Выбрать главу

— Что нужно? — Спросил он дрожащим голосом.

— Охранники пока не будут тебя трогать. Но, когда один из них подойдёт к нему или ко мне, скажи ему, что он кусок говна.

— Что? — Варя впал в стадию отрицания, — как это..?

…поможет нам спастись?

Но дверь открылась и он, к счастью, заткнулся.

На этот раз это был не охранник. Я понял это по тому, как была одета эта мразь. Все они здесь были отбросами первого сорта, а элитные ублюдки ещё и показывали это всем своим видом. Ровно бритая голова, чистые сапоги, кожаный нагрудник, почему-то переходящий в подобие юбки. Мода менялась настолько стремительно, что я не успевал за ней следить. Но ясно было одно — этот, с позволения сказать, человек явно не был из расходников.

И это всё меняло.

Я попытался сделать знак, чтобы Варя сидел и не рыпался, но тот был слишком увлечён появлением столь необычного посетителя. Нужно было срочно менять план. Ведь я запустил цепь событий, которая предназначалась вовсе не для такой ситуации… Но у меня не было способа вырубить Варю.

Фигура вальяжно медленно закрыла за собой дверь и прикрепила ключ обратно на пояс, рядом с ножнами, в которых покоился военный нож из легированной стали с шестью зазубринами и изогнутый под углом ровно 15 градусов, начиная с середины. Это был мой нож.

— Как у вас тут… Дела? — Без особых церемоний, но с ясностью в голосе спросил вошедший.

Со стороны обрубка донеслось мычание. Он явно пытался что-то сказать. Возможно, ему мешали ржавые гвозди в щеке.

— Простите, что? — Спросил владелец положения и подошёл к калеке медленной чеканной походкой, словно на него смотрела толпа зрителей, и необходимо было показать красоту движений всего своего тела.

Стон раздался ещё раз. Причём на этот раз даже мне показалось, что обрубок хотел что-то сказать.

— Наверное, теперь вы понимаете, насколько утруждающим бывает общение с быдлом.

В глубине души, которой я лишился много лет назад, я понимал, что всё движется в сторону необратимой катастрофы. И так оно и было. Это были не намёки. Жопа приближалась.

Пока всё не покатилось к чёрту, я решил хоть как-то намекнуть Варе, чтобы молчал.

— От лица всех присутствующих хочу поблагодарить за гостеприимство, — сказал я, строго поглядывая на Варю, но тот был словно под гипнозом.

Фигура с моим ножом повернулась ко мне лицом, но осталась стоять на том же расстоянии — шагах в трёх от меня. Сейчас для меня это было огромное расстояние, учитывая положение дел. И тел.

— А вот такую речь слышать — одно удовольствие. Редко встретишь воспитанных людей. Они… Повымирали что ли?

Он вдумался в свои слова и легко рассмеялся, пока не подавил смех, прикусив губу. С этой странной и зловещей улыбкой он продолжил смотреть на меня, словно в ожидании увлекательной беседы. Стоило потянуть время.

— Кажется, вы знакомы с Хранителем, — выдвинул я своё предположение скорее для поддержания этой странной беседы.

Это заинтересовало собеседника.

— Да.

Он явно сказал это искренне, потому что это выделяло его статус на фоне остальных. И он ничуть не ошибался в том, что птичек его уровня нам ещё не доводилось встречать. Мне стало интересно.

— Вероятно, у вас есть непреодолимое желание меня о чём-либо попросить?

Я знал, что это бессмысленно. Да и светские беседы для меня заканчивались быстрее, чем для других в обычных ситуациях. Но сейчас была необычная — я висел на крюках, а мой нож был у него под рукой. Единственное — на его месте я бы держал ремешок расстёгнутым, когда входишь в помещение к незнакомым людям. Впрочем, он явно был весьма уверен в себе. Это могло сыграть мне на руку.

— Давайте проясним, — предложил он, — здесь закончатся ваши жизни. Я не знаю, будете ли вы расстроены, осознавая этот факт, но посоветовал бы обрадоваться. Смерть — это освобождение! Особенно для таких как вы. Порой я устраивал мысленный эксперимент…

Он ненадолго замолчал, потому что задумался. В этой задумчивости он сделал шаг ко мне навстречу.

— Я думал, каково это быть таким дикарём как вы. Бороться за жизнь, как животное. Жестокость… Всё это насилие…

Он хотел было обернуться к покачивающемуся на цепях обрубку, но решил этого не делать.

— И конечно, я понимаю, каково думать о нас, тех, кто живёт на вершине. Мы другие, у нас всё устроено иначе. Наверняка же таким как вы всегда хотелось попасть в этот рай, стать такими как мы. Ведь так?

Я молчал и старался не смотреть на него. Дело в том, что, если бы я слишком долго пялился, он мог бы решить, что у меня слишком много сил. Это могло насторожить его, он стал бы более бдителен, а сейчас это ни к чему. А ещё с минуту на минуту выстрелит Варя, следуя моей инструкции…