— Миссис Эглантина Геревард.
— Теперь вы, сэр!
— Доктор Уилбер Гауэрвайн.
— А вы, мисс?
— Клеменс Кэндлер.
— И сколько каждый из вас планирует пробыть здесь?
Три новых гостя замялись. Как и первые два, никто, похоже, ещё не решил. Мистер Пайн вздохнул.
— Неважно. Майло, ты не мог бы оказать гостям любезность?
— Хорошо.
Майло скинул ботинки, снова подхватил чемодан и чехол с одеждой Эглантины Геревард и повёл гостей вверх по лестнице. Клем, оставшаяся в чулках, направилась за ним молча, но весело. Миссис Геревард напыщенно фыркнула и засеменила следом. Уилбер Гауэрвайн устроил целое представление, пока собирал свой скарб, а затем тоже двинулся по лестнице, и длинный чехол от подзорной трубы при каждом шаге ударялся о перила.
На площадке третьего этажа Майло остановился под бледно-зелёным окном, и они с Клем подождали остальных двоих.
— Тут располагаются комнаты для гостей, — сказал Майло, когда миссис Геревард и доктор Гауэрвайн их догнали. — Вы можете выбрать любую, какую захотите, кроме три «Е». Она занята. Там закрыта дверь.
Троица переглянулась. Клем взмахнула рукой и ослепительно улыбнулась:
— Прошу!
Миссис Геревард коротко кивнула и пошла по коридору. Пока она изучала незанятую комнату в дальнем конце, доктор Гауэрвайн занёс свои пожитки в ближайшую открытую комнату и свалил на пол.
— Забираю вот эту! — крикнул он.
В то время как пожилая дама демонстративно выбирала лучшую из двух оставшихся комнат, Клем подалась вперёд и тихонько спросила:
— Слушай, Майло, я думаю, на верхних этажах есть ещё свободные номера, а?
— Полно… А что?
Майло осёкся, но Клем его вопрос не смутил.
— Мне нужно тренироваться, — объяснила она. — Я с ума схожу без тренировок. А снега вон сколько нападало, вряд ли мне удастся побегать на улице в ближайшее время. Доставлю ли я неудобство твоим родителям, если поселюсь на другом этаже?
— Никакого. Правда! Я не думаю, что кто-то живёт на пятом. Это ещё два пролёта. В номере пять «W» классное окно с раскрашенным стеклом — вам понравится!
— Прекрасно!
А дальше по коридору миссис Геревард высунулась из двери номера «3N», расположенного рядом с комнатой мистера Винджа.
— Молодой человек, не могли бы вы занести мои вещи?
— Конечно, мэм!
Майло повернулся к Клем, но девушка уже умчалась вверх по лестнице.
Глава вторая
Мэдди
Когда Майло отнёс багаж миссис Геревард, поселил Клем на пятом этаже и наконец налил себе чашку горячего шоколада из кастрюльки на плите, добавив пару ложек взбитых сливок, он снова почувствовал беспокойство.
Было поздно, и отель наполнили незнакомые звуки. Дом звучал иначе. Даже воздух и тот пах по-другому. Он должен был пахнуть зимой, снегом, камином и горячим шоколадом. Да, эти ароматы чувствовались, но их перебивали запахи промокшего шерстяного пальто миссис Геревард, разбитого флакона духов Джорджи Мозель, да вдобавок потягивало табаком: доктор Гауэрвайн курил трубку на крыльце.
Майло присел на скамейку у стола в гостиной, где всего пару часов назад совершенно спокойно поужинал, пока гости не посыпались один за другим как снег на голову. Мама попрощалась с кем-то по телефону, который не выпускала из рук почти полчаса, повесила трубку и опустилась на скамейку рядом с сыном.
— Как ты, малыш?
Майло пробурчал что-то в свою чашку.
— Ну же, не переживай! Это я говорила с миссис Каравэй. Они с Лиззи вернутся помочь нам. Мы постараемся сделать так, чтобы ты смог отдохнуть на каникулах.
— Да?
Миссис Каравэй была управляющей отеля, а её дочь Лиззи, владевшая пекарней, приходила пару раз помочь, когда они не справлялись.
— Когда?
— Сегодня, если дороги не завалит. Но уже поздно. Им придётся ехать очень медленно. — Мама обняла его за плечи. — Хочешь посидеть со мной? Вроде бы я задолжала тебе кекс с мороженым.
В обычный день Майло с удовольствием бы сидел с родителями допоздна у камина. Иногда они читали, иногда играли в «Эрудит» или в карты. Но сегодня… Майло обвёл взглядом гостиную. Мистер Виндж, похоже, поднялся в свою комнату. Доктор Гауэрвайн последовал его примеру, после того как выкурил трубку. Миссис Геревард ещё не спускалась, зато Джорджи Мозель и Клем Кэндлер устроились в гостиной с горячим чаем в зелёных кружках. Синеволосая Джорджи забралась с ногами на диван, кружка стояла рядом на журнальном столике, а на коленях у неё лежала коробка из-под сигар. В одной руке Джорджи держала рулон изоляционной ленты, которой аккуратно обматывала стенки коробки. Рыжая Клем уселась на коврике, Майло с его места было её почти не видно. Она завязывала вокруг лодыжек белый эластичный бинт. Наверное, бег по лестнице до отеля оказался не таким уж безболезненным, как это выглядело.