Девушка стояла пошатываясь и смотрела на меня испуганно.
— Я не виновата, это всё она, заставила, не могу ей сопротивляться, правда не знаю где кинжал, — затараторила она.
— Всё нормально, успокойся. Лучше покажи, что в твоей лавке есть ещё интересного.
Глава 16
Венера завела меня в саму кладовую. Чего здесь только не было! Я набрала кучу ингредиентов для самых разных зелий, очень много мешочков пыли — практически всё, что здесь было. Ведьмы ещё изготовят. Возникла проблема: как теперь всё это донести до дома? Венера помогла и с этим. Достала на первый взгляд маленькую шкатулку, входит на две сложенные ладони, но когда заглянешь внутрь, оказывается, такой вместительный. Вещи попавшие в него, уменьшаются во много раз. Я сложила всё, даже ещё место осталось. Почему у меня не было такой шкатулки, когда с Анатолием летала на отдых в Тайланд? Тогда мы переругались из-за моих чемоданов.
Вспомнив Анатолия, я невольно скривилась. Как могла я столько времени потратить на такого человека? И почему он был со мной, если практически всё во мне не устраивало? Ладно, не будем тратить время на неприятные воспоминания, сейчас важно не опоздать домой, скоро Виталий приедет.
Поблагодарив Венеру я, моим любимым путём — через окно, полетела домой, прижав к груди шкатулку. Проникнув через окно кухни, сделала шкатулку невидимой и поставила в кухонный шкафчик. Далее, тихонько прошла по коридору, вернула Глорию на место, сняла с себя знак невидимости, хлопнула входной дверью и с улыбкой заглянула в комнату.
Тамара поднялась с дивана.
— Вернулась, а где покупки? Ты ведь вроде в магазин уходила?
— Хм, да я просто прогулялась, продуктов у нас достаточно.
— Ну хорошо, — ответила Тома и вернулась на диван. — Давай собирайся, через полчаса Виталий приедет.
— А ты? Разве не поедешь с нами?
— Нет настроения, да к тому же знаю я его отца, лишний раз не хочу с ним общаться.
— Неужели настолько страшный?
— Да как тебе сказать, вроде не страшный, но бывает, как посмотрит — хочешь под землю провалиться.
Я засмеялась.
— Ты как будто про Ба… хм, Эльвиру Степановну говоришь.
— Эльвира конечно тоже не подарок, особенно на работе, но в душе она добрый человек, просто жизнь тяжёлая. Сколько от мужа унижений перенесла, потом за сына билась, когда разводились. В конце концов пришли к мировому соглашению: ребёнок жил с каждым по очереди — месяц у него, месяц у неё. А сколько Виталику пришлось пережить! Родители ведь по-разному его воспитывали — отец был слишком строг, мать же во всём потакала.
— В итоге Виталий больше любит мать, — вспомнила, как говорил, что мама его самый близкий друг.
— Оно и понятно, отец с него всё только требовал, мать же просто любила. Вообще, я удивлена, что вы поженились, он же тебе не нравился.
— Он мне до сих пор не нравится и он моего согласия не спрашивал.
— Это как? — удивлённо уставилась на меня Тамара.
Пришлось рассказать, как всё было на самом деле. Должна же с кем-то поделиться, а она, уверена, поймёт меня, как никто другой. Да и не мешает Томе отвлечься мыслями от сына, а то жалко на неё смотреть.
— М-да, очень похоже на него, — задумалась тётя. — Чем старше Виталик становится, тем больше похож на отца. Уж если чего захочет… Но ничего, уверена, вы научитесь ладить.
— Я планирую развестись.
— Зачем? Он не настолько плох! Ну да, властный, упрямый, но ты тоже не ангел.
— Спасибо за замечание, сама знаю, — ответила смеясь, пока переодевалась.
— Неужели ты думаешь, что лучше встретишь?
— А если я уже встретила.
В этот момент зазвонил телефон, посмотрела на дисплей — Александр, тут же ответила.
— Да… всё хорошо… извини, сейчас не могу говорить, очень тороплюсь… Завтра? Завтра не могу, если только вечером… Хорошо, созвонимся.
На вопросительный взгляд Тамары, проговорила:
— Это как раз он — мужчина моей мечты, приглашает завтра на свидание.
