Таблоиды муссировали извечную тему секса и виртуальности: порнографические магазины, виртуальные бордели, истории о секс-рабынях, занимавшихся "этим" через Сеть. Но они описывали только вершину айсберга. Тем, что было скрыто темной поверхностью воды, занимались профессиональные психопатологи. В кластерах Области обретало форму коллективное и индивидуальное бессознательное, стремление к смерти, немотивированная агрессия, жуткие фантазии несостоявшихся палачей и диктаторов.
Но "третий сегмент" был изнанкой не только психики Homo Sapiens. Его существование было необходимо многим относительно нормальным, с точки зрения психиатрии, людям. В Области не существовало ограничений на использование биотехнических и психотронных защитных систем, вплоть до "тяжелой", смертельной псионики. Место и время, защищенные от чужих глаз и ушей лучше, чем любой бункер в реале. Этим пользовались наркодельцы, торговцы оружием и стратегическим сырьем, политики всех расцветок, национальные разведки, мафиозные структуры. Пользовались, разумеется, не афишируя это. Для крупного политика быть уличенным в содержании "черного сервера" означало конец карьеры, для влиятельного бизнесмена или финансиста - переход в разряд нечистых на руку, со всеми вытекающими для репутации последствиями.
Область была тем противовесом, тень которого уравновешивала закон и порядок глобального информационного пространства.
Петр оторвал взгляд от горизонта. Эрика и бот уже о чем-то оживленно беседовали. Кажется, тогда она спрашивала его о том, что он пьет сейчас в реальности, а он шутил, меняя содержимое стакана, в котором то появлялся томатный сок, то плавала долька лимона. В один момент стакан просто исчез в его руке, а вместо него вдруг появилась старомодная пивная кружка. Стандартный набор ловеласа из киберкафе, но бот делал это настолько непринужденно, что Петр сам несколько минут с удовольствием наблюдал за его манипуляциями.
Тогда на плече у нее еще не было татуировки.
Она стала связываться с ботом сначала через день, потом почти каждый день. После той встречи Эрики с "Сергеем" наступил перелом. Преторы верно просчитали стратегию и нанесли двойной удар: девчонка клюнула на романтика Магистрали, у которого к тому же могли быть связи. Теперь у них были нити, и все, что нужно было делать, - осторожно дергать за них в нужном месте и в нужное время.
Утром Петр передал Казимиру все контрольные пароли бота и съехал с проекта.
Днем позже Эрика сбежала в Европу.
Они въехали в небольшой городок в сорока километрах от Фленсбурга, миновав старую церквушку с оградой, выложенной из кусков серого гранита. Суперван проехал несколько кварталов, и Эрика попросила притормозить Петра около супермаркета. Девушка выскочила наружу, не надевая плаща. Ветер по-прежнему разносил пыль по дороге.
Наполовину расстегнутая сумка обнажила край стального цилиндра. Это был криогенный резервуар, жидкокристаллический монитор на верхней крышке показывал внутреннее состояние хранилища. Рядом с замком был стандартный выход для подключения к компьютеру. В ухе опять зашумело.
- Это Фидлер. Куда она побежала?
- За чипсами.
- А... Вообще-то девочка она крутая...
- Что ты имеешь в виду?
- Знакомства. В таком юном возрасте... В неполные вомнадцать тусоваться с Гессенцем, это что-то.
- Что такого особенного в Гессенце? Парень делает сканирующий софт, прозванивает на заказ закрытый дайс. Стандартный набор услуг крепкого середняка.
- Его родной брат работает на Noostech Inc. По контракту. Специалист по перегонке сухого дайса в живую модель и обратно. Он может переконвертировать образцы крови и кожи из холодильника в киберкопию.
- То есть если на перекрестке ее действительно ждет этот немец, Карелину-младшему предстоит простая и убийственная дилемма...
- Ага, или в Лозанну поедет цифровая копия, а если ее все-таки перехватят где-нибудь на трассе "быки" Василия, она устроит спектакль с шумом и криками, как обычно. Гессенец сможет восстановить материал в регенерирующих наноустановках в Noostech Inc, и тогда Карелину придется нанимать хороших адвокатов. Либо, если не получится ее перехватить, восстановление будет производиться с нормального материала. Просто как дважды два.
- Теперь понятно, почему Василий спешит.
- Еще пара часов и все это закончится... Все, она идет, конец связи.
Эрика повернулась к нему, в руках у нее была большая пачка чипсов.
- Хочешь?
- Нет, спасибо.
- Как хочешь. - Она поудобнее устроилась в кресле и рванула за край пачки. Пакет громко лопнул и из него полетели желтые хрустящие хлопья, засыпав кресло и пол салона,
- Ой, извини...
Кочевник снял руку с рычага коробки передач. Эрика достала упаковку разовых салфеток, сделала из одной кулек и принялась собирать рассыпавшиеся чипсы.
Петр посмотрел на суетящуюся Эрику. Они проболтали несколько часов ни о чем, как и положено случайным попутчикам. За эти несколько часов они успели поговорить о многом: о делах, семье, друзьях и отом, что делается вокруг, и о том "как пунктир белой полосы наматывается на карданный вал". Петр многое понял. Хакерша упомянула всего несколько деталей, о которых нельзя было получить представление, изучая предмет, сидя в аудитории или библиотеке, что говорило о неплохой для ее возраста степени осведомленности. Она знала о том колпаке, которым ее накрыли. Знала о его существовании, но у нее не было цельной картины. Была мозаика из тысяч осколков, в которой перепутался сленг хакерских чатов, внутренние отчеты по биотехнологиям Noostech, пьянки с магистралыциками на перевалочном пункте в Нью-Кельне, продажа ворованных рефлектов как способ заработать на проезд через Туннель-под-Проливом и лицо того парня, который говорил с ней сегодня. Эрика не представляла себе слаженность и масштаб того механизма, который вращался вокруг нее по геостационарным орбитам и волоконным стволам коммуникаций. Два ушедших из ее рук контейнера, эти две крупные неудачи, воспринимались ею как досадные ошибки в игре с этой механикой, а не как закономерность, которую трудно избежать. Глядя на нее, пытающуюся навести порядок в салоне, Петр подумал о той паре мелочей, которая отделяет ее от того, чтобы понять, где закончились случайности.
Она подняла голову, услышав щелчок открывающейся дверцы.
- Ты куда?
- Помою машину.
- Раньше не мог? - несмотря на грубость фразы, в ее голосе не было фамильярности.
Петр сухо кивнул ей.
- Наведи порядок в салоне.
Партию этих суперванов консорциум приобрел у GMC со скидкой в пятнадцать процентов. Первоначально они предназначались для транссахарского проекта "ВР" - техникам, которые должны были обслуживать ливийский и алжирский участки трубопроводов. Улучшенная ходовая часть, место под диагностическое оборудование, система жизнеобеспечения. Проект накрылся медным тазом, и гейткиперы купили эти замечательные машины. О сахарском проекте напоминали только номера бортов, проставленные на заводах в Детройте. Болван-дроид, утробно жужжа, ехал вдоль борта, смывая вчерашнюю засохшую грязь. Темно-зеленые щетки оставляли чистую полосу, на которой проступили ярко-красные буквы и цифры. В-81. По легенде, такой же номер был у борта, на котором ездил Сергей Дементьев.