— Но Палн ежедневно общается с людьми. Эти его сеансы... Общения — сколько угодно, — возразила Ильгет, — однако он вполне ограничивается поверхностным. Видимо, он пробивается к власти, и попутные цели его сейчас не интересуют.
Арнис взглянул на часы.
— Что-то опаздывает твоя подруга. Ну вот, насчет Пална. Да, возможно, ты права. У нас есть, выходит, два варианта. Либо он сагон, но тогда он ведет себя нетипично для сагона... уж выйдя со мной на разговор, да и с тобой тоже — он не остановился бы. Я просто чувствую, что вот Хэрон на этом бы не остановился. Либо он НЕ сагон. Тогда он просто сильный ясновидящий, ощущает некие потоки... не то, чтобы мысли наши читает, а так, что-то приблизительно чувствует.
— То есть, короче говоря, мы опять имеем то же самое, — подытожила Ильгет, — никакой ясности. А вот и Айли!
Девушка приближалась к ним. Красивая, невольно отметил Арнис. И... что-то необычное ощущается в ней. Действительно необычное. Движения... легкие, точные, скрадывающие. Занималась спортивным рэстаном или каким-то похожим видом единоборств? Светлые прямые волосы забраны лентой. Глаза... большие, серьезные глаза. Внутренний свет. Айледа оказалась рядом с ними. Хорошая улыбка у нее. Тонкие пальцы скользнули в руку Арниса.
— Здравствуйте, Айледа.
— Здравствуйте.
Она на миг задержала взгляд на его лице, повернулась к Ильгет.
— Привет, Иль.
— Кстати, а чего вы так официально? — спросила Ильгет, — можно и на ты, я думаю? Пардон, что вмешиваюсь, конечно... Ну вот, Айли, это и есть мой муж.
— Сейчас еще познакомитесь... познакомишься и со всей нашей бандой, — пообещал Арнис.
Дети все были уже дома. Вечер. Лайна с Арли, как и договаривались, сварганили картошку с рыбой. Ильгет уже научила их пользоваться здешними варварскими приспособлениями. Дара сидела надутая.
— Мам, а почему они мне не дали варить? Я тоже хотела!
— Девочки, — Ильгет укоризненно посмотрела на старших. Те слегка смутились.
— Мам, ну она только мешает!
— Ладно, об этом мы поговорим позже. Ну-ка, на стол накрывать.
Мальчишки уже этим занимались. Айледа, заложив руки за спину, ходила вдоль книжного шкафа, читая названия на корешках.
Никаких крестов, статуй, картин христианских в доме не было, конечно. Единственное, что можно было себе позволить — вполне светская картина, изображающая святую Дару в момент, когда она бредет по дороге, босиком и с мешком за плечами. В конце концов, очень редкий эзотерик принципиально отвергает все христианское, наоборот... Тот же Палн постоянно рекомендует ходить в церковь. Энергией там подзаряжаться, свечки ставить. Вроде как ритуал. Объясняет, что в христианских церквях тоже люди обращаются к Единому Космосу, только называют его иначе. Ну и по сути тоже развивают в себе Космическое Сознание, хотя и не так эффективно, конечно, как предлагает он.
Но повесить на стену настоящее Распятие — слишком вызывающе.
Сели за стол. Ильгет вдруг сообразила, что детям не успели сказать про молитву, сегодня ее нельзя читать. Но дети еще не забыли психологического курса, никто не удивился и не потребовал молитву. Зато Айледа на миг перед едой застыла, сложив руки. Тоже, видимо, своеобразную молитву возносила... кому только.
Единому Космосу?
Айледе очень понравилась и рыба с картошкой, хотя Ильгет находила, что девочки ее недосолили, и чай с печеньем. Потом дети потащили все на кухню. Айледа покачала головой.
— Они у вас... дрессированные прямо. Как вам это удалось?
— Да как-то само собой получилось. Приучили так, — ответила Ильгет, улыбаясь, — а они уже большие, Анри вон уже пятнадцать, это взрослый парень. На Квирине такие, сама знаешь...
— Да, на Квирине он уже закончил бы школу, выбрал профессию, — согласилась Айледа, — а кем он собирается стать, кстати?
— Военным, — сказал Арнис. Ильгет бросила на него короткий взгляд.
— Тоже неплохо, — кивнула Айледа. Приласкала Ритику, которая по обыкновению терлась около хозяев и то одному, то другому клала голову на колени, — и собачка у вас прямо квиринская.
— А она и есть квиринская. Точнее, дочь квиринской собаки, которую мы привезли оттуда, — пояснила Ильгет, — эта порода есть и на Ярне, да и почти везде.
— Вот как... Красивая... Редкий окрас.
— Да, очень редкий. Мы хотим получить от нее щенков такого же окраса, но пока не представляем, как...
— Благородное животное, — проговорила Айледа. Благородное создание взглянуло на нее и гордо отправилось в свою корзинку и, повозившись, свернулось там пушистым светло-коричневым клубком.
— Давайте пересядем в кресла, — предложила Ильгет. Они перешли к мягкому уголку, под розоватый свет вечерней лампы. Дара по обыкновению забралась на диван рядом с матерью. Эльм тоже остался со взрослыми, а остальные разошлись по комнатам.
— Айледа, — спросил Арнис, — а почему ты решила посещать эту... ШКС?
Ильгет улыбнулась.
— Айли, это у него профессиональное... сейчас он у тебя интервью возьмет.
— Да ну, что тут особенного. Я, Арнис, давно уже интересуюсь такими вещами. Еще до того, как на Квирине побывала. Только я занималась с учителем, он берет людей индивидуально, не всех... А сейчас вот так получилось, что я должна здесь пожить, и он мне сам порекомендовал эту ШКС. Хотя с Палном я не во всем согласна.
Арнис пожал широкими плечами, улыбнулся.
— Ну для меня-то это все... вы понимаете... я вообще скептик. Ну, думаю, что-то такое должно существовать, какой-то Высший Разум, но... ясновидение, всякие эти астральные штучки-дрючки — я в это не верю. Целители эти... шарлатаны. Ну вот Иль сходила на прием — и что? Ничего ведь умного он ей не сказал.
— Ну положим, кое-что сказал умное, — возразила Ильгет. Айли покачала головой.
— Понимаешь, Арнис... Да, очень много шарлатанов. А еще вернее сказать, даже не шарлатанов, а людей, которые занимаются самообманом. То есть они кое-что, чуть-чуть совсем могут. А считают, что они могут очень многое, исцелять там и прочее. На самом деле доступ к Тонкому Миру возможен... для очень многих. Вот только без учителя, без опытного руководства там страшно очень. Многие поэтому рассудок теряют, если пытаются сами. Но с учителем можно. И ясновидение реально, и целительство. Есть те, кто могут... Не веришь?