Присмотримся, однако, к этой сделке повнимательнее. До обмена в наличии имелось на 40 ф. ст. вина в руках А и на 50 ф. ст. пшеницы в руках В, а всего, следовательно, на 90 ф. ст. После обмена имеет место та же самая общая стоимость в 90 фунтов стерлингов, Иными словами, находящаяся в обращении стоимость не увеличилась, она осталась прежней; изменилось лишь ее распределение между А и В. То, что для одного лица является здесь прибавочной стоимостью, для другого представляет недостающую стоимость. Тот же самый результат получился бы в том случае, если бы А, не прибегая к обмену, прямо украл у В 10 ф. ст. «Очевидно, сумму, находящихся в обращении стоимостей нельзя увеличить никаким изменением в их распределении, подобно тому как еврей, торгующий старыми монетами, ничуть не увеличит количества благородного металла своей страны, если продаст фартинг времен королевы Анны за гинею. Весь класс капиталистов данной страны не может наживаться за счет самого себя.
Как ни вертись, а факт остается фактом: если обмениваются эквиваленты, то не возникает никакой прибавочной стоимости, и если обмениваются неэквиваленты, тоже не возникает никакой прибавочной стоимости. Обращение, или товарообмен, не создает никакой стоимости»[282].
Это фундаментальное положение имеет непосредственное отношение ко всем «допотопным» видам капитала. Так, в собственно торговом капитале форма Д – Т – Д´ характеризует, с одной стороны, известный (меркантилистский) принцип: купить дешевле, продать дороже, суть которого здесь проявляется в наиболее чистом виде; с другой стороны, движение этого капитала протекает лишь в пределах сферы обращения. Но поскольку из нее самой по себе невозможно объяснить образование прибавочной стоимости, то торговый капитал как таковой, представляется невозможным, ибо в этой сфере обмениваются эквиваленты. Более того, само его существование может быть выведено только как результат неэквивалентного, зачастую, грабительского товарного обмена, связанного с двусторонним надувательством покупающих и продающих товаропроизводителей паразитически внедряющимся в сферу обращения международным купцом[283].
Сказанное в еще больше степени применимо к ростовщическому капиталу. В нем обо крайние пункта, – деньги, поступающие на рынок, и возросшие деньга, извлекаемые с рынка, – связаны, в конечном счете, посредством купли и продажи, а потому опосредованы сферой обращения. Поскольку в ростовщическом капитале форма Д – Т – Д´ сокращена до Д – Д´, где деньги обмениваются на большее количество денег, то такая форма, противоречащая самой природе денег, необъяснима с точки зрения простого товарного обращения[284]».
Итак, прибавочная стоимость не может возникнуть из сферы обращения. Однако для того, чтобы она возникла вне этой сферы должно произойти нечто такое, которое не представлено в ней. Но может ли прибавочная стоимость возникнуть, минуя сферу обращения? Ведь она есть не что иное, как совокупность меновых отношений, складывающихся между товаровладельцами. За пределами этой сферы каждый из них сохраняет отношение лишь к своему собственному товару. Поскольку последний имеет стоимость, то это отношение ограничивается тем, что он содержит известное количество труда данного производителя, измеряемого согласно законам товарного производства[285]. Поэтому «товаровладелец может создавать своим трудом стоимости, но не возрастающие стоимости. Он может повысит стоимость товара, присоединяя к наличной стоимости новую стоимость посредством нового труда, например, изготовляя из кожи сапоги»[286]. Но и в том, и в другом случае этот товаровладелец должен выйти на рынок со своим товаром и тем самым вступить в отношение с другими товаровладельцами.
Таким образом, капитал, как самовозрастающая стоимость, не может возникнуть из сферы обращения и в то же время он не может возникнуть вне сферы обращения. В этом заключается противоречие всеобщей формулы капитала, т. е. противоречие между процессом возникновения прибавочной стоимости и эквивалентным характером товарного обмена, вытекающим из закона стоимости, исключающим самую возможность возникновения прибавочной стоимости.
283
«Чтобы объяснить возрастание торгового капитала иначе чем простым надувательством товаропроизводителей, необходим длинный ряд промежуточных звеньев, которые здесь, где единственной нашей предпосылкой является товарное обращение и его простые моменты, пока еще совершенно отсутствуют.» / Там же. С. 175.
284
В этой связи К. Маркс привел следующее высказывание Аристотеля: «Существует двоякого рода хрематистика: одна относится к торговле, другая к экономике; последняя необходима и достойна похвалы, первая основана на обращении и потому справедливо порицается (ибо она покоится не на природе вещей, а на взаимном надувательстве), Таким образом, ростовщичество справедливо ненавидимо всеми, ибо здесь сами деньги являются источником приобретения и употребляются не для того, для чего они были изобретены. Ведь они возникли для товарного обмена, между тем процент делает из денег новые деньги. Отсюда и его название («τοχος» – «процент» и «порожденное»). Ибо порожденное подобно породившему. Но процент есть деньги от денег, так что из всех отраслей приобретения эта – наиболее противна природе». / Цит. по: Там же.
В ходе нашего исследования мы обнаружим, что и капитал, приносящий проценты, подобно торговому капиталу, является производной формой (от промышленного капитала. –
285
«Это количество труда выражается в количестве стоимости его товара, а так как величина стоимости выражается в счетных деньгах, то оно выражается в цене товара, например, в 10 фунтов стерлингов. Но его труд не выражается в стоимости товара плюс некоторое ее превышение, не выражается в цене, равной 10 и в то же время равной 11, не выражается в стоимости, которая больше самой себя.» /Там же. С. 176.
286
Там же. «То же самое вещество имеет теперь больше стоимости, так как заключает в себе большее количество труда. Сапоги имеют поэтому большую стоимость, чем кожа, но стоимость кожи осталась тем, чем она была. Она не возросла, не присоединила к себе прибавочной стоимости во время производства сапог. Следовательно, товаропроизводитель не может увеличить стоимость и тем самым превратить деньги или товар в капитал вне сферы обращения, не вступая в соприкосновение с другими товаровладельцами.» / Там же.