– Макар, а кто тот близкий человек, о котором ты говорил,– начал я издалека,– это твой брат или жена?
– У меня нет родни,– безразлично отозвался мой гуру и замолк, типа, всё объяснил.
– Что ж ты такой скрытный, Макар,– посетовал я. – Про меня тебе всё известно, а сам таишься, словно я тебе враг.
– Я вовсе не скрытный,– Макар удивлённо уставился на нахального дознавателя. – Просто это не мой секрет, извини.
– А почему ты тогда не рассказал, что жил в Питере,– обиделся я. – Это тоже чужая тайна?
– Я никогда не был в Питере,– возразил Макар,– с чего ты взял?
– Откуда же ты тогда знаешь Нику? – я уже начал откровенно наезжать на вруна.
– ЭТУ Веронику я и не знаю,– задумчиво произнёс Макар. – Мы встречались в одной из её прошлых жизней. Удивительно, но её тогда звали точно так же.
Сказано это было как бы между прочим, вроде как нет ничего более естественного, чем помнить свои прошлые воплощения, а я от такого откровения едва ни подавился. Несколько минут я переваривал услышанное и решил не углубляться в эту тему. А то вдруг окажется, что Макар и Ника были любовниками, а то и вовсе супругами. И что мне тогда делать? Отчего-то мне даже в голову не пришло подвергать сомнениям слова моего гуру, свои необычные способности он продемонстрировал весьма убедительно. Я решил зайти с другого конца.
– Кем же тогда тебе приходится этот загадочный близкий человек, чьи тайны ты так старательно охраняешь,– я постарался, чтобы мой голос звучал нейтрально, вроде как я просто так любопытствую, чтобы скоротать время. Не уверен, что мне удалось, потому что Макар ехидно усмехнулся и хлопнул меня по колену, обозначая конец перекуру.
– Это долгий разговор,– пояснил он,– а нам ещё нужно сделать пару ходок до темноты.
Я разочарованно вздохнул и поднялся. Понятное дело, Макару просто не хочется со мной делиться, вот и щёлкнул по любопытному носу, чтобы не лез не в своё дело. Как ни странно, на этот раз я ошибся. После ужина, когда наша расстроенная смертью брата гостья отправилась горевать на чердак, Макар налил себе чаю и задумчиво уставился в потолок.
– Ты хотел знать, кем мне приходится тот человек, чью тайну я поклялся хранить,– в его голосе было столько теплоты, как будто он говорил о своём ребёнке.
А ведь точно, как же я сам не догадался. Макару уже много лет, у него должны быть взрослые дети. Но, как оказалось, я опять ошибся. Я с этим человеком-загадкой постоянно попадаю впросак, даже уже надоело тыкать пальцем в небо. Игры в угадайку – это явно не мой конёк, нужно бросать это неблагодарное занятие.
– Мы с ним являемся одним сознанием,– торжественно произнёс Макар. – Ты ведь, наверное, слышал про родственные души?
– Это ты про две половинки, которые бродят по белу свету и ищут друг друга? – съязвил я, чтобы насмешкой завуалировать свою досаду. Отмазка про одно сознание показалась мне тогда притянутой за уши. Ну, чтобы не колоться про свою семью.
– Почему обязательно две? – Макар вполне натурально изобразил удивление. – Проекций высшего я могут быть десятки, даже сотни. Но в нашем случае их действительно две. По крайней мере, больше нам не встретилось.
Такое начало меня откровенно разочаровало, поскольку я рассчитывал на какое-то вменяемое и рациональное объяснение, а тут опять голимая эзотерика. Видя, что я насупившись молчу, Макар осуждающе покачал головой.
– Лис, ты знаешь, что такое высшее я? – задал он риторический вопрос и, не дожидаясь моего ответа, продолжил. – Высшим я обычно называют нечто расплывчатое и таинственное, вроде духа. Оно всё знает наперёд и управляет поступками человека. Примерно так?
– Ну да,– согласился я,– а у тебя другая версия?
– Что у тебя за тяга к мистике,– посетовал мой гуру. – В нашем мире нет ничего мистического, он построен на конкретных алгоритмах, которые вполне доступны пониманию. Высшее я – это просто мыслеформа в сознании Создателя. А мы являемся проекцией этой многомерной мыслеформы в трёхмерную среду его мира. Как ты понимаешь, у многомерного объекта может быть несколько проекций в среде с меньшей мерностью. Вот мы с моим другом как раз и являемся такими проекциями одной мыслеформы. Теперь понятно?
Ага, называется, объяснил, только ещё больше запутал. Какого-то Создателя приплёл. Не верю я во всю эту чепуху про сотворение мира, это просто сказки из библии, придуманные, чтобы дурачить доверчивых прихожан и разводить их на бабло.
– Похоже, ты веришь в научную догму,– усмехнулся Макар, видя, как я скривился при упоминании Создателя.