— …однако Сила для человека — все равно что морковка для осла! — с энтузиазмом восклицал Нестор. — Если морковку спрятать — осел сдохнет; а если отдать ее ослу, то он не станет работать. Так и человек, лишенный Силы, моментально превращался в ничтожество, тогда как маг, наделенный Силой в избытке, уже и человеком-то считаться не мог! Исключение в этом однообразном процессе порабощения слабых сильными составляли лишь так называемые герои…
— Нестор! — не выдержал Феликс. — Может хватит, а? Я ведь наперед знаю, что ты мне расскажешь. И про то, какие люди сволочи и трусы, и что в рабстве им гораздо лучше, чем на свободе, и что герои — полные кретины, которые лезли не в свое дело и занимались бессмысленной борьбой…
— Конечно, бессмысленной! — с жаром подхватил Нестор. — Ведь герои так и не смогли понять, что корень Зла — не в сотне магов, способных покорить миллионы людей, а в этих самых миллионах, готовых дать себя покорить при первой же возможности!
— Нестор, — сказал Феликс укоризненно. — Ты меня не слушаешь.
— Да уж, — смутился Нестор. — Что-то я увлекся. Забыл, с кем имею дело. Готов поспорить, что подобные рассуждения для тебя не в новинку… Извини. Просто я отвык беседовать с умными людьми. Меня теперь окружают одни фанатики и психопаты…
— Сочувствую, — кивнул Феликс.
— А вот и нет! — погрозил пальцем Нестор. — Ложь и лицемерие попрошу оставить мне. Тебе они как-то не к лицу, а мне по должности положено… От тебя же мне нужно совсем другое!
— И что же?
«И правда, зачем я этому лунатику? — заинтересовался Феликс. — Кэб за мной отрядил, в Храм доставил… Ну-ка, ну-ка…» Нестор тем временем тянул паузу для пущего эффекта.
— Я хочу, — наконец торжественно объявил он, — чтобы ты меня убил!
«Сигизмунда бы сюда, — с досадой подумал Феликс. — То-то порадовался бы старик… Нет, ну почему все эти психи липнут именно ко мне?!»
— И всего делов-то? — уточнил он на всякий случай.
— Конечно! — ответил Нестор и продекламировал нараспев: — Это ли не цель, что всем желанна? Умереть. Уснуть. И видеть сны… — Под конец он не выдержал и хихикнул.
— Дай-ка я угадаю… После того, как я тебя убью, ты, разумеется, воскреснешь…
— Разумеется!
— Но воскреснешь уже не человеком, и даже не магом, а богом. То есть Хтоном. Так?
— Узнаю уроки Сигизмунда, — сказал Нестор. — Хорошо еще, что не драконом, как полагает Патрик. Впрочем, оба они в чем-то правы. Как были правы те три слепца, пытавшиеся постичь форму слона на ощупь…
«Откуда он знает?! — насторожился Феликс. — Ладно Патрик, мог и сболтнуть кому-нибудь ненароком, но Сигизмунд?!»
— Ну-ка, напомни мне, какого цвета обычно кровь у магов? — спросил вдруг Нестор. — Черная вроде?
— Разная, — угрюмо буркнул Феликс. — Иногда зеленая, как гной, иногда желтая, как моча. А иногда и черная, как смола. Но причем тут…
— Ну как же! Ведь по теории Сигизмунда, в боги претендовать достойны только маги. И путем легкого кровопускания можно проверить…
— Не надо. Я не стану тебя убивать.
— Станешь, Феликс, — убедительно сказал Нестор. — Еще как станешь!
— Ты сам посуди, — пожал плечами Феликс. — Если ты не воскреснешь, то на кой черт мне становиться душегубом на старости лет? А если ты все же воскреснешь, получится, что я своими руками впустил дьявола в мир. Так?
— Так! — улыбнулся Нестор. — Именно так! Но я гляжу, завяла, как цветок, решимость наша в бесплодье умственного тупика? Ничего, я тебе помогу. Помнишь, в нашу последнюю встречу я поблагодарил тебя за очень ценный урок? Урок заключался в следующем: манипулировать можно лишь теми, кому есть что терять! Тебе ведь есть, что терять, Феликс?
— Мне? — удивился Феликс.
— Тебе. Агнешка ведь выздоровела. А это поправимо.
У Феликса похолодело в затылке.
— Ну, если ты так ставишь вопрос… — сказал он ровным голосом и щелкнул замками футляра.
— Вот! — возликовал Нестор. — Узнаю повадки старого героя!
