Выбрать главу

— Гнездо их нашли?

— Какое гнездо? А, жилище… Да думали. Пока не знаем, охотники полдня в ту сторону прошли, нету ничего. Послезавтра с утречка рейд на два дня замыслили. Может, найдем те места, где эти твари ошиваются. А пока на тропе секрет выставили. И хитрую хрень сделали из бревна и лиан. Кто, такого роста, как они, зацепит нужное место, ему так прилетит, мало не покажется. В секрете четыре человека, у каждого по три копья. Все парни боевые, бесбашенные на всю голову. Кинг-Конга видели?

— Такого попробуй не заметь…

— Вот, он с ними. Второй день подарок ждем.

Сэм, как в воду глядел. На следующее утро проснулись от радостного ора на весь поселок. Это пришел дозорный секрет и притащил с собой ящера, причем живого. Его оглушило прилетевшим из ловушки бревном. Второго ящера удалось сильно покалечить копьями, он ушел, но вероятно недалеко. С такими опасными штуками в брюхе и в боку не особо получится. Ну, если врача рядом нет из своих. Ящер покорно волочился за своими мучителями по улице поселка, отовсюду из дверей выбегали заспанные люди из тех, кто рано не встает, и радостно начинали вопить, разглядев милое сердцу зрелище поверженного противника. Ящера связали на совесть, обмотав пасть и лапы кожаными ремнями. А к хвосту привязали здоровенный кусок бревна, чтоб не смел им даже шевелить. Динозавры из «Юрского периода» плакали бы как дети, наблюдая эту картину. Их просто накачали снотворным, от которого болела голова после пробуждения, а тут изощрялись над пленником самым драконовским способом. Как его сюда доволокли, да еще с бревном на хвосте, было абсолютно непонятно. Даже Кинг-Конг жадно, с хрипом дышал, обливаясь ручьями пота. Но факт есть факт. На площадь вышел представитель администрации и под всеобщее улюлюканье и танцы с копьями толкнул речь. Смысл ее был прост и незатейлив. Человечество круто, и каждый, кто вздумает попробовать даже самую грязную человеческую задницу на зубок, оставит там, то есть в заднице, свою голову, а о своих гениталиях может забыть не только он, но и все представители его расы. Вот так. Потом объявили пионерский костер с элементами инквизиции, кто хотел, помочился или плюнул на хвостатого демона, а предводители общин своими словами подтвердили сказанное администрацией. Пока ходили за топливом для костра, прилетел челнок. Костер на площади без бензина разгорался медленно, и пассажиры челнока имели несчастье выйти на площадь, когда как раз закончилась торжественная церемония и окончательно перешла в оргию. Ящер пылал с жалобным ревом на всю округу и смердел так, что желудки, случайно понюхавших их хозяев запах победы выворачивало наизнанку со сказочной скоростью. Редкий новичок не присоединился к этому торжеству людской гегемонии. А рейтинги шоу наверняка взлетели до небес, и часть зрителей поспешили укрыться в туалетах. Миллионы блюющих от дикого зрелища зрителей насмерть поразили саму вселенную в самое сердце. А ведь кто-то из присутствующих находил в себе силы еще радостно скакать, норовя копьем достать до челнока… Нет, конечно праздники сожжения были всегда, во все времена жгли хороших и не очень людей, порой даже героев, но чтоб с такой эпохальной нетолерантностью, такого история Земли еще долго не припомнит.

Может, поэтому обитателям форта сказочно повезло, к ним подписались аж четыре новичка и под шумок они свалили к себе наверх. Теперь их стало одиннадцать, и после такой жуткой казни к возможной собственной гибели большая часть из них относилась со спокойным равнодушием и стойкостью оловянных солдатиков.

Глава 13

— Командарм, чего дальше-то будем делать? По мне, так в развитии отстаем мы от поселковых.

— И что с того? Наш громадный плюс в том, что потерь мало. Мы считали, там каждый третий уже червяков кормит или врата рая разглядывает.

Петр с Выживальщиком сидели у срубленных лиан, с помощью которых предполагалось спуститься в колодец пещеры. Теперь их предстояло отнести наверх в форт, нашли нужные лианы достаточно далеко внизу, и спутники отдыхали перед предстоящим марш-броском.

— Так ведь поселковые не дремлют. Сейчас с ящерицами разберутся и примутся за нас.

— Ага. Или хвостатые очухаются и показательную резню устроят в ответ. Эта война надолго, поверь. В поселке пока анархия. Все гнут свою линию, китайцы вообще у реки новую Поднебесную мутят. А им надо объединяться.

— Ну вы вообще первыми оттуда свалили. Значит, правила не устроили. Что ж ты от других хочешь?

— Я спокойно жить хочу. Без вскакивания от каждого странного шороха. Только нам удалось грамотно свалить, приходим туда только к прилету челнока. А остальные, хоть и мутят что-то свое, но живут в поселке. Значит должны быть единые правила. А их нет. Вот когда объединятся, если смогут, тогда и посмотрим. Или если зима наступит, и мы будем вынуждены вернуться.

— И что тогда? Под америкосов ляжем? По мне, так и дальше надо отдельно от всей этой своры тусоваться.

