Выбрать главу

«Она не шевелится! Она мертва!», — он хотел закричать, но слова застряли в горле, глаза увлажнились, мешая как следует разглядеть обстановку в комнате.

Марик опустился рядом с ее телом на колени и осторожно взял запястье жены в свои руки. Оно почти уже остыло, но все еще было мягким наощупь. Муж одной рукой потянул за предплечье к себе супругу, а другой приподнял голову, чтобы заглянуть ей в лицо…

И тут, она открыла глаза и удивленно на него уставилась. От неожиданности парень резко отпрянул в сторону, и Карина стукнулась головой о пол.

— Ты, что, очумел, меня об пол кидать? — возмутилась она, потирая ушибленный затылок.

— Ты…ты…ты… — попытался ответить супруг, указывая на нее указательным пальцем, но закончить фразу не получалось, слова путались, а язык заплетался.

— Да, это я, чего это ты заикаешься? Все-таки не удержался и набрался с утра пораньше со своими дружками? — вскипела она.

— Я… я… я… — снова попытался ответить он.

— Я же вчера тебя предупреждала, что мы утром поедем в деревню! И зачем ты меня сюда перенес с кровати? Тебе, что ли, заняться было нечем? Да еще на пол ронять! Ох, как я замерзла! Еще раз так пошутишь — получишь сковородкой в лоб.

Наконец, Марик совладал со своим речевым аппаратом и, шлепнув жену по мягкому месту, высказал все, что он о ней думает. Описав в красках, как это выглядело и свои ощущения, когда он вернулся домой.

Карина была удивлена не меньше супруга и честно пыталась вспомнить вчерашние причины, побудившие ее пренебречь уютом двуспальной кровати.

— Помню, что сидела вечером за ноутбуком и делала перед сном патроны в «Передовой». Да вот она, игра. Кстати, и включена, на экране — все та же локация завода в Мадриде. Задремала, проснулась от того, что ты меня дергаешь за руку. Правда, сон какой-то страшный снился, может, потом смогу его вспомнить.

Девушка пожала плечами и недоуменно уставилась на мужа.

— Карина, ты меня пугаешь! Если бы я тебя не знал, то подумал, что ты вчера перебрала. Ладно, собирайся, по дороге поговорим.

Потратив около часа на сборы, супруги отправились за город, в гости к дедушке Карины, Василию Николаевичу.

Выехав из Нижнего Новгорода по трассе Р-159, они неспешно преодолели более ста километров до поселка Боковая, затем свернули вправо, на дорогу в Воскресенский район. А там еще немного и въехали в село Владимирское.

Как обычно, по выходным, дачники своими «тачками», набитыми всяким хламом, заполняют загородные шоссе, чтобы провести уикенд на своем участке. В этот раз, всегда высказывающий свое недовольство и раздражение пробками, «персональный семейный водитель» даже не проронил ни слова. Весь путь в автомобиле царило молчание, каждый думал о случившемся и не мог понять, что же произошло.

Марик сосредоточился на управлении, отгоняя от себя мысли, упорно стучавшие в его мозг: «От нее не пахло алкоголем. А вдруг Карина подсела на наркотики? Что же делать? Как это проверить? Может, прямо спросить об этом? А, если она не сознается? Чем же еще можно объяснить случившееся? Ладно, поживем, увидим. А пока буду присматривать за ней. Надо, кстати, почаще проверять ее сумочку», — подвел свой мысленный вердикт муж.

Карине тоже разговаривать не хотелось. Она все еще не могла поверить, что сама разлеглась на полу посреди комнаты.

«Как Марик мог так глупо пошутить надо мной? Я для него готовлю, стираю, убираю, ухаживаю, пока благоверный под пиво развлекается в интернете. А он так поступил! Стоп, а он ли так поступил? Хотя мне даже в голову не придет там уснуть. Все, что я помню, так это сидела в игре… Что было потом — как в тумане», — девушка вновь и вновь напрягала память, и общая картинка начала прорисовываться более отчетливо. — И сон, вроде, про войну ночью снился, такой яркий, цветной. Как будто, все было наяву, какие-то образы солдат или убийц. Вроде кто-то гнался за мной страшный, огромный как чудовище, или стрелял в меня, желая убить.…Переиграла я в военную игру, наверное, вот и снятся мне ужасы на этой почве. Полный бред! Все равно не ясно, почему я лежала возле компьютера? Если это мой «толстик» прикололся, он за это поплатится! Рано или поздно проговорится и тогда сковородки ему не миновать! «Тефаль» и тут думает о нас!».

Выехав на окраину села, «надутые молчуны» припарковались у старенькой оградки, окружавшей заросший сад с бревенчатой избой посередине.

В этом видавшем виды строении и коротал свой век Василий Николаевич, пожилой, но бодрый мужичок, единственный и любимый родственник Карины. Всю жизнь он прожил в этом доме, доставшемся ему еще от своего отца. Как и покойный родитель, он проработал в колхозе конюхом до самой пенсии. И было бы все хорошо, но вот с женщинами в семье творилось какое-то наваждение, жен преследовали сплошные несчастья. Как будто их род провинился перед Всевышним, и Господь наслал на женскую половину проклятье.