Химик кивнул и ушел.
Глава 3
Взрывчатку мы получили следующим днем без каких-либо проблем. Просто приехали на извозчике, вместе с Васильевым, старшим среди химиков, зашли и, расписавшись в парах бумаг, получили свой ящик. И в придачу в нему пару полицейских низших чинов, для того чтобы те зорко следили за расходом. И сразу же отправились до нашей лаборатории.
Собственно ничего сложного в снаряжении гранат тротилом не было. Знай себе насыпай прессованные таблетки в корпус и запирай их там заглушкой. Потом, перед броском нужно будет лишь вкрутить запал и все — грозное оружие к бою готово.
Целого пуда нам оказалось много. Около десяти фунтов оставшихся в ящике, полицейские забрали обратно.
На следующий день было решено провести испытания. По совету полицейских мы выехали за пределы города и нашли пустое место. Небольшая впадина меж двух горок не позволит разлететься осколкам и причинить кому-либо вред. На испытаниях присутствовал я, Мурзин, Васильев, как старший среди химиков и помощник исправника Зверев с парой подчиненных.
— Итак, как вы будете взрывать ваше устройство? — вопросил недовольный Зверев.
— Думаю, вкопаем шест, к нему привяжем гранату, а кольцо дернем шнуром. Все мы спрячемся вон за тем обломком скалы.
— Никого не посечет, если взорвется?
— Нет, не должно. Замедление у гранаты мы сделали десять секунд, так что если что, то мы всегда успеем укрыться.
— Если «что» что? — вопросил Зверев.
— Если у кого вдруг руки кривые будут, — пояснил я. — А если честно, то в запале мы уверены, но не до конца. Так что на всякий случай давайте с вами укроемся.
— Что ж, давайте укроемся.
Мурзин кайлом раздолбил почву, воткнул в яму ствол от подрубленного деревца и бечевкой привязал гранату. Я же, привязал к кольцу веревку и протянул ее до нашего укрытия.
— Все готовы? — спросил я, оглядывая нашу компанию.
— Все.
— Все здесь?
— Да, все-все, — проворчал Зверев. — Можно дергать.
— Хорошо. Тогда я сейчас пойду усики отогну, а вы меня здесь ждите.
С предельной аккуратностью я разжал загнутую чеку. В последний раз проверил как держится на шесте граната и осторожно отступил назад. Взял в руки бечевку.
— Ну, дергаю, — предупредил я и потянул шнур.
Раздался громкий хлопок капсюля в запале, и мы застыли в ожидании. Десять секунд тянулись целую вечность. Я отсчитывал время на пальцах, загибая их:
— Один, два, три…, — громко произносил я и люди, прижавшись к скале, напряженно следили за моими руками, — семь, восемь, девя…
И тут она рванула! Оглушительная волна ударила в скалу, прокатилась по ней, поднимая пыль и, отразившись, затекла к нам, надавив на уши. И осколки частой дробью затарабанили по камням. Один из них рикошетом залетел к нам.
— Ого! — воскликнул Мурзин. — Взорвалась, Василий Иванович. Ей богу, взорвалась!
— Так ради этого мы и старались. Неужто ты не верил?
— Верил! Только все равно неожиданно!
Вы вышли из своего укрытия. Зверев хмыкнул и поднял с земли рваный металл.
— М-да, — только и сказал он, почесав в стриженом затылке. Видимо он до последнего момента не верил в наше изобретение.
Мы подошли к месту взрыва. Ствол дерева, к которому была привязана гранаты, вылетел из своего гнезда и лежал теперь расщепленный и сломанный наполовину. Тут же отыскали еще несколько осколков и по ним поняли, что насечки на корпусе особой роли не играют — сама граната разорвалась в хаотичном порядке и абсолютно не правильной формы. Но все одно, массивная чугунная оболочка могла натворить много дел, разорвись она рядом с человеком.
— Однако, Василий Иванович, — в голосе Зверева вдруг прорезались чуть-чуть уважения. — Скольких же человек такая штучка может жизни лишить и покалечить?
— Много, если кинуть удачно.
— М-да, много, — он подобрал еще несколько горячих осколков, попытался собрать из них пазл. Но не получилось и потому он сунул их в карман. Надо полагать потом покажет своему начальнику. — А сколько вы гранат с собой взяли?
— С полсотни штук. Думаю, нам хватит чтобы понять, что изобретение состоялось.
— Ага, состоялось. А скажите, сколько взрывчатки уходит на одну такую штучку?
— Мы остановились на пятнадцати золотниках. Или, если угодно, шестьдесят четыре грамма, плюс-минус.
— Ага, а вернули вы нам обратно десять с половиной фунтов. Это получается, что вы сделали…, сделали…, — он задрал голову и принялся подсчитывать в уме. Но я ему помог:
— Не мучайтесь. Мы сделали двести штук. Понимаю, понимаю, — перехватил я его удивленный взгляд, — хранить у себя мы гранаты не собираемся. Все до единой отдадим вам, но… у меня возникает вопрос, а не отнимите ли вы у нас наши изделия? Скажет ваш начальник, что я социалист и собираюсь взорвать наместника, и опять зажмет, не отдаст?