— Игорек, вот скажи мне, куда ты денешься с подводной лодки? Да, придется договариваться, на поклон идти. Становиться вассалами, как в средние века мелкие землевладельцы. Главное, людей сберечь, которые нам поверили. Пойми, нас мало. А пока тепло, и мы здесь, надо напрячься и заработать себе очки, чтоб потом внизу с нами считались.

— Договоришься ты с внуками дядюшки Джо… Не успеешь моргнуть и уже для него на переднем крае с ящерами мутузишься. Или в шахтах камень добываешь.

— А ты хочешь, как на Земле? Имперские амбиции корчить, сидя по уши в дерьме, которое на тебя ведрами льют?

— А ты, значит, либерал? Если по щеке бьют, другую подставляешь и гундосишь про правильных и неправильных русских?

— Не либерал я. Только для того, чтобы выеживаться, кроме кулаков еще козыри нужны. Типа ровной экономики. Чтоб без тебя потом соседям обойтись трудно было. Все, политинформация закончена, пошли тягать эти гребанные лианы.

Вернувшись вечером усталыми до полусмерти, застали всех балдеющими у костра. В туристическом котелке на семь литров, который все же купили в последнюю ходку в поселок на все вырученные деньги, варились части небольшой свиньи, которую сегодня удалось забить дротиками. Самые мясистые куски жарили на ветках рядом. Хунг с Муней ходили исследовать плато. Как оказалось, слева оно постепенно сужалось и заканчивалось обрывом, уходящим вниз на несколько сотен метров. С него хорошо было видно местами реку и противоположные склоны гор, более высоких, чем плато. Но гораздо интереснее была правая сторона за плато. Оно тоже здесь круто спускалось вниз, а вот за ним была большая долина, на которой паслись многочисленные стада всяких копытных. Реки не наблюдалось, но зато вдалеке виднелось большое синее пятно озера и несколько лысых островков земли, видимо, тоже озер, но пересыхающих летом. Исследователи прошли по краю плато, и когда сверху было видно местность внизу, та долина так и продолжалась. Нашли и спуск к ней. Он был отмечен многочисленными тропами буйволов и других копытных, поднимавшихся наверх к солончаку. Дальше плато расширялось и поднималось выше, заканчиваясь вершиной в виде небольшого холма. До нее идти не стали. Опять пересекли плато и с другой стороны дошли до знакомых мест. Там зашли к солончаку и набрали в сшитый Профессором мешок из шкуры земли. Профессор завтра попробует ее залить водой и выпарить соль. Муня все это взахлеб рассказывал благодарным слушателям. Рассказ у него выходил интересным, а с его шуточками еще и смешным. И время от времени поляна содрогалась от дружного хохота. Потом долго рассуждали о копьеметалке. Профессору с пастухом удалось выскоблить шкуру буйвола, и у них теперь было не только еще два небольших одеяла для ночевки, но и два небольших кожаных бурдюка для переноски всякого хлама, на которых ушла последняя леска в лагере. Но шкур все равно не хватало и надо было срочно добыть еще зверюгу. Буйволы уже поняли, что люди — существа крайне опасные для их здоровья. Сегодня, заприметив Хунга и Муню, они мгновенно вылезли из воды и встали в оборонительный круг. В таком положении было крайне проблематично серьезно подранить кого-то. И, подойдя поближе на расстояние броска копья, можно было нарваться на встречную атаку. Чем она закончилась в прошлый раз, все хорошо помнили и не хотели бы рискнуть еще разок взлететь в воздух, покинув навсегда своих товарищей. Копьеметалка давала несравненное преимущество в этом деле, но вот как она устроена, никто не знал. Мясо на Земле нынешние колонисты добывали преимущественно в магазине. Выживальщик долго ухмылялся, слушая горячие споры о том, как она должна выглядеть, и наконец, сознался что представляет, как делать эту приспособу. Одна проблема, в копье должна быть дырка в хвосте, чтоб туда вставлять металку. Нужно было выдолбить в тупом конце хотя бы сантиметра два, а лучше три. Дальше дело менее хитрое. В приспособе укрепить обратный штырь. Или просто найти палку с подходящим сучком и сострогать его, как нужно. Сама палка изготавливалась так, чтоб было удобно держать копье и ее одной рукой при броске. Ближе к концу привязывалось оперение, собственно и все. Штырь вставляешь в дырку, одной рукой берешь все это дело и швыряешь, куда надо. Точность невелика, это тебе не лук, но если швырять всем вместе, кто-нибудь, да попадет. Для броска копья надо было подходить к жертве метров на пятнадцать, чтоб попасть, чемпионов по метанию среди них не наблюдалось, а с копьеметалкой любому можно было пулять и с сорока, если охотников много, то кто-нибудь да попадет. Петр предложил сделать рейд на реку, он вроде там вроде видел поросли типа бамбука. А в лагере профессор попробует расковырять ножом походящую палку. И неплохо бы сделать пращи из лоскутов кожи. Точность у них еще меньше, но для обстрела сойдет. Дротики могут и закончиться, не будешь же таскать их с собой охапку, а камней везде навалом.