1964
* * *
Время спать.
Но я опять не сплю...
Свет луны за окнами струится.
Не лунатик я
И не люблю
Этот свет с глазами мертвой птицы.
Выхожу из дома
И бреду
В снежное, полночное, лесное.
Ах, луна!
Ты снова надо мною
Заслоняешь дальнюю звезду.
Звездочка-малышка!
Не печалясь,
Подожди немного,
И луна
Поплывет,
Как парусник, качаясь,
И опять ты будешь мне видна.
Снова будешь весело лучиться
И гореть в космической дали.
Знаю,
Было нелегко пробиться,
Дотянуться светом
До Земли...
Мне ведь тоже было трудно:
Голод
В раннем детстве,
В юности — нужда.
Я с тобой в сравненье очень молод.
Только знаю — это не беда.
Не беда, что многим не потрафил,
Что воюю,
Как и воевал.
Лишь бы звезды трудных биографий
Мертвый свет луны не затмевал.
1964
* * *
Крыло зари
Смахнуло темноту,
И небо стало чище и яснее...
Как часто мы не ценим красоту,
Особенно
Когда мы рядом с нею.
Мы привыкаем
К отблескам зарниц,
К созвездиям,
К заплаканным березам.
К просторам, не имеющим границ,
Где бьются ливни и ликуют грозы.
Мы привыкаем
К лунной тишине,
Нависшей над заснеженной равниной.
Живем — не удивляемся весне,
Живем — и наши души не ранимы.
Да, мы не замечаем красоту...
Мы что-то ищем.
Что — не знаем сами.
И смотрим, смотрим, смотрим
За черту
Той красоты,
Что вечно рядом с нами.
И мечемся, как щепки по волнам.
И раньше срока
Уплывают в вечность
Любимые,
Доверившие нам
И красоту,
И молодость,
И верность.
1964
ОСЕННЕЕ
М. Алексееву
Земля моя с поблекшею травой,
Пронизанная болью журавлиной,
Вся в седине
И в посвисте былинном.
Позволь сказать, что я навеки твой.
Ты промолчишь, хотя ответят мне
Синичий голос, в тишине звучащий,
Рассветные рябиновые чащи,
Что вновь затосковали по весне.
Ты промолчишь, привыкшая молчать
Всегда, когда тебе в любви клянутся.
И стоит мне тебя рукой коснуться,
Ты все простишь, привыкшая прощать.
Летит к ногам последняя листва.
В лесу легко наедине с землею.
Земля моя...
Она во всем права,
И даже в том, что я чего-то стою!
1964
СЫНУ
У сына очи ясные,
Как роднички в лесах.
Два солнышка,
Два небушка
Дрожат в его глазах.
Глаза родные, мамины, —
Счастливые глаза.
Так пусть не затуманит их
Соленая слеза.
Ах, слезы!
Я их выплакал
И за тебя, сынок,
Когда ступал непрошено
На чужой порог,
Когда дырявой скатертью
Дорога вдаль текла,
И — ни отца,
Ни матери,
Ни ласки,
Ни тепла...
Военные пожарища,
Кругом — одна нужда.
И мы брели с товарищем,
Не ведая — куда.
Нас бабы сердобольные
Учили песни петь.
Нам говорили: —
Надобно
Разжалобить уметь...
По поездам,
По станциям
Мы пели, как могли,
О том,
Что сиротинушку
На кладбище снесли,
О том,
Что горе искони
Братается с нуждой.
И пели,
Плача искренне
Над собственной бедой...
Так пусть твои два солнышка,
Два небушка в глазах
Вовеки
Не купаются
В слезах.
1964
СОЛНЕЧНЫЕ КОЛОДЦЫ
Анатолию Калинину
В колодцах солнца не бывает,
Бывают звезды иногда.
И все же — солнечна вода!
Она в жару —
Не убывает, —
Не убывает
В холода.
И сколь ни черпай,
Не убудет,
Не потемнеет и во мгле...
Тропинки проторили люди
Ко всем колодцам на земле.
И хоть не храмами с крестами
Они стоят — всегда чисты,
Ты без поклона
Не достанешь
И капельки живой воды.
Не той,
Которая по трубам
Дойдет до крана и молчит.
А той,
Что там, в глубинах сруба,
Сердечком солнечным стучит.
И так стучит она от века,
Не умолкает никогда.
В жару — Напоит человека
И обогреет
В холода...
И в час,
Когда заря по кленам
Скользит и тонет в высоте,
Россия
Отдает поклоны
Живой колодезной воде.