– Как пожелаете, – натянуто сказал он Менджиони.
Адмирал кивнула.
– Спасибо, капитан. А теперь я хотела бы вернуться в свою каюту. Это был долгий день.
– Разумеется, – сказал Кирк.
К сожалению это все.
Гэри Митчелл никогда не хотел быть капитаном звездолета. Его амбиции никогда не заходили дальше навигационного пульта. Но на этот раз он очень хотел быть командиром «Энтерпрайза». Таким образом, думал он проводя стандартную программу диагностики на своей навигационной консоли, он оказался бы в зале совещаний вместе с адмиралом Менджиони вместо своего друга.
Нет, он не думал, что Кирк не постарается выжать до последней капли информацию из адмирала. Все-таки капитан хотел знать что происходит не меньше, чем навигатор. Но Митчелла не волновали нарушения правил. Может быть он надавил бы на Менджиони сильнее, сбросив со счетов пресловутые намеки…
Навигатор остановил себя и вздохнул. Именно поэтому ты никогда не окажешься в том конференц-зале, сказал он себе. Ты слишком много рискуешь, чтобы получить ответственность за четыреста разумных жизней. Дай своему другу шанс, сказал он себе. Позволь Джиму делать то, что он может по своему. Если у адмирала можно что-то выведать…
Внезапно его мысли прервал свист открывающихся дверей турболифта. Повернувшись вместе со стулом, Митчелл увидел, как Кирк выбрался из кабинки и спустился к своему центральному креслу.
Навигатор продолжал пялиться на капитана, понимая, что в конечном счете поймает взгляд своего друга. На это требовалось время, но Кирк все-таки встретился с его пристальным взглядом. На мгновение его лицо окаменело.
Ну же, думал Митчелл, что ты узнал?
Капитан ничего не сказал. Он так очевидно нахмурился в знак признания поражения, что навигатору не нужны были слова, которые Кирк мог бы произнести вслух.
Проклятье, подумал Митчелл и его настроение упало. Даже теперь они хотят держать нас в неведении. Даже теперь.
Едва Кирк, с разочарованием, нависшим над ним как черное облако, опустился в свое кресло, он заметил своего йомена, приближающегося к нему с паддом в руке.
– Капитан, – сказала она.
Он кивнул ей.
– Джонс.
Женщина нахмурилась.
– Смит, сэр.
Капитан уставился на нее.
– Смит? – повторил он, интересуясь что именно она имела ввиду.
– Это мое имя, сэр, – объяснила йомен с самым покорным видом. – Вы назвали меня Джонс.
Кирк почувствовал, как нахлынуло смятение. Ну конечно же, ее звали Смит. И если бы он не был столь отвлечен тем, что сказала ему Менджиони в зале совещаний – или точнее тем о чем она не сочла нужным ему рассказать – он никогда не сделал бы такую нелепую ошибку.
Он видел, как Спок изучает его из-за научной станции мостика. Понятно, подумал капитан, вулканец был совсем не впечатлен умственными способностями своего начальства. Кирк повернулся к йомен.
– Мои извинения, – сказал он ей.
Она понимающе улыбнулась.
– Все в порядке, сэр.
Но все было совсем не в порядке, и капитан знал это. Он решил запомнить имя Смит, чтобы в следующий раз обратиться к ней правильно. Взяв у йомен падд, он снова посмотрел на Гэри. Навигатор повернулся лицом к видовому экрану, но Кирк чувствовал его разочарование. Он излучал его также, как солнце излучает тепло и свет.
Капитану было жаль, что он не смог принести лучшие новости со своего поединка с адмиралом – или хотя бы добиться надежды на то, что-то на горизонте. Однако н не думал, что Менджиони станет более общительной по ходу миссии. Она довольно четко дала понять, что Кирк просто не будет в курсе дела.
Вздохнув, он погрузился в бюрократических хлам, который предоставила ему йомен – отчеты о потреблении топлива, грузовые декларации и тому подобное. Капитану понадобилось больше получаса, чтобы пробежаться по ним, и на протяжении этого времени он много раз ловил себя на том, что его мысли блуждают, и всегда в одном и том же направлении.