— Лена! — возмутилась тётя. — Это уже ни в какие ворота. Ты же замужем!
— Не по своей воле и это временно.
— Нет, так нельзя. Сначала разведись, а уже потом хвостом крути.
— Не переживай, у нас всё скромно, как у пионеров, — произнесла, приводя волосы в порядок. — Разведусь я неизбежно, а упускать такого мужчину, как Александр, не хочу. Рядом с ним я душой отдыхаю, а с Виталием постоянный напряг. Долго с ним не выдержу, или он меня от ревности придушит.
— Вот именно, если узнает, то вполне может придушить. Ты очень рискуешь.
— Не волнуйся за меня.
— Легко сказать, не волнуйся, ты же мне как дочь, — Тамара тяжело вздохнула. — А я, такие планы строила…
В дверь позвонили, наверняка Виталий.
— Ну как я тебе? — спросила тётю, так как смотреть в зеркало в последнее время не люблю.
— Хорошо, только мрачновато. Зачем надела чёрное? У тебя ведь есть другие платья.
— В самый раз для данного мероприятия.
— Нет, тебе надо переодеться, всё-таки такой день, погоди-ка… — Тома встала, открыв ящик комода, достала из него коробку перетянутую красной ленточкой. — Купила тебе в подарок, как раз тогда, когда Игорь вечером… — она снова заплакала и опять быстро взяла себя в руки, — надень это, а на день рождения другое что-нибудь куплю.
Виталий упорно продолжал звонить в дверь, Тома пошла открывать, сунув мне коробку в руки и махнув в сторону ванной. Я быстро удалилась. Пока тётя разговаривала с моим мужем, я раскрыла подарок и ахнула — платье! Тоже вечернее, с длинной пышной юбкой, а главное, мой любимый цвет — небесно-голубой. Переодевшись и без зеркала поняла, как хорошо оно на мне сидит: лиф плотно прилегает к телу, юбка лёгкая, так и захотелось покружиться, только места здесь не хватит. Ну Тома! Угодила, так угодила!
— Ну вот, совсем другое дело! — восторженно произнесла Тома, как только я вышла из ванной. — Теперь сразу видно, что невеста.
— Тебе идёт этот цвет, прямо к твоим глазам, — оценил законный супруг. — Немного похоже на то, в котором я тебя встретил впервые.
Затем, посетовал на то, что Тамара не едет с нами, попрощался с ней и взяв меня за руку, вывел из квартиры. Я только и успела почти на ходу обуть туфли.
— Отец не любит, когда опаздывают, — объяснил он свою спешку и спас меня от падения, так как я, запнулась.
Ехали с водителем, сидя на заднем сидении машины. Виталий неоднократно пытался ко мне приставать: хватал за коленки, пытался поцеловать. Я упорно уворачивалась.
— Ты можешь думать о чём-нибудь другом? — не выдержав, спросила шёпотом.
— Не могу, когда ты рядом. Даже когда не рядом — думаю только о тебе.
Я усмехнулась.
— Скоро это пройдёт.
Он тоже со смехом произнёс:
— Да что ты меня всё пугаешь? Как будто скоро должна превратиться в лягушку.
“Практически, так и будет”, — захотелось ответить, но промолчала, так как ужаснулась, поняв, что очень не хочу этого.
Не хочу видеть его разочарованное лицо, что на самом деле он полюбил не красавицу, а дурнушку. Завтра же пойду к косметологу и к диетологу, и ещё, в тренажёрный зал, как только улажу все дела в больнице.
“Снимешь иллюзию — потеряешь красавчика!” — снова возникла моя сущность.
“Я велела тебе сгинуть! Сама разберусь, какой мне быть и с кем быть!”
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Виталий. — У тебя вдруг такое лицо стало.
— Ничего, просто задумалась… о брате, — не люблю врать, но не буду же я сознаваться о раздвоении личности.
— Всё с твоим братом будет хорошо, мы с мамой подключили свои связи, завтра ещё из Германии спецы приедут.
Я ошарашенно на него взглянула.
— Зачем? Из Израиля приедут, ещё и из Германии! Не слишком много?
— Чем больше специалистов, тем лучше. Разве не так?
— Всё так, но скольких денег это будет стоить?!
— О деньгах не беспокойся, — проговорил, поцеловав меня в висок.