— Я-то дурак думал, что в тебе есть хоть какая-то доля хитрости, но ты прямая, как… — он замолчал на мгновение, пытаясь подобрать слово для сравнения. — Как шпала. Видимо, мне будет быстрее объяснить тебе правила этой игры, чем ждать, что до тебя дойдёт. Мы с тобой в Геенне, и поверь, людей тут не жалуют больше, чем ангелов. Асмодей долго добивался того минимума доверия со стороны жителей, тем более, он сын Орфаниэля. Пару раз его даже пытались убить. А ты, Нозоми, дочь охотника — практически такая же заноза в заднице, как любой ангел. Теперь подумай, как проще всего тебя обезопасить?
— Отправить меня домой, — отозвалась я, переводя дух. Рукой нащупала бокал с водой и судорожно отпила.
— Идея хорошая, но невыполнимая на данный момент времени. Я сам не рад, что ты здесь, и я бы очень не хотел, чтобы ты попадалась на глаза некоторым моим братьям и сёстрам. Ещё мысли?
Я промолчала.
— Я объявил тебя своей невестой, потому что только конченый идиот попытается нанести вред той, кто делит ложе с верховным правителем. Единственное, что ожидает того, кто посмеет сделать тебе что-то, — это смерть.
— А что делать с этим? Как ты объяснишь его? — я подняла дрожащую ладонь, показывая ему кольцо контракта. — Сам же сказал, что его видит всякий. Кто заключает договор со своей возлюбленной? Это же идиотизм.
— Потому и возлюбленная, — хитро улыбнулся король.
— Ч-чего? — я аж вскочила. Ничего себе у него идеи. — То есть ты решил всем говорить…
— Что ты меня вынудила, — Велиал склонил голову на плечо и наслаждался моей реакцией. Я едва удерживалась от того, чтобы схватить подушку с кушетки швырнуть её в него. — Мои отношения с людьми всегда были сложными, и всякий знает, что я скорее отрежу себе член, чем обручусь со смертным. Трахаться с вами — это одно, а совсем другое — это допускать вас, людей, в свою жизнь больше, чем оно того стоит. Я король, а значит, получая мою благосклонность, вы получите и часть моей власти. Я слишком люблю своих подданных, чтобы унижать их ещё раз, обручаясь с человеком, из-за прародителей которого нас вышвырнули сюда. Если только это не условия контракта.
— Какая же ты сволочь, — выпалила я. Всё очарование, которое производил падший, разом улетучилось, словно его стёрли невидимой рукой. Передо мной стоял манипулятор, который ни во что не ставил мою репутацию.
В глазах его подданных я буду выглядеть или как романтическая дурочка, которая воспринимает демонов как объект страсти, начитавшись глупой романтической литературы, или как женщина, возжелавшая абсолютной власти и, возможно, бессмертия. Всех выдуманных пунктов сделки падший пока не уточнил, и мне почему-то не особо хотелось знать, как низко я упаду в его игре.
— И как далеко зайдёт наша с тобой игра? — наконец спросила я, подходя к падшему. — Кем я должна предстать перед твоими подданными, чтобы ты чувствовал себя в безопасности?
— Всё, что делают влюблённые, моя милая, — улыбнулся он, пряча руки за спину и наклоняясь ко мне, красной от злости. — Прогулки под луной, поцелуи, сон в одной кровати, стоны по ночам, полные страсти. Последнее у тебя, к слову, хорошо получается. Думаю, что прислуга оценит.
Я не выдержала и отвесила падшему звонкую пощёчину, отчего ощутила то же самое на своём лице. Король, к моему немалому удивлению и облегчению, никак на это не отреагировал, продолжая улыбаться.
— Мразь!
— Резонанс никуда не денется, Нозоми. И нам, чтобы выжить в Геенне, придётся играть по правилам, которые устанавливает этот мир. Тебе тут не рады, а значит, всё, что тебе нужно, — это держаться того, кто сильнее и сможет тебя защитить. Мне всё равно, какие у тебя отношения с Асмодеем, но, будь любезна, не виси у него шее на всеобщем обозрении. Не хватало только, чтобы мою будущую жену объявили блудницей. Тебе всё понятно?
Я, помедлив, кивнула, сдаваясь. Невероятно идиотский и раздражающий план, но другого у нас не было. Падшие не тронут меня, и испорченная репутация, которая для меня в этом мире ничего не значит, — малая плата за те ужасные последствия, что ожидают нас, если правда всплывёт на поверхность.
