника с Мартеле. Мне оставалось только позвонить Мартеле, ведь после убийства Валюбера он больше не обязан соблюдать профессиональную тайну. Мартеле успел передать своему клиенту фотографии Габриэллы и три отчета, из которых следовало, что у мадам Валюбер есть дочь, проживающая в Риме, что уже восемнадцать лет мадам Валюбер навещает ее и обеспечивает ей очень приличный уровень жизни. На какие средства? Этого Мартеле выяснить не успел. Но недавно он подметил кое-что любопытное: однажды вечером, на одной из улиц вблизи отеля «Гарибальди», мадам Валюбер встретилась с группой мужчин. Минуту или две она шла с ними, а в конце улицы молча отделилась от них и вернулась в отель одна, никто из этих людей не провожал ее. Мартеле пошел за одним из них, по-видимому руководившим группой, и сумел установить его личность. Римской полиции он известен под оригинальной кличкой Колорадский Жук. Это как-то связано с картофелем. Колорадские жуки объедают картофельные листья. В общем, с этим пока не все ясно.

- Плевать я хотел на картофельные листья. Так что с этим Колорадским Жуком?

- Он возглавляет банду грабителей, орудующую в Риме. Но его трудно поймать на месте преступления. Полиция ждет, когда он затеет какое-нибудь крупное дело: после этого его наверняка можно будет упрятать за решетку на долгий срок. Так или иначе, но Лаура Валюбер, супруга состоятельного парижского издателя, водит дружбу с Колорадским Жуком. Ты что-то замолчал, Тиберий?

- Продолжайте, - выдохнул Тиберий. - Выкладывайте все, что знаете, ненужное потом отсеем.

- Лаура Валюбер водит дружбу с Колорадским Жуком и ворами с окраины. Отсюда и средства на содержание Габриэллы - так пишет в своем отчете Мартеле, уточняя, что пока это лишь гипотеза, которая нуждается в подтверждении. Видное положение в обществе, высокий пост, занимаемый ее деверем, Эдуаром Валюбером, регулярные поездки из Парижа в Рим и обратно - все это делает ее незаменимой помощницей при сбыте краденого. Банда орудует в Риме, а Лаура Валюбер за солидный процент переправляет часть похищенного парижским скупщикам. Вот почему полиции не удается отследить, куда девается добыча Колорадского Жука, вот почему Лаура Валюбер упорно не желает летать самолетом. В поезде безопаснее, при посадке не надо указывать владельца багажа. Понимаешь, Тиберий? Ей же надо было где-то доставать деньги, чтобы все эти двадцать четыре года содержать Габриэллу, ведь Анри Валюбер не позволял ей распоряжаться своим состоянием. Она не могла утаить ни гроша из семейного бюджета, Анри Валюбер все скрупулезно заносил в расходную книгу. У супругов Делорм ничего нет. Значит, деньги шли из какого-то другого источника. К этому следует добавить, что Колорадский Жук, чье настоящее имя Венто Риетти, жил неподалеку от дома Делормов. По-видимому, эти двое стали сообщниками сразу после рождения Габриэллы, сначала она участвовала в его делах от случая к случаю, потом это превратилось в систему. Конечно, придется еще выявить кое-какие недостающие подробности, но материала, которым я располагаю, вполне достаточно, чтобы предъявить обвинение. Не очень-то приятная история, верно?