На улицах Пирея, особенно в припортовом районе, шумно и многолюдно. Туристические суда под разными флагами швартуются иногда в самом центре города.
Оживленно на припортовом проспекте Пирея
Пирей существовал уже в V в. до н. э. И здесь много интересных памятников, хотя цель нашего захода, конечно, Афины. Все вопросы, связанные с поездкой в Афины, решились быстро и просто благодаря помощи советских представителей, и в первый же день стоянки мы совершили автобусную экскурсию по городу.
Сначала мы осмотрели современные Афины: беломраморный олимпийский стадион, дом премьер-министра, университет, академию наук, здание парламента. Не миновали непременный объект внимания всех туристов — королевский дворец. Короля в Греции уже давно нет, но его дворец по-прежнему охраняется часовыми. Замысловатая церемония смены часовых, с пританцовыванием и притоптыванием, рассчитана на зрителей, так же как и сами часовые несуществующего короля.
Побывали и около памятника Байрону. Поэт, воспевший эту страну и нашедший в ней свою смерть, изображен вместе с молодой прекрасной женщиной, символизирующей Грецию. Недалеко от памятника видны ворота древних Афин.
Еще несколько минут езды — и мы достигли своей основной цели — Акрополя. Акрополь по древнегречески означает «верхний город». Действительно, он расположен на холме с плоской вершиной, господствующей над окрестностями и в свое время являвшейся внутренней цитаделью города. У подножия холма — автостоянка. Отсюда по каменным ступеням пестрая разноязыкая толпа туристов из всех, стран мира поднимается к Пропилеям — входу в Акрополь.
Непрерывная вереница туристов поднимается к Пропилеям
Самое крупное и впечатляющее здание внутри Акрополя — Парфенон. Название Парфенон происходит от древнегреческого слова и означает «дева». Построен он в-447—432 гг. до н. э. как храм богини Афины-Парфенос (Афины-девы). Одновременно он служил и сокровищницей, в одном из его залов хранилась государственная казна. Афина — богиня войны, олицетворявшая собой ум и изобретательность, покровительница знаний, искусств и ремесел, обучившая, как гласит мифология, греков ткачеству, прядению и врачеванию. Парфенон пострадал в 1687 г. при осаде Акрополя венецианцами во время войны с турками. Не менее тяжелый урон нанесли ему в начале XIX в. англичане, вывезя многие статуи и барельефы. Кроме Парфенона в Акрополе есть еще небольшой храм богини Ники Аптерос, расположенный рядом с Пропилеями, и развалины некоторых других зданий.
Днем в Акрополе чувствуешь себя, как на сковородке. Солнце прямо над головой. Тень — только от собственного тела, где-то в районе пяток. Вокруг — стены и колонны из белого слепящего глаза мрамора. И в довершение ко всему бесконечное людское море. Но уходить со «сковородки» не хочется. Наверно, хорошо здесь побродить одному в лунную ночь!
Внизу, под самым Акрополем, видны руины древнего театра Диониса: фасадная стена, сцена, амфитеатр.
Развалины театра Диониса видны из Акрополя, как на ладони
Вокруг Акрополя до самого горизонта — море афинских крыш. Неподалеку — остатки храма Зевса, подкова олимпийского стадиона, около которого мы только что были, взметнувшаяся вверх церковь Св. Георгия — самая высокая точка Афин (154 м). Акрополь — второй по высоте (152 м). Все хочется запечатлеть в своей памяти и на фотопленке, запасы которой уже — увы! — на исходе.
На другой день в 10 ч утра судно посетили советский посол И. И. Удальцов и группа работников министерства морского транспорта Греции, в тот же день вечером состоялся визит дипломатов социалистических стран.
Судовые фотолюбители снимали гостей, поднимавшихся на борт, а при прощании вручали им готовые фотографии. Секрет ускоренного производства снимков прост: пленки и фотобумага обрабатывались спиртом. Снимки были непрофессиональные, конечно, но оперативность производила впечатление, а руководил этим «экспериментом» курсант Александр Жиляев.
Вообще курсанты — молодцы, и среди них можно найти мастеров на все руки: музыкантов, танцоров, фотографов и даже пекарей. Когда понадобился в рейсе пекарь, за это дело взялся Олег Караин. Хлеб выпекал — не стыдно на любой стол подать. С учебой у Олега не заладилось, и, он попросил освободить его от хлопотных пекарских дел. Тут же нашелся другой доброволец — Владимир Рыбкин. Пекарь другой, а хлеб — лучше прежнего, на берегу редко такой попробуешь.