Тот кивнул.
– Честно говоря, я уж думал, придется на выручку спешить. У этих алкашей рожи были – зашибись!
– Это они не от злости, а от удивления. Василиса оперировала понятиями типа «долг», «честь», «порядочность», «достоинство», от которых они просто офонарели. Им, видишь ли, никто и никогда не говорил, что пить водку в песочнице – непорядочно.
Саша покачал головой.
– Если бы мне кто так объяснил, я бы тоже офонарел. Она что, больная?
– Нет, конечно. Просто она не может пройти мимо непорядка, несправедливости и прочей белиберды. Ей нужно, чтоб все было правильно.
– Упаси Господь! И долго она с нами ездить будет?
Виталий пожал плечами.
– Да покуда ее обратно не позовут. Она же хирургическая сестра, и очень хорошая, насколько я мог понять из сегодняшней с ней работы. Капельницу она поставила виртуозно. Профессионал высшей квалификации. Ты знаешь, как она у нас очутилась?
– Наслышан. Но, судя по ее сегодняшнему выступлению, странно, что она там так долго продержалась.
– Мне тоже. Ежели она всех жить учила, и врачей и больных, непонятно, как ее раньше не вышибли.
Они подъехали к станции скорой помощи. Ася пошла отчитываться за использованные лекарства, а Виталий ушел в комнату отдыха. Там в кресле сидела Оля с закрытыми глазами, уложив ноги на банкетку.
У Виталия защемило сердце. Она была такой милой и такой уставшей, что ему захотелось обнять ее и прижать к себе. Все-таки такая работа не для хрупкой женщины. Почему-то перед глазами всплыло лицо Василисы, до жути бодрое и энергичное. Виталий поморщился. Вот уж кому все нипочем!
Оля приоткрыла один глаз и кивнула.
– Вернулись? И как тебе Ася?
– Как тебе сказать. Профессионал она настоящий, но вот ее стремление исправить этот несовершенный мир мне не по душе.
Оля выпрямилась в кресле.
– Как это?
Виталий налил полный бокал кипятка, щедро насыпал растворимого кофе, добавил сахару, и сел рядом с Олей на стул. Выпил кофе быстрыми мелкими глотками, удовлетворенно вздохнул и только тогда ответил:
– Примитивно. Она алкашей жить учила. Не позволила им распивать спиртные напитки в детской песочнице.
Оля поразилась.
– Что, на самом деле не позволила? И как это?
– Поговорила, и весьма результативно. Впрочем, если б на меня обрушился такой шквал увещеваний, поучений и требований, я бы тоже смотался от греха подальше.
– Не думала, что она зануда.
– Она не зануда. У нее это все даже с юмором получилось. Просто мне такой образ жизни не по душе. Она мне призналась, что мимо несправедливости или непорядка пройти молча не может.
– Сложно ей, наверное, жить. Сейчас такой бойцовский характер большая редкость. – Оля не скрывала своего сочувствия.
Виталий сердито поправил:
– Бойцовский характер? В народе это называется стервозностью.
– Ты не прав. Она же по-доброму это делает?
Виталию пришлось согласиться.
– Но ты же не стала бы приставать к незнакомым людям с нравоучениями?
– Ты прав, не стала бы. Хотя порой и надо бы это делать.
В комнату вошла Ася и нерешительно остановилась на пороге.
Оля приветливо пригласила:
– Заходи, не стесняйся! Моя Валентина с Ниной за жизнь болтает. Может, чаю выпьешь или кофе?
Ася прошла в комнату и отрицательно покачала головой.
– Не хочу, спасибо.
Она внимательно посмотрела по сторонам. Оля обвела взглядом комнату вслед за ней и будто впервые увидела паутину по углам и грязь на кафельных стенах.
– Здесь уборщицы нет?
Врачи призадумались. Они не знали, есть здесь уборщица или нет.
– Не знаю. Во всяком случае, видеть, как кто-нибудь здесь убирал, мне не доводилось. – Оля не понимала, зачем это нужно Василисе.
Виталий встал, подлил себе еще кипятка. Взял кофе, хмуро прочитал вслух огромную надпись на банке, сделанную заботливыми коллегами ярким красным фломастером: «осторожно: кофеин! Соблюдайте разумную дозу!» Недовольно пробурчал себе под нос:
– И кто определял разумность дозы?
Ася тут же его вразумила:
– Разумная доза – это не более двух стомиллилитровых чашек черного кофе в день!
Виталий с Олей переглянулись.
Ася спохватилась.
– Ой, что я говорю, вы же это знаете лучше меня! Это просто привычка, извините! Уж лучше я тут пол помою, а то не люблю жить в грязи. Пойду ведро с тряпкой поищу.
Она вышла.
– Какая деятельная особа! Из тех, кто и минуты посидеть спокойно не могут. Если честно, то она меня уже жутко утомила. – Виталий был сильно недоволен.
Оля его укорила:
– Зря ты так. С таким человеком жить хорошо. Ничего делать не нужно, он сам все моментально сделает и помощи не попросит.