— Ну, силач, готов узреть Прекраснейшую из всех когда-либо существовавших богинь? — Воин встречал меня на выходе из каменной комнаты, где меня одевали. Судя по его предвкушающей улыбке, ничего хорошего у богини меня не ждёт. Ну, мы ещё посмотрим, кто кого. То, что ошейник мне удалось снять, очень приободрило.
Меня несильно подтолкнули в спину в сторону освещённого коридора, а минут через пять мы оказались на улице. Обернувшись, я отметил множество входов, как будто это была многоэтажка. Оказалось, что до этого мы были в каких-то многоуровневых пещерах. Между этажами стояли приставные лестницы, на некоторых карнизах стояли люди, и молча смотрели на нас. При этом там были только взрослые, детей я не увидел вообще.
Странное место.
Шли долго, дойдя до ещё одной пещеры. Вход в неё в высоту был этажа так до второго, или даже третьего, а закрыт он был какой-то блестящей дымкой. Подойдя ближе, понял, что это мелкая сетка от комаров, по типу марли. Точно, вон и попавшие в неё насекомые в некоторых местах висят.
Около входа стоял парень-жрец, рядом с ним два пацана, лет десяти, и уже знакомый толстяк, носитель фонаря. Все они были одеты одинаково, в такие же платьюшки, как и на мне.
— Силач, желаю тебе не сгинуть там, а выйти оттуда жрецом. — Напутствовал меня мой главный сопровождающий с такой ехидной улыбкой, что я опять напрягся.
Он передал свой браслет, которым меня наказывал, парню, а тот его принял так, как будто получил великую драгоценность. Браслет, конечно, красивый, но чего это жрец так радуется, получив управление надо мной?
Меня такая передача прав на мою тушку тоже обрадовала. Всё же граф ошибся, привязали меня не к человеку, а к амулету. Привязка всё ещё есть, я помню, что синяя нитка не оборвалась, когда мана в ошейнике закончилась, но из него теперь можно безопасно вытянуть ману и обезвредить, когда буду убегать. Или, просто выбросить усмиритель и все дела?
Ладно, потом придумаю, пока что даже пытаться убегать рано. Отряд, выстроившийся у входа, насчитывал не меньше тридцати человек, ни один супергерой не прорвётся. Разве что, какой-нибудь супермаг. Хочу быть магом. И я им стану!
Но сейчас ближайшая задача — выжить. Мечтать о карьере буду потом.
По взмаху парня, марля, как живая, отползла в сторону, а я даже не заметил никакого магического воздействия. Впечатляет. Думаю, что она всё же не только от комаров защищает, иначе смысла в таких фокусах нет.
Внутрь пещеры мы зашли впятером, все вооружённые остались снаружи. Марля опустилась снова, но это шанс! Если взять под контроль парня-жреца, то выход для меня не составит труда. Надеть на него усмиритель и отобрать управляющий браслет.
А что, нормальный план. Теперь только время для него выбрать удачное. Как только на меня перестанут обращать внимание, пережигаю свои путы и начинаю действовать.
Различными коридорам, вырубленными в скале, шли мы минут десять, постепенно снижаясь. Сырости вокруг не прибавилось, а вот темнота наступала, постепенно окрашивая всё в серый цвет.
Да, тут было очень темно. Никаких светильников на стенах или в руках моих сопровождающих. Полумрак, (или даже полная темнота, мне толком не понять), и висящая марля на стенах, которая казалась живой серой тряпкой. Живой, потому что исправно отползала с нашего пути.
Мрачновато и грязновато тут в обители Прекраснейшей. Женщина, а за уборкой совсем не следит. Думаю, в этой темноте никто не заметит, как я освобожусь.
Но только я собрался заняться формированием лазерного луча, как мы пришли. Огромная пещера открылась нам, когда очередная марля убралась с дороги, повинуясь движению руки парня-жреца.
Тут было многолюдно. И темно. Реально темно, даже для меня, как в храме бога Ардена.
Несколько толстяков, выглядевших как дальние родственники того, что был с нами, стояли вокруг восьмигранной плиты в центре. За плитой стояло большое зеркало, отражающее плиту, стоящих жрецов и огни вокруг. А позади зеркала вся стена была в этой марле. И эта марля была вся в точках света, как будто гирлянды на ёлке.
Только когда меня подвели вплотную к плите, я понял, что ошибся. Это не марля, это паутина! Сотни больших и маленьких пауков яркими светодиодами светились по всему потолку и дальней стене. Стенка была покрыта сплошной паутиной в несколько рядов, постепенно переходя и на потолок.
Присмотревшись, понял, что светились не сами паучки, светился рисунок на их спинах, который изображал ромашку. Так вот ты какой, Северный Олень, в смысле, Серебряный Цветок. И понятно теперь, какую ты нить даёшь. Я тебя нашёл, но толку-то от этого мало, пока отсюда не выберусь. Значит, надо постараться.