Выбрать главу

Я сунул письмо в карман, хихикая в овсянку.

Моросил беспросветный мелкий дождь, когда на следующий день после обеда я шел вдоль ручья. Я пришел в лощину раньше Октобера, и мне пришлось ждать его, чувствуя, как капли воды стекают за шиворот. Как и в первый раз, он спустился с холма с собакой и сказал, что оставил машину наверху.

– Лучше нам поговорить здесь, если вы не боитесь сырости, – закончил он, – потому что, если нас увидят вместе в машине, могут возникнуть подозрения.

– Я не боюсь сырости, – с улыбкой заверил я его.

– Прекрасно… Ну что, как ваши успехи?

Я рассказал, что очень доволен новой лошадью Беккета и теми возможностями, которые она мне предоставляет. Он кивнул.

– Родди Беккет прославился во время войны скоростью и четкостью, с которыми он организовывал доставку провианта и боеприпасов. Не было случая, чтобы кто-нибудь получил не те снаряды или только левые сапоги, если за это отвечал Беккет.

– Я заронил семена сомнения в моей честности там и сям, но думаю, мне удастся сделать больше на этой неделе в Бристоле и в Бернсдейле в следующий выходной. В воскресенье я собираюсь участвовать там в матче по метанию дротиков.

– В этой деревне было несколько случаев допинга, – задумчиво произнес он. – Попробуйте закинуть там удочку.

– Это было бы очень кстати…

– А что отчеты, они вам помогли? – спросил он. – Вы думали еще о тех одиннадцати лошадях?

– Только о них и думал, – сказал я, – и мне кажется – хотя эго и очень небольшой шанс, – что вам удастся проверить очередную лошадь до заезда. То есть если очередная лошадь вообще будет… Хотя почему бы и нет – ведь мошенники до сих пор не попались.

Он посмотрел на меня с некоторым волнением. С опущенных нолей его шляпы стекала вода.

– Вы что-то обнаружили?

– Ничего определенного. Всего-навсего статистическая вероятность. Но скорее всего, следующая лошадь выиграет на аукционных скачках в Келсо, Седжфилде, Ладлоу, Стаффорде или Хейдоке. – Я объяснил, почему я так думаю, и продолжал: – Надо постараться взять на анализ слюну у всех лошадей перед всеми аукционными скачками на этих ипподромах – вряд ли будет больше одного такого заезда в каждых двухдневных соревнованиях, – а потом все это можно будет выбросить, если… если в колоде не окажется джокера.

– Задача непростая, – медленно проговорил он, – но думаю, это вполне возможно, был бы результат.

– Может быть, специалисты обнаружат что-нибудь интересное.

– Может быть. Но даже если нет, это все равно будет шагом вперед – мы будем готовиться к появлению джокера, а не хвататься за голову, когда это происходит. Почему только мы не додумались до этого давным-давно? – Он раздосадованно, покачал головой. – Теперь, когда вы предложили такой путь, он кажется просто очевидным.

– Просто я был первым человеком, который получил сразу всю информацию и стал целенаправленно искать объединяющий фактор. Все остальные расследования велись как бы с другого конца – в каждом отдельном случае пытались выяснить, кто имел доступ к лошади, кто ее кормил и так далее.

Он мрачно кивнул.

– И еще одно, – сказал я. – Эксперты из лаборатории не нашли следов допинга и посоветовали вам искать механическую причину… Вы не знаете, шкуры лошадей проверяли так же тщательно, как экипировку жокеев? Мне тут как-то пришло в голову, что я мог бы абсолютно точно попасть дротиком в круп бегущей лошади, а любой приличный стрелок мог бы проделать то же самое с дробью или маленькой пулькой. Это было бы как укус овода и уж точно подстегнуло бы лошадь.

– Насколько мне известно, подобных следов обнаружено не было, но я постараюсь выяснить точно. Да, кстати говоря, я спросил у химиков, может ли организм лошади разлагать допинг на безвредные вещества, и они утверждают, что это невозможно.

– Что ж, по крайней мере, с этим прояснилось.

– Да. – Он свистнул псу, который деловито рыскал по дальнему краю лощины. – В следующее воскресенье вы будете в Бернсдейле, а потом давайте встречаться здесь в такое же время каждое воскресенье и обсуждать, как продвигается дело. Если меня не будет на субботней тренировке – значит, я не приехал. Между прочим, вчера на Спаркинг Плаге вы уж очень явно продемонстрировали свое мастерство. Мне кажется, мы договорились, что вам лучше не производить чересчур хорошего впечатления. В довершение всего, – добавил он с легкой усмешкой, – Инскип отзывается о вас как о расторопном и усердном работнике.

– Черт… Чего доброго, еще зарекомендую себя с самой лучшей стороны.