Аж в пот пробило. В лицо жар, а в животе, наоборот, стыло от страха опять познать боль на собственной шкуре.
— Ничего подобного, — буркнула, — поэтому и веду себя прилежно, твоих правил не нарушаю.
Ад помолчал немного.
— Хорошо, ненадолго, и будь хорошей девочкой. Помни, что ты моя невеста. Не позорь нас. Какая-нибудь камера или фотик обязательно тебя зацепят.
— Слушаюсь… — тоже запнулась, так и подмывало гадость сказать, насчет его поведения и папарацци по его душу, но я изо всех сил терпела, ведь, по сути, не имела прав на Андрея. — Ты тоже будь хорошим, — всё, что смогла выдавить на прощание.
И перед тем как нас разделила тишина, на заднем фоне мобильного Ада раздался женский, томный смех.
Вот честно, после такого, ещё сильнее хотелось начудить, поиграть на его нервах, но вместо этого, я отправилась смотреть на мордобой, успокаивая себя: мне всего лишь немного продержаться! Скоро я буду свободной и богатой.
Но уже приближаясь к клубу, мысли об Аде и его шлюхах, заменила другая — я полная идиотка, раз еду туда, где мужики лупят друг друга, выколачивая что?.. Что они этим доказывали, чёрт их знает.
Деньги, самоутверждение. Наверное, это!
А значит, они мало отличались от моей матери. Это был их выбор!
Страшно то, что я вливаюсь в толпу, наблюдающих за этим.
Что ж, они будут бить друг друга, а не меня.
Так чего бояться?
И никак не ожидала, что это нас Гром пригласил. Об этом узнала, когда встретилась с друзьями у входа с торца темного здания. Он для нас передал на проходной ксивы.
— Если честно, ты была главным условиям, — проворчала Регина.
— Да? — вскинула удивлённо брови я. — Ты не говорила, — на миг мне это показалось предательством друзей. Словно продали меня за какое-то посещение закрытого куба.
Но Регина и не отрицала, пихнула в бок:
— Он влюбился в тебя, Борис, неужто, не видишь? Клевый ведь. Не ворчи и не дуйся. Мы очень хотели сходить, вот и решили приятное с полезным совместить.
— Для кого приятное, а для кого полезное? — уточнила для вида.
— Борь, — канючила Регина, вися на моей руке, — ты хоть представляешь какой нам выпал счастливый шанс.
— Не очень, — на полном серьёзе отозвалась я.
— Об этом месте столько слухов ходит?! Вау! Он же такой закрытый, просто капец! Тут несколько уровней охраны, и цифровая проверка документа. Ксивы не подделать! Не, — закатила глаза, — чисто теоретически возможно, но чтобы махинацию не раскрыли, лучше не стоит. Проще в Кремль пробраться, — хохотнула подруга. — Ну, Борь, не дуйся, — вторила, протягивала слова. — Правда хотелось здесь побывать! — надула губы Регина. И я поняла, что на такую убийственную честность грех обижаться.
Тем более мне самой стало интересно побывать в весьма престижном клубе, о котором я только слышала. Не из-за дальнозоркости, нет. Просто бойцовские темы — не мое, и отец в эту сторону не смотрел. И теперь мне представилась возможность побывать в сердце этого удачного проекта.
— Ладно, — покачала головой я, выражая неудовольствие, — но больше так не делай. Не обещай за меня ничего! Я ж сказала, у меня есть жених. Он очень ревнив.
— Да, помню. Красавец темноволосый. Ты так и не сказала, кто он. У вас реально всё серьёзно? Вот прям отношения идут к браку?
— Сомневаешься?
Регина перестала улыбаться:
— Ты не выглядишь счастливой. Скорее напуганной и виноватой.
— У нас всё сложно, и я не хочу об этом говорить, — отрезала я, строго пригрозив взглядом больше тему не поднимать.
Регина жестом изобразила — рот на замке.
Я переживала, как пройти моим охранникам — так, чтобы не со мной, но рядом и не сильно привлекая внимания. И к моему удивлению, их пропустили без каких-либо проблем. Закралась мысль, что секьюрити на дверях и мои телохранители знакомы, только развить её не успела, меня Ветров приятельски подталкивал дальше по темному коридору, а потом по ступеням в подвальное помещение.
Мы вышли в просторный зал в момент поединка.
Один боец мочалил другого, толпа ревела в экстазе, а я словно девушка с нервным тиком, от яростных ударов зажмуривалась, и вновь открывала глаза, уже готовая отказаться от затеи, извиниться и убежать.
Но Димка, явно ощутив моё смятение, приобнял за плечи и буквально тащил вглубь всё ближе к клетке, стоящей посреди зала в окружении зрителей, голодных до жести и мордобоя.
Но уже после второго поединка, согласилась — Регина была права. Смотреть на дерущихся — иное, чем быть свидетелем драки. Так что, вскоре, я хоть и вздрагивала, морщилась, но следила. Только в отличие от большинства требующих продолжения боя и скандирующих «бей», я переживала за того, кто проигрывал и мысленно орала: «уворачивайся!» «блок!», «не вставай!».