Марго испуганно вскочила и захлопала глазами.
– Прости, родная, просто я так испугалась и сейчас безумно рада, что ты очнулась! Эмоции через край! Побегу, Валентина обрадую!
– Постой! – прокаркала пересохшим горлом – Пить!
Марго, резко развернувшись от двери, ринулась к небольшому столику, стоящему у противоположной стены от окна, на котором я не заметила графина с водой. Сестра протянула мне стакан воды.
– Только пей небольшими глотками. Да и нельзя тебе много.
– Кто такой Валентин? – нахмурилась я, делая первый, такой желанный глоток живительной влаги.
– Солнце мое, это тот хирург, который штопал тебя, а последующие сутки не отходил от твоей койки в палате интенсивной терапии! У тебя была слишком большая кровопотеря, да еще и внутреннее кровотечение… Он два раза выводил тебя из состояния клинической смерти.
Я слушала этот поток информации с открытым ртом. В то время Марго продолжала тараторить и сняла с меня капельницу:
– Катя боялась заснуть и пропустить твое пробуждение, еле смогли уложить поспать, да и то обманом в чай снотворного подмешали. Сергей приходил каждый день, чтобы рассказать, как продвигается процесс, но ты не приходила в себя. Между тем все ребята из отдела просили передавать тебе привет и скорейшего выздоровления. Я взяла все дежурства на себя на эти дни, чтобы всегда быть рядом с тобой. Кстати Валентин, тоже не уходил. Твоего бывшего посадили, а вот того, кто тебя купил, не смогли. Он иностранный гражданин, под юрисдикцию обычных оперативников не подпадает. Как только запахло жаренным, он уехал к себе в Италию. Но ребята все-таки напакостили ему напоследок – хихикнула Марго.
Я, пытаясь переварить такой объем информации, потерла пальцами виски, которые начинало ломить.
– Что натворили, твои чудо оперативники?
– Они в аэропорту сняли с борта весь его багаж, а он, кстати, был очень даже не маленький. Как выяснилось позже, этот бизнесмен пытался вывезти из страны очень приличную сумму наличных, видно в спешке собирался и не успел на заграничные счета перевести. Так же там обнаружена пара килограмм золотых и платиновых украшений. В общем, не плохая компенсация тебя ждет, когда встанешь на ноги.
– Вы тут таких дел наворотили, что я даже не знаю плакать мне или смеяться…
Катерина тихонько зашевелилась, и мы с Марго замолчали, но видно снотворное хорошо действовало, и дочка снова затихла. Сестра подошла и поправила съехавший плед и убрала золотистый локон с лица племянницы. Затем она вернулась к моей кровати и присела на ее край.
– И еще… – продолжила она мое информирование, о произошедших событиях, в период моего беспамятства – Тебя и Катюхи теперь нет в живых… По официальной версии ты умерла от кровопотери после изнасилования, а дочка, узнав о случившемся, убежала из дома в порыве отчаяния и попала под машину на улице Казанской. Спасти ее не удалось.
Я, молча, переваривала услышанное. Ребята молодцы. Все просчитали и провернули самым наилучшим образом. Только как мне теперь быть с документами? Где искать работу? Хотя если вспомнить о «компенсации», то с работой можно повременить, да и с документами проблем не будет. Сильный порыв ветра взметнул голубые шторы и этим вывел меня из задумчивости.
– Сестричка, у меня столько вопросов, что я даже не знаю с какого начать – произнесла я, глядя в такие родные карие глаза, в которых плескалось целое море чувств.
– А ты начни с того, который первый просится, даже если он самый глупый – рассмеялась Марго.
– Где нам теперь жить?
– Ты еще слишком слаба, так что ближайшие неделю – две, этот вопрос пусть тебя не волнует – сказала Марго и тут же хлопнула себя ладонью по лбу – Вот я старая клюшка! Я же про Валентина забыла!
Сестру словно ветром снесло с кровати и утащило в коридор, следом захлопнулась дверь, которая все это время была открыта. Покачав головой, я хотела устроиться поудобнее на кровати, но почувствовала, что мой организм явно заработал и требует удовлетворить естественные надобности. Предположив, что вторая дверь, находящаяся рядом с окном, ведет в санузел, я села на кровати и опустила ноги на пол. Легкое головокружение подтвердило слова сестры о том, что я слишком слаба. Однако организм уже вопил о своих потребностях. Придерживаясь за спинку кровати, я встала. Ноги, отвыкшие от нагрузки, предательски подогнулись, комната стремительно качнулась, и я с испуганным «ох» устремилась навстречу паркетному полу. От ожидания неминуемого удара я зажмурила глаза, но ничего не произошло, даже наоборот меня окутало какое-то сильное и надежное тепло. Я приоткрыла один глаз, а потом уже в оба удивленно уставилась на испуганное лицо очень красивого мужчины с потрясающими зелеными глазами.