- В этом мире приказывать имеют право только сильные, удел слабых – подчиняться. Хочешь повелевать мной? Победи меня, – едва оторвавшись от его губ, она подхватила мужчину под руку, как какой-то мешок, унося в сторону имперской почивальни, что для удобства располагалась сразу за стенами тронной.
Небрежный бросок, и лицо мужчины, пролетев добрые четыре метра, врезалось в мягчайшую ткань огромной квадратной кровати, которая была не меньше четырёх метров в длину и ширину.
Красная накидка Ламии оказалась обычным халатом, что, лишившись пояса, плавно сполз с её плеч, полностью оголяя стройное женское тело. Неспешно, грациозно будто лань, девушка двигалась к кровати, плавно виляя бедрами, заставляя упругую грудь третьего размера невольно подрагивать от каждого её шага.
«Она не просто красива – она прекрасна» - подумал Олег, нервно сглотнув подкативший к горлу ком. Его наполненный злобой, отчаянием и ненавистью взгляд тотчас изменился, стоило лишь женщине оказаться в полуметре от него.
- Снимай, - не упустив из внимания его возбужденного взгляда скомандовала женщина, указав пальцем на штаны.
- А ты заставь, - приняв правила императрицы, ответил Жак, вызывая у Ламии широкую улыбку и провоцируя ее на действия. Сказать, что та была довольна таким ответом, ничего не сказать. Ни одному из ныне живущих не позволено было к ней так обращаться, и это распаляло женщину всё сильнее и сильнее.
- Вира… - едва слышно шепнула женщина, после чего острый как бритва ветерок срезал всю одежду мужчины, превратив ее в легкое напоминание тумана. – Майна… - добавила женщина, после чего одежда, превращенная в туман, чудесным образом повисла на петлях, прикрепленых к одному из столбов, на которых стояла кровать. Ламия наслаждалась удивлением парня не меньше, чем красотой его оголенного тела.
Опрокинув на спину Олега, который уже не сильно пытался сопротивляться, женщина тут же уселась сверху, без промедлений приставив член к складкам половых губ, сразу опустившись на максимальную глубину.
- Ах, - вырвалось из женщины. Она замерла, привыкаю к, судя по всему, новым для неё ощущениям. Олег непонимающе замер. «Эта женщина вообще знает, что такое предварительные ласки?» - мелькнул вопрос в его голове. После чего парень попытался приподняться и протянуть руки к бедрам женщины. Однако та тот час пресекла его попытку доставить ей чуть больше удовольствия. Заломав ему руки за головой, Ламия тихо произнесла: – Не мешай и потерпи немного… - вызывая у него очередную волну удивления и непонимания. «Что же, если ты настаиваешь…». Не став сопротивляться своей упертой хозяйке, мужчина расслабился, получая очередную порцию удовольствия, наблюдая за стонущей девушкой, которая взяла все обязательства и инициативу на себя.
Больше пяти лет мужчина горевал по своей любимой,покойной жене, боясь прикоснуться к другим женщинам. Он постоянно думал, «а что же скажет его единственная, когда они встретятся с ней на небесах?» – от этих мыслей не спасали ни самые жгучие красотки, с которыми пытались свести его друзья, ни крепкое спиртное, в которым мужчина пытался утопить горе. Но, когда органы узнали о пристрастии горе-отца, и пригрозили тому лишением родительских прав, мужчина тут же взялся за ум. Ведь в том мире для его не было никого дороже его маленькой дочурки. И ходить ему вечным холостяком, если бы не деревенский поп, который присматривал за их загородной дачей. Слова старца въелись в ум мужчины, когда тот сказал:
- Будь ты на месте Алеси, запер бы ты ещё живую душу её в клетке подобно птице, обрекая вечно петь о былой свободе, или отпустил бы, даруя волю да право любить или быть любимой. Мне можешь не отвечать, себе ответь, Олежа. - Эти слова заставили мужчину задуматься, и спустя уже несколько месяцев в его жизни стали появляться женщины. Но ни одну он так полюбить и не смог. Слишком мнимой оказалась свобода, о которой говорил священник.
Вот и в этот раз. Плотские утехи вперемешку со страстью и животными инстинктами. Механические движения, в которых не было ни грамма любви. Олег скупо улыбнулся, когда девушка уже во второй раз сжалась в конвульсиях, вдавливая в шелка его лицо своей пышной грудью.
«Я думаю эта не последняя ночь вместе, так что приберегу пару козырей на потом, может, удастся продать свои знания подороже» - подумал мужчина, а после скорчился недовольную мину – кажется, теперь он ничем не лучше тех людей, которых недавно сам же и презирал…
Глава 7 - Фридрих Паилс
Вторые сутки я засыпал и просыпался под пристальным взглядом этой высокой, стройной и крайне честолюбивой особы. Постоянные объятия с её стороны, поцелуи, касания и ласки не переставали заводить меня. Хотя, полное доминирование со стороны Ламии уже начало надоедать. Вот и в этот раз, после не столь продолжительных постельных мероприятий, женщина поспешила принять ванну и отправиться по своим имперским делам, оставляя меня под замком и пристальным наблюдением, в компании серых стен, стражниц, и нескольких горничных, среди которых, наконец-то, я обнаружил мужчину. Это меня несказанно обрадовало.