— Что вам предложить? — леди Макдауелл приторно улыбнулась, не сразу узнав меня. А когда поняла, кто перед ней… Нет, ей удалось удержать улыбку на лице, а вот глаза сразу превратились в два кусочка льда. — О, леди Хайд. Добрый день.
— И вам доброго дня, леди Макдауелл, — я тоже улыбнулась ей. — Вот, воспользовалась вашим приглашением и заглянула на трюфели. Вам их уже доставили?
— Да, конечно, — она взяла кондитерские щипцы и положила на фарфоровое блюдце несколько шоколадных конфет. — Угощаю.
— О, благодарю.
— Может, что-то еще хотите? — хозяйка «Розочки» натужно изображала любезность.
— Да, — сказала я. — Что у вас есть из напитков?
— Чай черный, зеленый, ромашковый, мятный, — перечислила сквозь зубы Макдауелл. — Какао, горячий шоколад.
— Тогда ромашковый чай и вон то пирожное, — я ткнула пальцем в корзиночку с кремом и фруктами. — Сколько с меня?
— Пятнадцать серебряных, — не моргнув, ответила Макдауелл.
Как хорошо, что я прихватила кое-что из сбережений Шерри. Придется пропустить пару ужинов, чтобы компенсировать эти растраты, но мне нужно знать уровень конкурентов.
Я перешла за столик, коих тут было пять, и почти все заняты. Но мне нашлось местечко с отличным обзором, откуда я могла и понаблюдать, как работает Макдауелл, и получше рассмотреть саму кондитерскую. Кафе, конечно, было выше похвал, не зря считалось лучшим в городе, и пирожное с трюфелями очень вкусные, однако слабые места все равно можно было найти. Например, напитки… Чай и какао — это хорошо, но где прохладительные соки, лимонады? Сейчас жарко, и они как раз были бы актуальны. Не хотела при хозяйке помечать себе это в блокноте, но в памяти сделала засечку.
— Орехово пирожное, пожалуйста, и чай с молоком, — к прилавку подошел темноволосый мужчина в клетчатом костюме. Он повернулся ко мне в профиль, и я узнала его: адвокат!
— Господин Лаф! — окликнула я его.
— Леди Хайд! — он улыбнулся, заметив меня, и направился к моему столику.
— А я уже подумывала, как вас найти, — сказала я, когда мы обменялись приветствиями.
— Еще не отказались от мысли о судебном иске? — адвокат сел рядом.
— Нет, конечно, — ответила я с некоторым возмущением. — К тому же я должна вернуться в свой мир хотя бы через полгода. У меня там деньги, и я не намерена их терять. На них у меня были большие планы.
— Ну хорошо, давайте договоримся на завтра, — кивнул Лаф. — У меня как раз в обед есть часа полтора свободных. Я заеду за вами, и мы заглянем в суд. Попробуем составить иск.
— Спасибо, господин Лаф, — я улыбнулась. — Буду очень вам признательна.
— Как вы обосновались на новом месте? — поинтересовался адвокат дальше. — К слову, прекрасно выглядите.
— Благодарю, — я поправила прядку волос. — Но с финансами в Хайд хилле действительно все очень трагично. Надо срочно это исправлять. Скажите, господин Лаф, смогу ли я в своем положении взять кредит в банке? Например, под залог особняка или кондитерской?
— Почему бы вам вовсе не продать кондитерскую? — предложил Лаф. — Зачем вам этот балласт? Выручите немного, но на какое-то время на жизнь хватит. Например, я слышал, леди Макадауелл ищет место, чтобы расширить свое дело.
Леди Макдауелл? Ни-за-что. Она будет последняя, кому я продам кафе, если вдруг решусь на такое.
— Видите ли, господин Лаф, на кондитерскую у меня пока есть некоторые планы, — ответила я. — Именно на ее развитие мне бы и хотелось взять кредит.
— Даже так? — адвокат усмехнулся. — А вы отчаянная. Но боюсь вас огорчить… Шансы получить банковский кредит на такое дело ничтожно малы, если у вас, конечно, нет знакомого банкира или другого состоятельного друга, который захотел бы рискнуть и вложиться в столь нерентабельное предприятие.
— А от государства мне, как вдове, не положены никакие дотации? — не отступала я.
— Дотации? — адвокат склонил голову набок. — Вдове государственного преступника? Помилуйте, миледи!
— Но я не заметила, чтобы ко мне как-то по-особому относились, — сказала я, задумавшись. — Несмотря на неоднозначную репутацию моего мужа. Ко мне приходят знакомиться соседи, меня приглашают на ужин, выказывают сочувствие.
Лаф придвинулся ко мне ближе и заговорил уже понизив голос:
— Не все так просто, миледи. И вы правильно сказали, репутация лорда Хайда была «неоднозначной». Но будьте осмотрительны, никому не доверяйте.
— Даже вам? — я прищурилась.
— Даже мне, — усмехнулся адвокат.
Внезапно дверь «Розочки» распахнулась, и в нее походкой хозяина ступил человек в черном плаще. Дракон короля. На миг в кондитерской воцарилась тишина.