Выбрать главу

Проснулась я, от звука голосов, открыла глаза, мама сидела рядом и тихонько плакала, папа с братом негромко спорили, стоя возле зеркала. Увидев, что я не сплю, папа быстро подошел к дивану, а мама, переместившись на пол, в изголовье, встала на колени и прижалась своим лбом к моему, обхватив мою ладонь руками, судорожно сжимая ее. «Катюша, ты как себя чувствуешь?» - папа. «Да нормально, поспала, легче стало», - я не стала говорить семье о своих подозрениях, лишь бросила короткий взгляд на зеркало, нужно сначала самой разобраться. «Солнышко, нам нужно кое-что знать. Ты только ответь честно, ладно, родная? Это важно», - это уже мама. Мне стало обидно: «Да, я вроде, стараюсь вас никогда не обманывать». Папа присел ко мне на диван и обнял своими ладонями, наши с мамой, сплетенные руки: «Катя, мы не стремимся тебя обидеть или задеть. Мы верим тебе, но знаем, что наша девочка очень переживает из-за своего недуга, считая себя обузой, что совершеннейшая глупость. Ты могла нас обмануть, чтобы избавить от переживаний, это очень на тебя похоже. А теперь главный вопрос, ты встречалась после нового года, со своим бывшим лечащим врачом, Карпатовой Анастасией Игоревной?». Я неуверенно кивнула, папа нахмурил брови, слегка сжав наши руки: «Сколько раз не упомнишь?» - я пожала плечами, - «Примерно раз семь, может восемь. Если честно, то последний раз, буквально на той недели», - мама зашипела, - «Да я ее собственными руками удавлю». - Она строго посмотрела на отца, - «Если ты оставишь это снова, то я сама ей займусь, честное слово!» - она резко поднялась, - «Пойду, перекусить приготовлю», - и не на кого не глядя, вышла из комнаты.

«Катя, когда твоя фобия, стала мешать тебе, жить полноценно, мы с мамой решили попытаться помочь, для этого нашли хорошего психотерапевта. Анастасия Игоревна имела хорошие отзывы, - начал рассказ папа, не расцепляя наших рук и глубоко вздохнув. - Мы, обратились к ней. Маме, она сразу не понравилась, но я настоял. Мы думали, что она назначит пару тестов, а потом какое-то лечение, может даже хорошие препараты, но вместо этого, она назначила сеансы гипноза, а так как сама является гипнотерапевтом, предложила сделку. Она проводит бесплатные сеансы гипноза и пишет, по твоему случаю диссертацию, я согласился. Дело было не в деньгах, поверь, мне почему-то казалось, что она будет лучше стараться, ведь делает это не только для нас, но и для себя тоже. - Папа посмотрел мне в глаза, я впервые видела у него такой взгляд, как у тяжело, больного человека, человека, совершившего большую ошибку. - Мы тогда с твоей мамой поругались очень, но я повез тебя на первый сеанс, казалось все идет отлично, - он тяжело вздохнул, - ты начала хорошо спать, перестала бояться вечера, но это было обманом. Словно, что-то чувствуя, твоя мама приехала на предпоследний сеанс и пробралась в кабинет, оказалось, - он слегка сжал мои руки и отвел взгляд, - что этот недочеловек, вводила тебя в гипноз, погружала кабинет в полную темноту и заставляла идти навстречу своим страхом, попутно создавая их для тебя. Она писала диссертацию не о никтофобии, а о психологических процессах, которые происходят в мозгу у человека, когда он боится». - Я вопросительно смотрела на отца, разве это не то же самое. Сашка прокашлялся и подошел поближе: «Катюша, она сводила тебя с ума, понимаешь?» - я ошарашенно посмотрела на него, и нет, не понимала. Зашла мама с разносом, на котором стояла моя кружка, по комнате поплыл аромат какао, рядом с кружкой лежали не большие бутерброды, мама поставила разнос на табуретку и подвинула ко мне. «Она пыталась свести тебя с ума и доказать какую-то свою дурацкую теорию. Когда я была в кабинете, в тот день, ты была присоединена какими-то проводами к приборам, я так понимаю, они считывали показатели. Она сетовала, - мама прикрыла глаза, сдерживая злость, - что не успевает и нужно поднажать. Не знаю, что меня сдержало, но я дождалась окончание «сеанса» и того, когда тебя заберет папа», - мама прикрыла глаза, а отец встал и крепко обнял ее. «В общем, - продолжил Сашка, - наша