Уж вампира — нередкого гостя своих детских кошмаров, Рю мог распознать и на смертном одре.
Стараясь скрыть дрожь в руках, Рю взвел курок и наставил на вампира дуло мушкета, уверенный, что рана не станет помехой для выстрела. Обнаружив себя пойманным на прицел, вампир неожиданно поднял ладони кверху, сдаваясь.
— Стой, — он втянул носом воздух, принюхиваясь, — погоди, Моретт, ты… — вампир мялся в совершенно ясных поисках оправдания права на жизнь, — ты ранен. Не стреляй, и я смогу облегчить твою боль, — заметив, как напряглись плечи Рю, и что он не готов снизойти до милости, вампир доверительно добавил: — я могу помочь.
— Помочь выпить мою кровь? — с затрудненным дыханием прохрипел Рю, сам удивившись, с каким усилием далось ему произношение нескольких слов.
— Мне не нужна твоя кровь, — ответил вампир со всей серьезностью, — она проклята.
— Что?
— Я отсюда чувствую этот гнилостный запах черного проклятья, — поморщился вампир. — Ты заражен.
И без того покрытого горячей испариной Рю бросило в совсем уж палящий жар. Рана в плече отозвалась с удвоенной болью. Если Рю и правда заразился от зверя проклятьем, то таким оно и должно было быть: быстрым, режущим, подававшим признаки жизни под кожей, ввергая в лихорадочную дрожь. От одной мысли об этом мушкет в руке Рю дернулся, заставив вампира сжаться под дулом.
— Меня зовут Альвар, — тон, с которым вампир старался расположить к себе Рю, звучал не представляющим угрозы, — я всего лишь алхимик. Собираю здесь травы, смотри, — в доказательство своих слов он раскрыл холщовый мешочек, демонстрируя веточки, листья и цветы, — я могу помочь тебе прямо сейчас.
— Ты ждешь разрешения добить меня, что ли? — будучи несведущим в алхимии, Рю с недоверием взглянул на содержимое мешочка, расценивая его, скорее, как сбор для приготовления ядов, нежели средство спасения.
— Ты и так скоро умрешь, черное проклятье не щадит никого, — со знанием дела отметил Альвар. — Гляди, самые обыкновенные ингредиенты, — он начал доставать из мешочка травы, каждую сопровождая пояснением: — лазурный горноцвет, мне еще посчастливилось наткнуться на переливчатый, представляешь? Казалось бы, похожие на вид, но отвар из одного и другого отличит даже ребенок, запах очень ярко выраженный. Это вообще банальный шалфей, дикий, правда. А тут что у нас? Пузырек с дымной солью. А еще у меня с собой в сумке лунная мука, наверняка слышал о такой.
— Это сильный опий.
— В больших количествах да, но я добавлю всего щепотку, чтобы притупить твою боль. Понадобятся и другие ингредиенты из моей сумки. Кажется, у меня был с собой толченный гриб вабнаб, он бы сейчас пригодился, — Альвар снял с плеч поклажу, чтобы убедиться в своих предположениях. — Нашел слезы фавна, — он потряс маленьким стеклянным пузырьком со светящейся зеленоватой жидкостью, — фавнов, конечно же, не существует, это искусственно выведенный компонент, как и экстракт…
— Много болтаешь, — не вытерпел Рю.
Удивительно, какая потусторонняя сила все еще удерживала его в сознании. Он ощущал проклятье каждой клеточкой тела, каждым напряженным мускулом, а беспрерывное словоизвержение увлеченного всякой дрянью вампира наваливалось на Рю ощутимым весом, сдавливая не только голову, рану, но и грудь, затрудняя дыхание.
Либо этот чудак действительно избавит его от страданий, либо приблизит конец.
Так или иначе смерть коварно готовилась привести приговор в исполнение.
Рю прикрыл веки, ставшие невыносимо тяжелыми, и, сколько бы упорно ни сопротивлялся грузному сну, все же уступил блаженной тьме и провалился в забытье. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем из беспамятства его вывел запах дыма и травяного отвара. Возле до смешного миниатюрного котелка, закипавшего над горящим хворостом, сидел Альвар, мечтательно уставившись на звезды. Заметив, что Рю пришел в себя, вампир лишь помешал томившееся варево, а затем глухо произнес:
— Когда живешь уже более сотни лет, начинаешь особенно ценить тишину. Мне нравится порой сбегать в лес, чтобы провести ночь у костра и попутно прийти к паре-тройке новых формул.
Рю издал хриплый вздох, теснее обнимая себя руками.
— Ты назвал меня Мореттом, — слова слетели с его сухих губ с измученным свистом, угасая.
— За годы противостояния было бы даже как-то невежливо не выучить ваш запах, — усмехнулся Альвар. — Можно взглянуть на рану? Хочу посмотреть на место заражения.
Рю дернул бровями в едва различимом протесте, хоть и знал, что отказ в его положении повлечет не больше пользы, чем вреда. Услышав, как Альвар дернул ткань куртки и обнажил рану, Рю ужаснулся тому, насколько неощутимы оказались прикосновения вампира.