Теперь Берил многое стало ясно. Она вскочила, с ужасом глядя на него.
- Ты был в клубе "Леопольд"? - спросила она.
- Да, был. Я знаю Анерлея. Я помог ему однажды, когда дела его были плохи.
- Значит, это вы спали в комнате номер четыре? - спросил Лесли, улыбаясь.
- Да, у меня была одна цель: рассчитаться с Суттоном. Никто, кроме Анерлея, не видел меня в клубе. Он удивился, увидев меня. Я сообщил ему, что чувствую себя скверно и хотел бы отдохнуть... Просил не говорить никому о моем присутствии... Случайно я получил комнату, расположенную рядом с той, которую занял Суттон. Я слышал, как он пришел, как он говорил по телефону. Потом я открыл дверь. Суттон вскочил, увидев в моих руках револьвер. Он попытался выстрелить первым, но я опередил его...
- Ты его убил? Это был ты? - шептала Берил, глядя в глаза своему опекуну. - Это правда, дядя Лоу?..
- Да, и мне ничуть не жаль. Теперь меня ждет суд... Если кто-то и заслужил смерть, так это Фрэнк Суттон.
Берил взглянула на Лесли.
- Ты знал об этом?
- Да, он знал все, - произнес Лоу. - В тот миг, когда я нажал курок, то почувствовал, что кто-то ударил меня по руке. Это был Лесли. Он выхватил у меня из рук револьвер и отвел меня к маленькой лестнице, ведущей на улицу...
- О, дядя Лоу! - Берил опустилась перед ним на колени и положила свою голову на его руки. Она рыдала и слезы их смешались. Когда оба немного успокоились, Лесли удалился.
- Он хочет найти Тильмана, - объяснил Берил старик.
- Тильмана? Но зачем? И кто такой Тильман?
Но дядя в ответ только неуверенно пожал плечами.
Ему предстояло выполнить еще одну тяжелую обязанность. Он ждал своего врача, и вскоре тот приехал. Проводив его, он послал за своим шофером.
- Отвезите меня в полицейский участок на Боу-стрит, - сказал ему Лоу. Потом вернетесь в Уимблдон и будете служить мисс Стендман.
...Городские часы пробили половину второго, когда автомобиль остановился у полицейского участка. Лоу Фридман стоял под дождем, отдавая последние распоряжения шоферу.
- Не ждите меня, - хмуро сказал он. - Может, пройдет немало времени, прежде чем вы за мной приедете, Джон. Завтра утром идите к капитану Лесли и переговорите с ним...
Твердыми шагами он поднялся по лестнице и подошел к дежурному.
- Я хотел бы видеть дежурного инспектора, - сказал он. Полицейский ввел его в ярко освещенную комнату.
- Меня зовут Лоу Фридман, - произнес он.
- Я хорошо знаю вас, мистер Фридман, - улыбнулся инспектор. - Чем могу быть вам полезен?
- Я убил человека, - спокойно произнес Лоу Фридман. - Вчера вечером я застрелил человека по имени Фрэнк Суттон... Его кличка - "Доносчик"... Я убил его в клубе "Леопольд"...
Дежурный инспектор с нескрываемым изумлением смотрел на пожилого джентльмена.
- Тут что-то не так, - сказал он и вдруг рассмеялся. - Я боюсь, мистер Фридман, - добавил он, - что вы видели красное вино, разлитое по ковру, и приняли его за кровь!
- Но, позвольте, я действительно его убил!
Инспектор покачал головой.
- Уверяю вас, вы ошибаетесь! Я только что вернулся из госпиталя, где лежит мистер Суттон, вернее, мистер Шталь... И он даже не ранен.
Фридман не верил своим ушам. Суттон жив?!
- Это какой-то сон, - хрипло бормотал он. - Но ведь я стрелял в него... так почему он - в госпитале?
- Он выпил по ошибке снотворное, которое приготовил для одной из своих подруг. Иными словами - он отравился. И если показания его подруги подтвердятся, его ждет виселица...
* * *
...Час ночи. Редактор Филд курит сигару в своем кабинете... Впрочем, газетчики - особый народ, у них нет определенных часов рабочего дня. Они могут работать сутками, ночи напролет. И отправляются спать только тогда, когда их главное и самое любимое детище - газета - готово к выходу в свет.
