- Я не могу выбраться из квартиры, потому что моя рука...- закашлявшись, я с трудом восстановила дыхание. - Она прибита к полу ножом.
В трубке послышался едва различимый смешок.
- Прости, мне редко звонят с подобными заявлениями, - голос мужчины стал более серьезным. – Тот, кто сделал это с тобой, где он?
- Я ... - мой голос дрогнул, и я вновь закашлялась. – Кажется, я убила его.
- Понятно, где ты?
В ответ я продиктовала адрес квартиры, и опустив телефон в карман, надела капюшон на голову и зашнуровав вырез платья, поплотнее закуталась в пальто.
Холодный северный ветер, завывая врывался в распахнутое окно, принося с собой снег. В странном состоянии отрешенности, я наблюдала за снежинками, опускавшимися на покрытый кровью пол. Меня не волновала ни боль, ни усиливающийся с каждой минутой кашель. Я не смотрела на часы, и потому мне казалось, что я провела здесь целую вечность. Сознание никак не покидало меня, а краски вокруг постепенно теряли свою яркость. Все вокруг казалось черно-белым, словно весь мир для меня потемнел и лишь цвет крови казался по прежнему ярким и насыщенным.
Яркий свет хрустальной люстры слепил глаза, а потому я постаралась спрятать лицо в глубоком меховом капюшоне. Из коридора послышался звук отворяемой двери.
- Лили, - позвал меня бархатистый голос с легким узнаваемым акцентом.
Вошедший в комнату мужчина замер в дверях. Он выглядел молодо, и казался совсем еще мальчишкой. Через плечо у него был перекинут довольно большой кофр. С любопытством он оглядывал занесенную снегом картину. Я думала, он закроет окно, но вместо этого он, пригнувшись, подсел ко мне, с любопытством наблюдая за тем, какой обзор открывается с моего места.
Озадаченно хмыкнув, он усмехнулся.
- Эй, ты как? - поинтересовался он, встряхнув меня за плечи.
С головы упал капюшон, зажмурившись от яркого света, я в удивлении уставилась на иностранца, словно только сейчас обнаружив его присутствие. Свет казался столь болезненным, что я уткнулась лбом в грудную клетку мужчины, в надежде спрятать лицо. Он совсем не возражал, и запустив руки в мои волосы погладил меня по голове.
- Почему я не различаю цветов? - спросила я, дрожа всем телом.
Мужчина заинтересовано заглянул в мои глаза.
- Возможно из-за испытанного шока, - предположил он. – Думаю, нам стоит убираться отсюда как можно быстрее.
Прижав мою руку к полу своим коленом, иностранец зажал мой рот ладонью, выдернув второй рукой из ладони нож. Я вскрикнула от резкой боли, его ладонь лишь частично заглушила полный боли крик. На паркетный пол хлынула кровь. Стянув со своей шеи светлый кашемировый шарф, он прижал его к моей ладони. Перед глазами все потемнело, и на несколько сладостных мгновений я потеряла сознание. Однако облегчение было не долгим. Я очнулась от резкого запаха, стоя рядом со мной, мужчина распылял на лужу крови у моих ног какой-то химикат. Голова закружилась, и от резкой боли я вновь застонала. Обернувшись, блондин облегченно вздохнул.
- Хорошая девочка, ты довольно быстро пришла в себя. Потерпи немножко. Нам нужно покинуть дом незамеченными, поэтому тебе придется идти самой.
Обняв меня за плечи, он помог мне подняться. Перед глазами все качалось.
- Твой нож? - спросил он, покручивая в руке подарок Яна.
В ответ я лишь молча кивнула. Иностранец убрал нож в мою сумку, и закинув ее себе на плечо, вывел меня из квартиры, плотно прикрыв за собой дверь.
Опустившись на сидение неприметного черного мерседеса, я откинула голову назад, прикрыв глаза. Дрожа всем телом, я старалась не обращать внимания на тупую боль, сдавившую грудную клетку. Ноги в тонких кружевных чулках дрожали, а на лбу выступил холодный пот. Иностранец, представившийся Рэном, бросил на меня встревоженный взгляд. Согнувшись пополам от приступа кашля, я старалась не потерять сознание от душившей меня боли.
- Тебе бы надо в больницу, твой кашель просто ужасен. Скорее всего, и температура поднялась.
Выпрямившись, я устало покачала головой.
- Я не могу обратиться в больницу с подобной раной, тем более, после того что я совершила.
- Ты права, - он согласно кивнул.