Выбрать главу

— Да, мисс. Но он очень представительный. Настоящий денди. И хочет, чтобы мы его подвезли. Я сказал, что решение должны принять вы, мисс. Вы наняли эту карету для частной поездки… — Возница замолк в нерешительности. Конец шарфа, обмотанного вокруг его шеи, трепал ветер. Фонарь в его руке качнулся, и свет его упал в темноту, заставив засветиться капли дождя.

Позже Аманда не могла понять, что подвигло ее на положительный ответ.

— Приведите его сюда. Отказать ему будет не по—христиански.

Лицо возницы засветилось радостью — выходец из Ист—Энда, он редко сталкивался с порядочностью среди представителей привилегированного класса.

— Вы прелесть, мисс. И абсолютно правы!

Через мгновение он исчез. Аманда ждала, пытаясь успокоиться и унять дрожь в теле. Она уже свыклась с тем, что едет одна, и неожиданная перспектива появления попутчика ее немного, а может быть и сильно, смущала.

К тому же это был мужчина.

Аманде хотелось скорее продолжить поездку. Она не знала, сколько им еще добираться до Уэйлсли на Темзе, но ей казалось, что они весь день двигались довольно быстро. Возница все время погонял лошадей: наверное, ему самому хотелось как можно скорее добраться до места назначения, высадить единственного пассажира и вернуться в Лондон.

Дверь кареты снова открылась, и на Аманду легла огромная тень. На этот раз фонаря не было, а шум дождя за спиной мужчины придавал его появлению еще большую таинственность.

— Это очень благородно с вашей стороны, милая леди. Я постараюсь, чтобы мое присутствие смущало вас как можно меньше.

Произнеся эти слова низким, очень убедительно прозвучавшим в ночной тишине голосом, мужчина поднялся в карету, аккуратно закрыл дверцу, сел напротив Аманды и откинулся на подушки. Раздался резкий окрик возницы, хлесткий щелчок кнута, и лошади рванулись вперед. Карета закачалась на рессорах и покатила по дороге. Аманда устремила взгляд на случайного попутчика, пытаясь напустить на себя спокойствие, которого не чувствовала.

— Я рада вас видеть, сэр, — произнесла она смущенно. — В такую ночь никому не пожелаешь быть брошенным на дороге.

— Быть брошенным? Что вы имеете в виду?

Напротив Аманды сидел мужчина весьма впечатляющей наружности — как его метко охарактеризовал возница, — настоящий денди. Невозможно было усомниться в том, что он занимал высокое положение в обществе.

— Боюсь, я не… — Аманда умолкла, не зная, что сказать.

— Впрочем, я понимаю, почему вы так думаете, — любезно согласился попутчик. — Я был в Оксфорде по делу и решил вернуться верхом сегодня ночью. Но моя лошадь сломала переднюю ногу на этой ужасной дороге. Пришлось пристрелить бедное животное. К счастью, я заметил вашу карету и поспел к развилке как раз вовремя. Если я могу каким—то образом вознаградить вас за услугу, скажите мне не стесняйтесь.

Это честное признание, сделанное столь легко и небрежно, потрясло Аманду. Жалость, которую она сразу почувствовала к несчастному животному, убитому столь жестоко в эту дождливую ночь, резко контрастировала с безразличным топом, каким мужчина произнес эти слова. В то же время она понимала, что незнакомец, кто бы он ни был, просто констатировал факты, не открывая ей своих чувств. Он наверняка любил своего коня.

— Вы мне ничего не должны, — сказала Аманда. — Если кто—то и заслуживает вознаграждения, то это кучер или компания «Уэллс и Багби».

— Именно так оно и есть. — Аманде показалось, ее собеседник немного удивлен. — Вы не будете против, если я закурю? Дурная привычка. Женщинам нелегко с ней смириться, но нас, мужчин, табак успокаивает.

— Пожалуйста, курите. Мне всегда нравился запах табачного дыма.

Пока мужчина шарил в складках своего широкого плаща, она рассматривала его. Действительно, денди. Плащ из великолепной, очень дорогой ткани; роскошная бобровая шапка небрежно сползла на высокий гладкий лоб; высокие, до колена, сапоги из мягкой блестящей кожи, несмотря на налипшую на них грязь, выглядели весьма эффектно и свидетельствовали о том, что их обладатель принадлежит к помещичьему сословию. На руках его не было перчаток для верховой езды. Это удивило Аманду. Наверное, он снял их и спрятал куда—нибудь под плащ, подумала она. У него были смуглые сильные руки; в этот момент они открыли красивый серебряный портсигар и достали длинную белую сигарету. Портсигар захлопнулся со звуком, напоминающим пистолетный выстрел. И Аманда вспомнила, что у ее неожиданного попутчика должно быть оружие.

Его замечательное лицо — худощавое и резко очерченное — контрастировало с очень широкими плечами и длинными ногами. Прямой нос с широкими ноздрями, большой чувственный рот и взгляд из—под густых бровей, на удивление спокойный и ясный, словно этого человека ничто не могло удивить или потревожить.