...Было три часа утра, но мистер Филд продолжал сидеть за письменным столом и курить сигару.
Перед ним лежал номер газеты, еще сырой от печати. Как ему удалось получить этот оттиск конкурирующей газеты? О, это была тайна, достойная пера Эдгара По! В другом редакционном кресле восседал Джошуа Гаррис. Среди бумажного хаоса на столе красовались хлеб, ветчина и пиво.
- Какие удивительные приключения таит жизнь человека! - мечтательно говорил Филд. - Например, какая-нибудь молодая леди неожиданно приглашает вас...
- Ну, этого со мной никогда не случалось, - ворчал Джошуа, жуя ветчину.
- Я говорю не о вас, а вообще... Это все похоже на радость, какую испытывает воин, победивший своего врага, - мистер Филд отхлебнул из своего стакана. - Но все это нельзя сравнить с удовольствием, какое испытываешь, читая газету конкурента!
- Они для нас уже не конкуренты, - заметил Гаррис, смакуя пиво.
- Да, мы их побили...
- Это я их побил! - пробормотал Гаррис.
- Да, вы один из героев этого дня. Поверьте, если бы я вас не подгонял, нередко даже путем личных оскорблений, вы не собрали бы никаких сведений... Вы все это как-то сразу раскрыли. Быстрее всех остальных... Эти типы, - он снисходительно кивнул на сморщенный номер конкурирующей газеты, - в течение нескольких недель натравливали лучшего из своих репортеров на эту историю! И что же? И ничего!
- Разгром! - кивнул Джошуа и глотнул пива.
- Вы раньше всех точно установили, что "Доносчик" еще жив! Да, это всецело ваша заслуга, - продолжая Филд.
- И доказательство высшей гениальности! - поддакнул Джошуа.
Телефон зазвонил, и Филд снял трубку.
- Меня больше ничего не интересует, - сказал он, - я хочу только одного - спать...
Говорил швейцар снизу. Филд, слушая его, добродушно улыбался.
- Ну хорошо, пусть поднимется наверх, - согласился он.
Филд повесил трубку и посмотрел на Гарриса.
- Один из ваших друзей пришел поздравить...
Мистер Гаррис был довольно равнодушен к поздравлениям. Но в этом посещении он чувствовал что-то особенное. Когда открылась дверь, и вошел "Тильман", широкая улыбка озарила лицо Гарриса. Он поднялся, чтобы приветствовать своего конкурента, так как Артур Джонс много лет считался одним из известнейших уголовных газетных репортеров.
- Я преклоняюсь перед вами! Вы - старая гончая, - сказал он, пожимая руку Джошуа. - Я как раз стащил один из первых экземпляров.
Филд напрасно старался спрятать сырой газетный оттиск под стол.
- Запомните, Филд, - наставительно произнес журналист, - ваш Гаррис сокровище! Вы всех обскакали, и даже - нас! Кстати, не видели вы нашего друга Лесли?
Мистер Гаррис посмотрел на часы.
- Он обещал непременно зайти поговорить со мной. Поэтому я еще здесь. Замечательный парень! Он потому и занял место в конторе Суттона, что выдавал себя за бывшего арестанта. Ведь Суттону для его темных целей как раз и нужны были такие люди с подмоченной репутацией. Потому он и пригласил к себе Лесли. В Скотленд-Ярде были подделаны его тюремные бумаги...
- Но почему этот сумасшедший сержант с Боу-стрит не узнал его? спросил бывший Тильман.
- Да кто его вообще знает? Когда его арестовали, он сообщил об этом полицейскому инспектору. Приехал Эльфорд и освободил его...
- Но кто же он, собственно?
В этот момент в комнату вошел Лесли и подал руку Гаррису.
- Мои сердечные поздравления! Вы неплохо поработали!
Джошуа улыбнулся, потом, обращаясь к Филду, торжественно произнес:
- Мистер Филд, разрешите представить вам инспектора Баррабаля из Скотленд-Ярда!
Мужчины пожали друг другу руки.
- Очень рад! - произнес Филд, который, услышав новость, едва не поперхнулся пивом.
- Ну, что же, я тоже рад, - ответил этот таинственный, странный, непостижимый Баррабаль. И он же - искренний и смелый капитан Лесли, тонкий знаток женского сердца и любимый человек некоей прелестной юной леди по имени Берил...