Выбрать главу

Амбал это сразу почувствовал.

— Я ж не бутылку, — прогудел он. — И потом, мне, с учётом массы тела…

— Ладно, сегодня можно, — разрешил Канэко.

— Праздновать, конечно, особо нечего, — заметила Аяко. — Один из наших оказался кротом — это печально. Не секрет, что Утияма никогда мне особо не нравился, но мы с ним работали бок о бок, и он не раз выручал меня. Боевым товарищем был хорошим. Просто в голове не укладывается, что он — предатель!

— Риота изначально вызывал у меня беспокойство, — проговорил Канэко. — Он присоединился к нашему клану, но его характер, его аура так и не обрели в гармонию. И, честно говоря, не думаю, что Утияма прикладывал в этом направлении достаточно усилий. Мне кажется, он из тех людей, которые получают удовольствие от насилия. Может быть, даже неосознанно.

— Риота всегда действовал продуманно, — сказала Аяко, когда кэндзя замолчал. — Его разум преобладал над чувствами.

— Уверен, от этого Утияма тоже получал удовольствие, — ответил старейшина. — Собственный профессионализм тешил его самолюбие. А воин должен быть подобен катане — остёр, быстр и холоден. Оружие не знает гнева, ярости, жажды убийства. Избавляясь от личного, мы становимся инструментами и, тем самым, сохраняем гармонию. А выполнив необходимое, как и меч, возвращаемся в ножны.

— Красиво, — одобрил Хизеши.

— Как вы докопались до того, что Риота крот? — спросила Аяко, вертя в руках полупустой стакан с минералкой.

Философия клана Ки-Тора была ей хорошо известна, девушка не нуждалась в напоминаниях кэндзя. Что ей было нужно, так это понять, почему ямабуси, с которым она разделяла опасности, стал предателем.

— Мы уже обсуждали, что Хотэко не был похож на стукача. Он не подходил на эту роль. Почему же он вдруг решил сдать Эйко ястребам? — ответил Канэко. — Мы всё проверили и выяснили, что никакой связи между ней и стариком не существовало. Значит, Хотэко приказали сдать девушку.

— Но… в чём тут логика? — Аяко наморщила лоб.

— Логика пока мне самому до конца не ясна, — признался Канэко. — Надеюсь, Утияма прольёт на эти события свет.

Подошёл вызванный Хизеши официант, и все замолчали, ожидая, пока он примет заказ. Громила заказал бифштекс с кровью (заявив при этом «Для настроя» и хохотнув так, что Аяко невольно поёжилась), заправленный соевым соусом рис, васаби и сто грамм подогретого саке.

— Но с какого бока тут оказался Утияма, сэнсей? — спросил Хизеши, отпустив официанта. — Я в упор не просекаю.

— Кто выходил с Хотэко на связь?

— Риота, — ответила старейшине Аяко.

— А почему именно он?

— Да Утияма сам напросился, — брякнул Хизеши. — Сказал, что вмиг обработает старика. Дескать, маразматики — его профиль, — бугай хохотнул и вдруг замолк, нахмурившись.

— Неужели мысль заработала? — участливо поинтересовалась Аяко.

— Дык эт чё получается, а?! — Хизеши удивлённо хмыкнул. — Риота вызвался, потому что должен быть приказать Хотэко сдать Эйко отделу?!

— Браво, господин Хизеши, вы сегодня в ударе! — съязвила Аяко.

— Кончай, лапуля, — поморщился Хизеши. — Меня не думы думать нанимали.

— Твоя правда, — согласилась девушка. — Приношу свои извинения.

— Принято.

— Правильней сказать, что Утияма должен был передать приказ, — вмешался Канэко.

— Чей? Хаттори Дэйки? — быстро спросила Аяко.

Канэко медленно покачал головой.

— Не думаю.

— Разве это не ястребов происки? — удивился Хизеши. — Тогда чьи?

— Не знаю. Пока.

В это время официант принёс заказ Хизеши и принялся расставлять на столе приборы. Обслуживающий персонал понятия не имел, на кого работает, поэтому при нём ничего не обсуждали. Когда парень ушёл, разговор возобновился.

— Почему вы уверены, что Риота не сливал инфу Хаттори Дэйки? — обратилась Аяко к кэндзя.

— Не уверен, а предполагаю, — поправил Канэко. — Утияма мог сдать Эйко непосредственно ястребам. Однако действовал через Хотэко. Этому должно существовать объяснение.

Аяко медленно кивнула.

— Если он стучал ястребам, то зачем было вводить в игру Хотэко — это лишний риск, ведь старик мог его сдать, — сказала девушка. — Не нам, так другим старейшинам.

— Например, Таро Мацуде, который его инициировал, — поддержал девушку Канэко.

— Получается, и старик, и Риота в данной партии — просто пешки?

Кэндзя кивнул.

— У меня складывается неприятное впечатление, что не только они, но и мы.

— Их и нас использовали, чтобы Эйко получила доступ к Кава-Мидзу! — догадалась Аяко.

— Именно. А теперь давайте продолжим, пока всё не остыло, — Канэко взялся за отложенные на время палочки.