Выбрать главу

Она свернула с набережной у отеля «Говард» и по узкой боковой улочке, которая вела к Стрэнду и Олдвичу, проехала по мостовой мимо церкви Святого Клемента и выбралась на Флит-стрит. Джо нырнула налево, в переулок Феттерлейн, затем — направо, на редакционную парковку, на которой двадцать четыре часа в сутки было тесно. Шумно остановившись около ночного дежурного, она выпрыгнула из машины, не выключая мотор, и попросила поставить машину. Через несколько секунд она уже бежала по черной лестнице в редакцию. На лифт времени не было.

В редакции стоял рабочий гул. В этот гул вы погружаетесь, как только ступаете на затоптанный коричневый палас. По жилам бежит адреналин. Джоанна много раз переживала это состояние и раньше. Возбуждение растет, а вместе с ним — и желание довести до конца дело, которое, как она знала, ей было по силам выполнить наилучшим образом. И каждый раз она понимала, за что влюбилась в свою работу.

Джо направилась прямо к дежурному новостному редактору. Маккейн в рубашке с закатанными рукавами, обнажавшими загорелые руки, сидел во главе длинного стола, уставленного стопками бумаг, грязными чайными чашками и переполненными пепельницами. Телефоны на этом столе молчали, иначе это был бы настоящий сумасшедший дом. Лишь на мини-коммутаторе безжалостно вспыхивали огоньки. Сегодня работали только два человека — нормальный штат для ночного дежурства, — и казалось, каждый из них принимает по крайней мере три звонка одновременно. Маккейн, держа одной рукой у уха телефонную трубку, другой передал Джоанне небольшую пачку листков.

— Подожди минуту, — скомандовал он в трубку и, повернувшись к ней, сказал: — Джо, это почти все, что у нас есть, и мы в полной заднице. Ничего не знаю наверняка. Не знаю даже, того ли арестовали.

Джоанна молча покачала головой, отлично понимая, куда клонит Маккейн. Ничего другого и не ожидалось. «Комет» оказалась совершенно в стороне от этого ареста. Оставалось надеяться, что и конкуренты сидели ни с чем. Значит ли это, что ей дают зеленый свет? Вряд ли. Скорее всего подозреваемый вписался в расследование крайне внезапно, или ребята в полицейской форме на этот раз провели всю операцию без единого звука.

— Джо, приму любую помощь, все, что можешь. Нам вот так нужен этот материал, — продолжил Маккейн, перед тем как вернуться к телефонному разговору, в то же время изучая листок, переданный ему одним из ночных дежурных. Никакой спеси и подковырок. Маккейн занимался тем, что умел делать лучше всего, а он умел произвести впечатление, когда надо было спасти большую сенсацию.

В игры он играл, только когда ему было скучно. А скучно становилось Маккейну легко и просто. Как и многим другим. Скука, помимо всего прочего, не способствует укреплению брачных уз. Мужчинам-то, в общем, легко. Они умеют перековывать своих женщин, вернее, женщины умеют становиться такими, какими их хотят видеть взявшие их в жены мужчины. Определенно женщинам приходится трудиться больше, в этом Джоанна нисколько не сомневалась.

Фрэнк Мэннерс работал за своим столом. Джоанна догадалась, что, уйдя из редакции даже раньше ее, он сидел в «Ноже» или в «Бродягах», тут же за углом. Сейчас Фрэнк деловито заканчивал телефонный разговор — не подумаешь, что крепко выпил. При всех «за» и «против» Джоанна знала его как профессионала высокого класса: писать репортажи и пить он бесспорно умел.

Он был слишком занят и поэтому на сей раз не говорил скабрезности и не третировал ее.

Когда Джоанна подошла к нему, он как раз театральным жестом положил трубку на место.

— Джеймс Мартин О’Доннелл, — объявил он. Предвкушение крупного материала, похоже, настолько захватило его, что он даже забыл о торжествующем тоне, который в данном случае Джо вполне простила бы. — Ребята из полиции Девона и Корнуолла взяли его в Лондоне и отправили прямиком в Эксетер. Обвинение еще не предъявили, но они, должно быть, уверены, раз так хозяйничают на территории лондонской полиции.

Джо не сводила с Мэннерса изумленного взгляда.

— Тот самый Джеймс Мартин О’Доннелл? — наконец спросила она.

— Тот самый, — ответил Фрэнк, и на этот раз в его голосе все-таки прозвучала торжествующая нотка.

«Не мудрено», — подумала Джоанна.

Мэннерс набрал номер дежурного редактора, другой рукой заправляя лист бумаги в пишущую машинку и уже печатая в верхнем правом углу: О’ДОННЕЛЛ.

Джоанна стояла в добрых четырех-пяти футах от стола, а этот ветеран отдела криминальной хроники прижимал телефонную трубку к самому уху, но она ясно услышала рев Маккейна: «Молодец, Фрэнк! Старик, все получилось! Теперь достаньте мне о нем все, ясно?»