мамочка набила моську докторше, папа забирал ее из полиции. Тогда и поднялась, вся грязь, что она творила. Но, к сожалению, никаких бумаг не нашли, было лишь подтверждение, что сеансы проводились не так, как в договоре. Пригласили специалиста гипнолога, он подтвердил, что тебе нанесен непоправимый вред, но прижать докторшу к стенке мы могли, лишь в том случае, если положим тебя в психушку, на полное обследование плюс постановка на учет, в психдиспа́нсере, на всю жизнь», - закончил брат. «Мы не смогли, Катюша. Мы боялись, что от этого, тебе станет намного хуже, и спустили все на тормозах. Врача отпустили, за неимением доказательств, я лично заверил ее, что если она к тебе еще подойдет, то я ее в порошок сотру, - продолжил папа, - но она не просто подошла, а еще сыночка своего подключила», - я вяло удивилась, уже понимая, кто этот сыночек. «Я его видел, когда их дом, наряд полиции, обшаривал и прекрасно узнал, когда увидел здесь. Трудно поверить в совпадение, поэтому, я велел не подходить к тебе, когда провожал его и рассказал все отцу», - подхватил рассказ Сашка, - «Мы вместе съездили в ту клинику, неприятно удивившись, что докторша продолжает там работать. Посмотрели записи с видеокамер, подкупив охранников, но с месяц, тебя там точно не было, мы успокоились», - а я ведь была в клинике, в тот же день, но видимо, после их ухода. Мама потирала плечи, как в ознобе: «Ты никуда не ходила, занималась обычными делами и мы, окончательно убедились, что все в порядке. И очень зря, если бы не Саша, - она посмотрела на сына, в глазах столько благодарности и любви, - я не знаю, что бы было. Этот выродок ведьмы, вводил тебя в гипноз, что-то внушал тебе, а мы не смогли уберечь тебя, опять», - из глаз снова полились слезы, она всхлипнула и уткнулась в бок отца. «Мама, - я постаралась рявкнуть, как можно сильнее, она удивленно посмотрела на меня, - не медленно прекратите себя винить, - я перевела взгляд на отца, продолжая говорить, как можно жестче - какая-то сумасшедшая испортила нам жизнь, а вы решили, что должны за это расплачиваться? Что за глупость! Я совсем не ожидала от вас такого. Я жива, впереди вся жизнь, справимся со всеми трудностями. Нужно было, все таки, рассказать мне все, но ладно уж, тоже хороша», - к концу монолога, я уже будто разговаривала сама с собой, пытаясь переварить информацию, поэтому, не сразу заметила, как жалостливо смотрят на меня родные. Я непонимающе, переводила взгляд, с одного на другого, папа гулко сглотнул и хриплым голосом сказал: «Катя, тот специалист, гипнолог, объяснил, что тебе ввели программу в мозг, на саморазрушение, - он прочистил горло, - твоя фобия будет усиливаться, с каждым годом будет все хуже. Мы подняли всех известных и не известных врачей, Александр Сергеевич, тот гипнотерапевт, помогал нам, искал способы, но ничего не нашел. Если бы не последний раз, тебе бы могли помочь, но он прошел, а записи прошлых сеансов пропали, когда за ними приехала полиция, их не смогли найти. Если честно, то там военные замешены, поэтому мы не удивились. Договариваться с виновницей всего, было бы глупо, неизвестно, что бы она еще сделала. Мы не хотели ничего говорить, надеясь на чудо. Дочка, мы продолжаем поиски, - он подошел ко мне и крепко обнял, - мы найдем выход, поверь» - вот, только, я совершенно не увидела в его глазах ни уверенности, ни веры. Что ж, теперь многое становилось понятным. Мама уволилась с работы и стала сидеть дома, как раз после нового года, отец не давал мне подрабатывать, хоть я и учусь на заочном, да даже перевод на заочное отделение, я могла бы и дальше учиться на дневном, но мне не дали, попросив перевестись, а я ведь, даже причины уже не помню, которые мне назывались. Я просто верила близким и все. Они всегда были дома до темноты, а если случался форс-мажор, то Сашка тут же приезжал. «Я хочу немного побыть одна, - я не смотрела на родных, пытаясь примириться с действительностью - пожалуйста». Они вышли из комнаты, а я, сжавшись в комочек, горько заплакала, трудно смириться с мыслью, что твоя судьба, это умереть от страха.