Велиал поднял мою голову за подборок, заставляя снова смотреть ему в глаза. В полумраке комнаты они завораживали, и я чувствовала себя слабой и немощной на фоне этого существа:
— Я обещал не трогать тебя, и я обещаю тебе это впредь, однако… — он замолчал, наблюдая за тем, как у меня снова перехватило дыхание. — Тебе придётся уделять мне больше времени. Включая ночи. Я не из тех, кто восхваляет девственность. Если честно, я вообще девственниц не люблю.
— Отлично, я поняла, — я ударила его в грудь, увеличивая расстояние между нами. — Хорошо. В таком случае, я иду спать. Уступаю кровать вам, ваше величество. Мне вполне хватит места на кушетке. Благо, наш Создатель наградил меня компактным размером, и это хотя бы иногда помогает в жизни.
Демон пожал плечами. Уговаривать меня спать рядом он не стал, как не предложил поменяться с собой местами. Я закуталась в одеяло как в кокон и улеглась, смотря на то, как в камине играет пламя, слушая, как-то и дело потрескивают дрова и сноп искр устремляется вверх.
*
Следующее утро после перемены власти началось на удивление спокойно. Весь прошедший день дворец восстанавливали. О прошлом хозяине оставалось всё меньше напоминаний: исчезли портреты его и его жены, исчезли статуи с их ликами. Велиала это несказанно радовало. Я буквально ощущала его эмоции, когда он натыкался на очередное теперь уже пустующее место в разных частях своей резиденции.
Утром меня проводили в купальни, и я осталась в полном восторге. Вероятно, тут сыграло роль то, что это было объектом моих грёз уже второй день. Горячая вода, мягкое полотенце, дорогие масла — я буквально почувствовала, как родилась заново, когда вышла в коридор после всех процедур по приведению себя в божеский вид.
Тень, который вчера весь день просидел со мной, молчаливо дожидался за дверью. Когда я вышла к нему, мне даже стало немного стыдно, что я затянула с принятием ванны. Но он никаких претензий не высказал и проводил меня обратно в покои, где меня уже дожидалась новая одежда: изумрудное платье в пол, с завышенной горловиной и при этом открытой спиной, без рукавов. Ткань на ощупь, несмотря на то, что платье выглядело тяжёлым, была лёгкой, словно пёрышко. Я провела рукой, наслаждаясь ощущениями от прикосновений. Великолепная работа, действительно великолепная.
Ассасин отказался уходить из комнаты, сказав, что пока я принимала ванну, меня и так охраняли, и если я стесняюсь сейчас, то он может отвернуться. Я обречённо вздохнула, понимая, что этого я точно не переспорю. Не знаю, чем они поклялись королю, но охраняло меня Братство рьяно. Порой даже слишком, доставляя мне ощутимый дискомфорт.
Мне не пришлось долго ждать хоть какого-то нового события, которое позволило бы мне развеяться сегодня, потому что пришла горничная и пригласила на завтрак. Впервые за утро я увидела Велиала, полноправно носящего титул Первого из Королей, что теперь сидел во главе длинного стола, уткнувшись носом в кучу пергаментов. Их ему любезно подсовывал один за другим Заган, стоило его брату закончить читать предыдущий, и это вместо того, чтобы завтракать. В жизни не видела его таким занятым и серьёзным.
— Идиотизм… Какой же это идиотизм… — ворчал Велиал, перебирая документы. — Неужели Совет согласился с этим законом?
— Как видишь, все подписали, — пожал плечами Заган.
— Идиотизм, — повторил король, вслепую нащупал кружку кофе и залпом её выпил, даже не поморщившись, хотя у меня закрались подозрения, что там не было ни сливок, ни сахара.
Стоило мне войти в зал, который то ли не пострадал от переворота, то ли его уже восстановили, как Велиал поднялся со своего места, подошёл ко мне и поцеловал мою руку. Я старалась не отвлекаться на разглядывание помещения, в котором очутилась, хотя поглазеть было на что: дорогая белоснежная мебель с позолотой, две хрустальные люстры, переливающиеся всеми цветами радуги от света, проникающего с улицы в огромные окна, и озаряя всё вокруг теплом. Хочешь не хочешь, а, находясь тут, начинаешь чувствовать себя лучше.