— Ты как предпочитаешь, — спросил Феликс, натягивая перчатки и не обращая внимания на ужимки Нестора, — укол в сердце или голову с плеч? Голову — надежнее, но будет много крови, — пояснил он.
— Постой! — опешил Нестор. — Ты что, намерен зарубить меня вот этой железякой?!
— Угу. — Феликс встал и пару раз рассек воздух клинком.
— Фу, как это старомодно! — наморщил нос Нестор. — Держи! — выкрикнул он и метнул в сторону Феликса продолговатый предмет.
Феликс поймал огнестрел на лету. Поднеся его к глазам, он с чувством странного удовлетворения разглядел знакомое клеймо на стволе. Коронованная змея.
— Все-таки они достались тебе, — сказал он, испытывая совершенно детскую обиду, подслащенную сознанием того, что еще один кусочек мозаики встал на свое место.
— Правильнее будет сказать — вернулись ко мне! — заметил Нестор. — Я, честно говоря, даже не надеялся, что вы, герои, сможете создать настолько изящные орудия убийства с помощью моего порошка. И уж никак не ожидал, что вам удастся сохранить это оружие в тайне! Нехорошо, господа герои, нехорошо. Надо делиться с ближними новинками прогресса…
Феликс сунул руку за пазуху и вытащил ключ. Огнестрел, судя по весу, был заряжен. Оставалось взвести механизм.
— Э-э-э… — проблеял Нестор, наблюдая, как Феликс деловито заводит колесцо огнестрела. — Куда ты так торопишься?!
— А чего тянуть?
— Ну, я вообще-то полагал, что церемонию лучше провести… гм… публично.
— Нет, не лучше, — покачал головой Феликс. — А вдруг у тебя ничего не выйдет? Позора потом не оберешься. И меня твои фанатики растерзают почем зря.
— Вот тут ты прав, — решительно кивнул Нестор. — Тренировка в этом деле мне не повредит. Как-никак, я ведь в первый раз умираю!
Вытащив ключ из замка огнестрела, Феликс молча оттянул клювик курка и прицелился в Нестора. «Пропади оно все пропадом!» — подумал он с мрачной бесшабашностью.
— Минутку! — заволновался Нестор. — Ну хоть последнее слово мне можно сказать?
— Только покороче, — строго сказал Феликс.
Впервые за весь вечер с лица Нестора исчезла вечная глумливая гримаса и появилось нечто, что с натяжкой могло сойти за одухотворенность — если бы не откровенная жадность пополам с безумием в глазах…
— Однажды, — сказал он дрогнувшим голосом, — бог захотел, чтобы люди забыли о нем. Он дал людям свободу; более того — он дал людям Силу! А потом он ушел. И с тех пор людям было дозволено все.
При этих словах хорошо поставленный голос Нестора завибрировал, и эхо заметалось под сводами Храма.
— Но бог… ошибся! — мрачно объявил Нестор.
На его глазах заблестели слезы. «Паяц», — с отвращением подумал Феликс.
— Не Сила, но мечта о Силе движет людьми! Не брать свободу, но молить о ней — вот то, что надо людям! Ибо только сознавая свое ничтожество пред ликом бога, человек способен развиваться! Лишь став рабом, можно по-настоящему возмечтать о свободе…
— Нестор, я же просил покороче… — напомнил Феликс, но священнику было не до того.
— И сегодня пробил час исправить ошибку бога! — уже не сказал, а скорее проревел восторженно Нестор, раскинув руки и запрокинув голову. — И мне выпала честь стать инструментом в руках его!!!
Пламя свечей затрепетало от мощного рева, порожденного на удивление тщедушной грудью; за окнами сверкнула молния, бросив на изрытый ямами паркетный пол острые клинья голубого света, в лучах которого заполыхал хрусталь в глазах обсидианового дракона. Чуть погодя, громыхнул гром. От выспренности и фальши всего происходящего у Феликса заныли зубы.
— Это все? — спросил он.
— Ага, — радостно ухмыльнулся Нестор, скидывая с себя религиозный экстаз так же легко, как прежде избавился от фрака. — Согласись, акустика здесь просто потряса…
Грянул выстрел.
Когда рассеялось облако сизого дыма, Феликс опустил огнестрел и сделал два шага вперед. Нестор лежал у самого алтаря, скрючившись, будто замерзнув. Руки его были притиснуты к груди, и между пальцев сочилась кровь, пропитывая темным багрянцем алую парчу стихаря и растекаясь по полу блестящей лужей.