— Товарищ полковник, наблюдение за объектом установлено! — отрапортовал Ледок, выйдя из комнаты.
— Все нормально? — командирским тоном спросил Охотник.
— Так точно. Разуйтесь, пожалуйста. Хозяйка настаивает.
— Справедливо. Хозяев надо уважать.
Охотник снял ботинки и прошел в комнату, из которой велось наблюдение.
— Как хозяева?
— Порядок. Верят всему, им это даже нравится. Хотя баба немного ворчит. Я сначала хотел им заплатить за беспокойство, потом раздумал, решил сыграть на гражданском долге.
— Правильно. Это было бы подозрительно. Контора и вдруг — деньги.
— Вот именно. В провинции еще остались… простые люди. К счастью.
— Ладно. Что тут у вас?
— Кулибин пристрелялся! — сообщил Ледок.
— Серьезно? Ну, Кулибин, ты ас!
— Само собой.
Произнесший это мужчина сидел на стуле у окна и держал в руке наушники, прислонив их к уху. В команде он был на особом положении. И не только потому, что полностью отвечал за всю техническую часть: подслушивающая аппаратура и техника визуального слежения, всевозможный инструментарий, аксессуары, вплоть до фонарей и элементов питания к рациям — было на нем. Кроме того, в его ведении была аптечка. Аптечка в не совсем обычном понимании этого слова. Там не было бинтов и анальгина, но там были разные ампулки и порошки. Одни предназначались для того, чтобы развязать человеку язык, не особо интересуясь его желанием, такие Кулибин называл ласково: "скополаминчик", "натрия пентальчик" или просто: "сывороточка правды". Другие, тонизирующие, необходимые для того, чтобы взбодрить "бойцов" после бессонной ночи, а то и двух, и способные оживить Тутанхамона, он называл "котлетками". — Ребятки, скушайте-ка по "котлетке", а то вы какие-то вялые, как член Деда Мороза. Были там и другие инъекции, но о них "доктор" помалкивал. Главное, что Кулибин был единственным членом команды, заработок которого не зависел от конечного результата. И без работы он никогда не сидел. Такие специалисты всегда в цене. Это "пехоту" можно нанимать пачками, даже такую высококлассную, как Ледок, а он — штучный товар. Такой же, как Охотник. Но заработок Охотника зависел от результата, в случае успеха он получал несравнимо больше Кулибина, но последнего больше устраивала определенность и стабильность. А результат — дело зыбкое. Уж он-то знал.
— Ничего хитрого. Паренек-то курящий.
— Ага. Открывал форточку?
— Ну да. В домах, как видишь, — Кулибин был с Охотником на "ты", — топят, а на улице — весна полным ходом. Форточки — настежь.
— Где его окна?
— Вон те два, на пятом этаже.
— Постой, постой! У него же кондиционеры!
— А кому они нужны? Это летом. А весной форточка надежней. И приятней.
— Дай-ка бинокль. Та-ак, ну и куда ты всадил "комарика", снайпер? Ага, вижу! Штора прямо за форточкой.
Кулибин, прекрасно стреляющий, послал из специального ружья автономный микрофон КМ-3 бельгийского производства, известный спецслужбам как "комарик", благо расстояние позволяло. "Комарик" благополучно прилепился к первой же преграде на своем пути. Это была штора, а могла быть стена, рама, мебель, что угодно…
— Ну и как он?
— Весь на взводе. Болтает по телефону без умолку, курит одну за другой.
— Проверяют всех, выходящих из подъезда? В том числе стариков и детей?
— Да, как вы и приказали. Долго еще нам здесь пастись? Может, поактивничаем?
— Не будем торопиться. Так о чем он по телефону говорит? О грузе?
— Все больше о делах фирмы. С женой, матерью говорил, успокаивал…
— По теме было что-нибудь интересное?
— Единственное — завтра утром он обещал подписать платежные документы.
— Завтра утром?
— Ну да. К нему из фирмы хотели приехать, но он запретил, опасно, мол.
— Из этого можно сделать два вывода…
— Что "наши" бумаги еще у него и что до утра он никуда не собирается сваливать, — закончил фразу Ледок. — Если только, конечно, он не…
— Да, если только он не нам все это специально рассказывает.
— Непохоже, — высказал свое мнение Кулибин. — Он вроде ждет кого-то. Одна из фраз звучала так: "Он еще не приехал". И еще: у него здесь есть охрана. Он сказал: "Если они сунутся, получат отпор. Мои люди не хуже их".
И дальше: "Через пять минут после моего сигнала здесь будет взвод ОМОНа".
— Через пять минут? Значит у нас будет не больше четырех с половиной, — усмехнулся Охотник. — Придется уложиться в эти нормативы.
— Уложимся! — уверенно произнес Ледок. — Может, сейчас и начнем?