Так что я никогда не слышал о стране Там-Наверху. Что за странное название! Как если бы существовала страна Там-Внизу, Там-Направо и Там-Налево. Не хватает только стран Там-Спереди и Там-Сзади — и были бы опробованы все возможные варианты. Но страна Там-Наверху действительно существует. Перед моим отъездом папа развернул дорожную карту кантона Во. Страна Там-Наверху находится внизу справа (не пытайтесь понять).
Итак, как я уже сказал, дело было в воскресенье. Мы уехали на автобусе из лагеря, который и так высоко расположен, — чтобы забраться еще выше. Из окна я восхищался маленькими коричневыми шале[7], крыши которых блестят на солнце. С момента нашего приезда в Шато-дэ все время шел дождь. Сегодня первый по-настоящему солнечный день. Пока мы ехали, я немного молился Богу (иногда это срабатывает), чтобы никто не заметил, что я — иностранец. Я и так уже заикаюсь, как монстр, а если еще отличусь тем, что сделаю что-нибудь, над чем будут смеяться… Четверо вожатых разбивают нас на группы, и мы начинаем движение. Через пять минут одна девчонка спрашивает:
— А еще долго?
— Какая нюня! — усмехается высокий блондин.
— Это настоящий бабский вопрос, — замечает его приятель, маленький, но злой, как в телесериалах.
— Заткнись, ты засоряешь атмосферу! — добавляет еще кто-то из группы.
Вожатые восстанавливают порядок и прекращают взаимные издевательства. Но делают это весьма вяло. Они скорее хотят получить удовольствие от голубого неба и окружающего пейзажа. Короче: обстановка как на войне. Малейшая ошибка — и ты опозорен. Я повторяю свою молитву. Иногда, когда молишься два раза, это лучше работает. К сожалению, я трогал пипиську вчера вечером в кровати. Бог, наверное, сердится на меня за это, и я ему обещал, что больше не буду.
После того, как мы прошлись по асфальтовой дорожке, старший вожатый указал на тропинку, которая круто уходит в гору. Начались серьезные дела. Мое сердце сильно забилось. Я так взволнован, как если бы мне надо было прочитать стих перед классом, а это — самое ужасное, что может произойти с заикой. Тропинка совсем узенькая, и мы вынуждены раздвигать еловые ветки. Я тихонько оглядываюсь вокруг. Высокий блондин карабкается вверх, как горный козел, будто он всю жизнь только этим и занимался. Что касается меня и моих путешествий по автостоянкам, то с таким опытом далеко не уйдешь.
Земля под ногами становится влажной. Время от времени мы перешагиваем через лужицы грязи. Я слышу разговор двух вожатых: надо ли продолжать поход? Учитывая то, что в течение трех дней непрестанно лил дождь, может быть, лучше спуститься в долину? Во мне возрождается надежда. Но другой вожатый отвечает спокойно, что нет, мол, разыграется. Что «разыграется»? Странное выражение. Кому охота играть, шагая по грязи в горах?
Я смотрю на своих товарищей. Они обуты в огромные ботинки до щиколоток. У меня же пара непрочных кикерсов из секонд-хэнда, потому что мы — политические беженцы. Когда нам выдали список вещей, которые нужно взять с собой в горы, то мне недоставало половины! Некоторые слова заставили нас попотеть. Например, К-Вей[8]. Что такое K-Вей? Словарь французского языка 1976 года не знал такого слова. И кроме того, «негорестная одежда» — это что имеется ввиду? Тут мы позвали на помощь тетю Эжени. Сидя за столом в гостиной, папа с мамой и тетя Эжени долго думали.
— «Горе» — это синоним «несчастья», по словарю.
— Значит, «негорестная одежда» означает вещи, которые можно носить легко и весело.
— Что ты мелешь, с твоими легкими вещами?! Ребенок идет в горы. Ему нужен толстый свитер.
— Да, но «негорестный» — свитер, который не жалко.
— Хорошо, но как это понимать?
Они рассуждали довольно долго. Наконец я взял всего понемногу. Теплые вещи, «которые очень жалко», футболки «жалко, ну ладно», футболки «не слишком жалко» и брюки «носи на здоровье». Короче, нормальные брюки. Что касается ботинок, то это было еще сложнее. У семьи, которая приехала из Бухареста и устраивает пикник на автостоянках, нет ни одной пары горных ботинок! Я заплакал.