Павел сравнивает вянущий лавровый венок, вручаемый победителю забега, с венцом нетленной славы, который будет вручен победителям – христианам. Те стараются «для получения венца тленного, – говорит Павел, – а мы – нетленного». Ради получения тленной награды греческие юноши не щадили себя. Но мы стремимся к гораздо более ценной награде: мы желаем получить венец вечной жизни. Насколько же энергичнее следует устремляться к этой цели! Насколько охотнее мы должны жертвовать всем ради ее достижения!
В Послании к Евреям указывается, с какой целеустремленностью христианину надо «бежать» к вечной жизни. «Свергнем с себя всякое бремя и залипающий нас грех, и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры, Иисуса» (Евр. 12:1, 2). Если христианин хочет успешно «пробежать дистанцию» и в награду получить бессмертие, он должен избавиться от бремени зависти, злобы, злых помыслов, злоречия, корысти. Он должен избавиться от всех привычек, ведущих ко греху и бесчестящих Христа, чего бы ему это ни стоило. Человеку, нарушающему вечные принципы правды, нечего ждать небесных благословений. Даже один лелеемый грех может испортить характер человека, сделать его плохим примером для окружающих.
«Если соблазняет тебя рука твоя, – сказал Спаситель, – отсеки ее: лучше тебе увечному войти в жизнь, нежели с двумя руками идти в геенну, в огонь неугасимый, где червь их не умирает, и огонь не угасает. И если нога твоя соблазняет тебя, отсеки ее: лучше тебе войти в жизнь хромому, нежели с двумя ногами быть ввержену в геенну» (Мк. 9:43—45). Если ради спасения жизни иногда приходится отсекать руку или ногу или даже вырывать глаз, насколько же серьезнее христианин должен стремиться к тому, чтобы избавиться от греха, который губит душу!
Никто не мог обещать победу участникам игр в древней Элладе, победа не была гарантирована, даже если они подчинялись строгой дисциплине и от многого отказывались. «Не знаете ли, – спрашивал Павел, – что бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду?» С каким бы рвением и желанием бегуны ни стремились к победе, награда вручалась только одному и заветного венка могли коснуться руки одного-единственного спортсмена. Некоторые прилагали нечеловеческие усилия, чтобы завоевать главный приз, а он доставался сопернику, опередившему их на какое-то мгновение.
Однако правила борьбы христианина иные. Ни один из тех, кто выполнит указанные условия, не будет разочарован на финише, и все искренние и стойкие обязательно добьются успеха. Не проворным достанется успех, не сильным – победа. Самый слабый, равно как и самый сильный из святых будут носить венец бессмертной славы. Победить могут все, кто силой благодати Божьей подчинит свою жизнь воле Христа. И хотя претворение в повседневную жизнь принципов, изложенных в Слове Божьем, часто считается маловажным делом, не заслуживающим внимания, однако от этого зависит слишком много. Любой поступок, каким бы незначительным он ни казался, может перевесить чашу весов в сторону поражения. Награда победителям будет соответствовать их усилиям и настойчивости.
Апостол сравнил себя с бегуном, отдающим все силы победе. «Потому я бегу, – пишет он, – не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух; но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным». Чтобы не бежать наугад или вслепую в великом забеге христиан, Павел подчинял себя суровой самодисциплине. Слова «усмиряю и порабощаю тело мое» буквально означают подавление плотских желаний, побуждений и страстей путем строжайшей дисциплины.
Павел боялся, чтобы, проповедуя другим, самому не оказаться на обочине. Он понимал, что если сам не воплотит в своей жизни принципы, в которые верил и которые проповедовал, его труды ради спасения людей будут напрасны. Его речь, его влияние, его отказ от самоугождения доказывали, что его религия – это не пустые слова, но ежедневная живая связь с Богом. У него перед глазами всегда была одна цель, и он искренно стремился «достичь ее: «праведность от Бога по вере» (Флп. 3:9).
Павел знал, что, пока живет, будет сражаться со злом. Он всегда понимал: чтобы земные желания не угасили духовного пыла, необходим строгий самоконтроль, и неустанно боролся с природными наклонностями. Перед его взором всегда сиял идеал совершенства, и он стремился достичь этого идеала путем добровольного послушания Закону Божьему. Его слова, дела, желания – все было подчинено влиянию Духа Божьего.