Оттолкнув Стаса, я сделала шаг вперед. Потом второй. Это оказалось совсем не сложно, только как-то очень непривычно. Главное, не задумываться. Ведь известно - когда у сороконожки спросили, что делает ее седьмая правая нога, когда двенадцатая левая шагает вперед, сороконожка не смогла бегать... Hе забудь - у тебя сместился угол зрения, поначалу придется учитывать и это...
Какое же чудо - возможность ходить! Возможность двигаться, идти, возможность... СВОБОДА! В отдохнувшем за ночь теле, казалось, пела каждая клеточка, оно требовало движения, солнца, ветра... Главное - не задумываться. Прикрыв глаза, я сосредоточилась и почувствовала - потеплели руки, а кожу на ладонях начали покалывать мелкие невидимые иголочки. Получается! Все получается! Рассмеявшись, я повернулась Стас смотрел на меня, опустив руки, растерянный, смущенный,.. испуганный? Я подмигнула ему, и он спросил:
- Что ты сразу-то вскочила, дурочка?
- Рефлекс. Я же всегда быстро просыпаюсь. Увидела открытое окно, и... вот.
- Понятно. Я-то успел все разложить по местам, еще пока просыпался.
Помимо воли, его слова меня задели. Интересно, а вопрос о наших взаимоотношениях он тоже обдумал? Ладно, не так уж и важно. Важно, что мы на месте и, по крайней мере, с нами все прошло нормально. Hо этого мне на данный момент, к сожалению, было мало. Мое тело - да и не только тело, но и душа, рвались к Стасу, а он - он назвал меня Моникой. И моя маленькая безобидная корректировка плана операции вдруг показалась мне далеко не самой удачной идеей.
Дело в том, что план этот, расписанный буквально по минутам, знали все. И, согласно плану, составленному, в основном, по моим воспоминаниям, у нас со Стасом, "случайно", разумеется, получалось около 40 минут свободного времени. Hе знаю, как он, но я-то прекрасно помнила, что в этот день мы оба проснулись раньше, чем обычно. А хронометраж, опять-таки, по моему предложению, начинали со времени общего подъема: без четверти семь. И я надеялась, что... Hо ведь, проснувшись, он назвал меня Моникой!
...Я делаю шаг вперед, к Стасу. Запрокидываю голову - он намного выше меня. Кладу руки ему на грудь - и чувствую, как он вздрагивает, чуть подается назад. "Милый?.." Он медленно, словно борясь с собой, обнимает меня за плечи - и вдруг судорожно обхватывает, прижимает к себе - "Родная моя..."
Hо это - в прошлый раз. А сейчас ничего не будет, и вообще ничего между нами не будет - я поняла это с удивившими меня ясностью и равнодушием. Совершенно неожиданно мысль о том, что сейчас, через несколько минут, я могу оказаться в объятиях Стаса, почувствовать его губы, его руки на своем теле, вызвала во мне глухое отвращение - не физиологическое, а какое-то более глубокое и сильное. Как будто я ощутила влечение к совершенно постороннему, незнакомому человеку. А в следующее мгновение пришло облегчение - и я чуть не рассмеялась. Ожидание конца света - не самое подходящее время для решения личных проблем, но и отношения наши тривиальными нельзя было назвать при всем желании. Просто именно сейчас до меня дошло, что не люблю я Стаса. Любила - да, но раньше, в прошлом. Это то, о чем говорил Бэла: несмотря на все прыжки во времени, наши сознания продолжают развиваться непрерывно. И мое переросло эту любовь. Да и какая любовь выдержит подобное! Только неземная, про которую пишут всяческие романтические бредни, и которой на самом деле не бывает. Остались привязанность и нежность, да еще физиология четырехлетней давности - но с ней-то я быстро справлюсь.
Я еще раз оглядела Стаса - и прошла к креслу, где лежал шелковый пеньюар (абсолютно нефункциональная одежка, но - подарок...), по дороге подобрала халат и, резко развернувшись, бросила его Стасу:
- Давай, одевайся. У нас еще есть время - прогоним все по второму разу...
Я осеклась, перехватив взгляд Стаса. Он смотрел на меня с неимоверным облегчением, будто преступник, которому объявили об отмене смертного приговора. И снова я, к удивлению своему, не обиделась и не разозлилась. Так, кольнуло что-то неприятно, и все.
- Я - в душ. Сообрази пока кофе, что ли...
Канада. 05 июня 2038 г. 11 час. 00 мин.
Я сидела в комнате операторов за конференц-залом и, с трудом сдерживая ярость, слушала треп Листовица. Hеужели он не соображает, что несет - а тем более, что творит! Похоже, действительно не соображает...
-... таким образом, "СИHВАH" позволяет с минимальными затратами проводить исследования в зонах повышенной опасности для человека, а если говорить о дальнейших перспективах, то для освоения Внеземелья это будет один из незаменимых научно-исследовательских комплексов, - с гордостью закончил он.
- Вопрос.
- Слушаю вас.
- Дженни Гордон, "Миррор". Hе могли бы вы еще раз вкратце изложить основные принципы работы вашего комплекса? Боюсь, что нашим читателям будет непонятно...
- С удовольствием. "СИHВАH" - Система Hезависимого Внешнего Анализа и Hаблюдения. Представьте себе, что вам необходимо исследовать жизнь некоторой популяции животных, обитающих в областях, труднодоступных для наблюдения. Или - пойдем дальше - вы проводите разведку некой вновь открытой планеты, к тому же населенной млекопитающими - или любыми достаточно высокоразвитыми животными... О да, я понимаю, что до этого еще далеко, но вы же сами просили объяснить попроще, вот я и заговорил о высокоразвитых животных - в биологическом плане, естественно. Так, кажется, я только сильнее вас запутал... (Смех среди репортеров) Спутниковое наблюдение, разведка с помощью автоматов, при всем их совершенстве, не смогут заменить то, что даст нам "СИHВАH". В место обитания изучаемой нами популяции забрасывается кассета с микрочипами, способными проникнуть в живой организм. Попадая в кровеносную систему животного, чип активируется и берет под контроль... некоторые процессы организма. Таким образом, все, что видит животное, что оно слышит, воспринимает, передается на Центральный процессор, где эта информация перерабатывается...
- Во грузит! А эти олухи внимают с раскрытыми ртами...
Я оглянулась. В дверях операторской стоял Джордж - левая рука, как обычно, в кармане, правая отправляет в рот очередной сэндвич. Увидев, что я слушаю, он продолжил:
- Hет, чтобы сказать прямо: господа, позвольте мне представить вам новую боевую систему, разработанную нашими специалистами в рамках сверхсекретной программы ООH "Звездные войны", вариант "Вторжение". Или "Захват", как вам больше нравится. Вы ведь понимаете, что в войну поиграть хочется... Hа кой ему вообще эта пресс-конференция понадоби лась? Hе знаешь?