Выбрать главу

Из-за вышеуказанных причин сплошь и рядом возникали связи между магичками и обычными нормальными мужчинами-не магами. Ведь на всех магичек одаренных мужчин не хватает, а рядом такие красивые и бравые офицеры! Которые, кстати, все поголовно потомственные дворяне. Ну и пусть, что неодаренные. Так и повелось. Одаренные девушки из народа пополняли ряды аристократии, не давая ей вырождаться. Одаренные парни, чаще всего рожденные уже в дворянских семействах, учились чему-нибудь и как-нибудь всему понемногу. Гвардейские офицеры, кому не повезло родиться одаренными, называли таких одаренных парней то профурсетками, то штафирками, и пытались окрутить магичку посильнее. Ведь слава о нравах магичек летела впереди них: они были страстны, любвеобильны, хороши телом, а главное независимы. Магички легко шли на контакт с неодаренными мужчинами и крайне редко имели детей. В общем, сложилось уникальное общество, где матриархат одаренных тесно переплетался с патриархатом обычных людей.

* * *

Опять лежу на процедуре пристёгнутый ремнями к кушетке. Лена, как и в прошлый раз, отделалась дежурной фразой, мол, это же для моего блага. А когда можно не пристёгивать? Как только выздоровею. А может хотя бы руки не пристёгивать? Нет. А может… НЕТ! Не отвлекайте, пациент, а то придётся рот пластырем заклеить…

Без лишних разговоров сдернула простынь, стянула с меня трусы, по-хозяйски облапала мои ноги, пробуя на ощупь тонус моих мышц, помяла в руках дремлющий член.

— Есть подвижки в состоянии, чувствуешь мои прикосновения? — спросила она.

— Нет, не чувствую. К сожалению, — с печалью в голосе ответил я.

— Тогда сегодня займёмся активной терапией, — с затаенным возбуждением констатировала врачиха и начала водить над моей нижней частью тела руками. Мне же оставалось наблюдать, как мой член опять наливается кровью и встаёт в боевую стойку.

Лена закончила размахивать руками, взяла пальчиками член, оттянула вниз крайнюю плоть и с нежностью поцеловала головку. Потом начала покрывать осторожными поцелуями ствол члена, спускаясь к его основанию. Посчитав, что с прелюдией покончено, взяла головку члена в рот и начала его посасывать. Ее движения становились все глубже и глубже. Мне прекрасно было видно, как мой член упёрся Лене в горло, не пуская его на всю длину. Девушка напряглась, поднадавила, и член проскользнул ей прямо в горло. Лена вобрала в себя мой член весь полностью и уткнулась носом в мои волосы на лобке. Сделав несколько фрикций горлового минета, Лена отстранилась и, отдышавшись, сказала: — Надо бы тебе здесь сделать депиляцию. Голенькие девочки любят голеньких мальчиков.

Затем она скинула с себя анарак и штаны, оставшись, в кожаном белье. Я залюбовался ладной фигуркой своей врачихи. Ни капли лишнего жира, стройное подтянутое тело с естественной красотой без всякого вмешательства хирурга. Посмотрел я на модифицированные тела в моем старом мире, был опыт. Здесь же все родное, натуральное.

Лена постояла некоторое время, давая мне рассмотреть себя в новом наряде, и медленно разделась донага. Затем без лишних разговоров залезла на кушетку, раздвинула пальчиками свою безволосую киску и медленно села на мой стоящий член, с наслаждением выдохнув: — О-о, да-а-а! Какой он у тебя большой и горячий! Молчи! — она увидела, что я хотел что-то сказать, и закрыла мне ладошкой рот. Я смирился, подчинившись воле врачихи. Лена выпрямилась и начала медленно подниматься и опускаться, скользя по члену и настраиваясь на свою волну. Через некоторое время дыхание у неё стало тяжелым, она начала убыстряться. По кабинету разнеслись влажные шлепки ее шикарной задницы о мой лобок. Она сжала в ладонях свои болтающиеся груди, прикусила губу и начала буквально вдалбливать меня в кушетку. Ох, какая ненасытная лекарка! Или у неё секса долго не было, или одаренные более выносливые, но ее энергичные скачки на члене продолжались минут пять! Я даже начал переживать за целостность ходящей ходуном кушетки. Наконец она вскрикнула, достигнув бурного оргазма, и распласталась на мне разгоряченным телом, подрагивая от бивших ее тело конвульсий страсти. А я почувствовал, что у меня в животе как будто вспыхнула искра, от которой меня прострелило от макушки головы до кончиков пальцев ног. Я замер, прислушиваясь к новым ощущениям. Ноги стало покалывать иголками, как будто я долго сидел в неудобном положении. Лена отмерла, поцеловала меня в уголок губ и с трудом с меня слезла на пол.