Он хотел бы никогда не знать Менджиони. Он хотел бы никогда не оказываться в тех координатах, которые она дала. И больше всего он хотел бы никогда не видеть клингонский корабль в пространстве Федерации. Но он все это видел. А увидев это, было сложно сконцентрироваться на чем-либо еще.
Наконец Кирк закончил с последним пунктом в падде йомен. Повернувшись к ней, он вернул ей устройство и улыбнулся.
– Спасибо за терпение, – сказал он ей.
Джонс… нет, Смит улыбнулась ему в ответ.
– Без проблем, сэр.
После этого она покинула его и отправилась к турболифту. Смит, повторил про себя капитан. Ее зовут Смит. Почему у меня с этим такие проблемы?
Остальная часть утра Кирка прошла в неторопливых трудах. Когда его смена наконец-то закончилась, он снова передал контроль над мостиком Споку, вошел в турболифт, и ввел адрес назначения.
В прежние дни капитан предпочел бы отправиться в рек-зал, чтобы разделить обед со Скотти или Пайпером. Но в этот особенный день он не думал, что станет для них хорошей компанией. Вместо этого он решил пообедать в своей каюте.
Меньше чем через минуту двери лифта открылись на нужной палубе, и Кирк вышел. Он прошел по коридору полпути, когда услышал как женский голос называет его имя. Обернувшись он увидел кто это был. Она стояла там, освещенная сверху, и каждая черта ее лица выглядела столь же захватывающе, как и в тот первый раз, когда капитан увидел ее на «Республике». Он почувствовал к ней прежнее притяжение. Невероятным усилием воли он его придушил.
– Командер Юдрин, – сказал Кирк.
Андорианка нахмурилась, когда он воспользовался ее официальным званием.
– У вас найдется минутка? – спросила она его.
Капитан пожал плечами.
– Я хотел пообедать в своей каюте. Присоединитесь ко мне.
Фелана кивнула.
– Да, конечно. Это даст нам возможность поговорить.
Он мгновение изучал ее, задавайсь вопросом, о чем же она хочет поговорить. Потом махнул в направлении своей каюты.
– Сюда, – сказал он.
Когда они добрались до двери, Кирк ввел свой личный код и дверь скользнула в сторону. Андорианка обвела это место взглядом больших черных глаз, возможно сравнивая его с каким-то заранее представленным мнением, которое она держала в уме.
– Пожалуйста, входите, – сказал он.
– Спасибо, – ответила Фелана и ее антенны прижались к ее платиновым волосам в андорианском выражении благодарности. Дверь с шипением закрылась за ними.
– Садитесь, – сказал ей капитан. Потом он направился к репликатору. – Чем я могу вас угостить? – спросил он.
– Я не очень голодна, – сказала она, и ее большие черные глаза умоляюще посмотрели на него. – Может быть тарелку супа уррл с ростками кайзис. Да, и кукурузу в початках.
Он уставился на нее, чевствуя как нахлынули воспоминания.
– Кукурузу?
Коммандер улыбнулась, на мгновение превратившись в кадета, которого он знал четырнадцать лет назад.
– Помните как мне не нравилось, когда она застревала между зубами?
Кирк кивнул.
– Теперь, когда вы это упомянули, да.
Когда он в первый раз предложил ей кукурузу, то тотчас же пожалел об этом. Она пожала плечами и ее улыбка угасла.
– Похоже я к ней привыкла.
– Наверное, – скзал он.
Он запрограммировал репликатор на то что просила Фелана вместе со стаканом томатного сока. Все-таки она очень любила томатный сок, когда они были на «Республике». Потом он затребовал сэндвич с цыпленком, салатом и нарезанными огурчиками, и чашку черного кофе для себя. Все это появилось на подносе с серебряной отделкой, который он принес к черному обеденному столу в центре своей приемной.