Выбрать главу

— Да-да, выбросим этот вздор из головы. Посмотрите лучше, какая красота! Солнце, зеленые холмы, речка, деревья горят…

— Даже если это сон, то сон кошмарный. Подумать только — уничтожить целую планету, чтобы проложить какую-то трассу! — возмутилась Мелла.

— Я слыхивал о вещах похлестче, — сказал Форд.

— Где-то я прочел об одной планете в седьмом измерении, которую использовали как бильярдный шар в каком-то межгалактическом баре. Так вот, этот шар загнали в лузу, а лузой служила черная дыра. Погибло десять миллиардов разумных существ.

— С ума сойти! — ужаснулась Мелла.

— Зато этот удар принес тридцать очков, — заметил Форд.

Агда и Мелла переглянулись.

— Вот что, — сообщила Агда, — сегодня после вечернего заседания комитета у нас вечеринка. Приходите, если хотите.

— Конечно, придем, — сказал Форд.

— С удовольствием, — сказал Артур.

Артур и Мелла сидели рядом и наблюдали, как над тускло тлеющими деревьями восходит луна.

— Ты говорил, что эту планету уничтожат… — начала Мелла.

— Да, через два миллиона лет.

— Ты говоришь так, будто в самом деле в это веришь.

— Да, я верю. Мне кажется, я был там.

Мелла покачала головой.

— Какой ты странный, — сказала она.

— Вовсе нет, я самый обыкновенный, — возразил Артур. — Просто со мной произошли очень странные вещи.

— А что это за история с планетой, которая попала в черную дыру?

— Я думаю, Форд прочел об этом в книге.

— В какой книге?

Артур помолчал. Потом сказал:

— В «Путеводителе по Галактике для путешествующих автостопом».

— Что это за книга?

— Знаешь, я как раз сегодня выбросил ее в реку, — ответил Артур. — Вряд ли она мне когда-нибудь снова понадобится.

Перевели с английского Владимир БАКАНОВ, Валерий ГЕНКИН
Публикуется с разрешения литературного агентства Эндрю Нюрнберга, представляющего интересы автора в России.
Вы полюбили неунывающих героев Дугласа Адамса и вам не хочется расставаться с ними? Не печальтесь: знакомство можно продолжить. Издательство «АСТ» в своей серии «Координаты чудес» готовит к выходу в свет двухтомник Д. Адамса, куда войдут все пять романов, посвященных странствиям Артура Дента и его друзей. В нынешнем году книги этого автора появятся в продаже.

Юрий Борев,

доктор филологических наук

СМЕЙТЕСЬ, ПОЖАЛУЙСТА, КАК МОЖНО ЧАЩЕ!

Надеемся, наши читатели получили такое же удовольствие от встречи с Д. Адамсом, как в свое время сотрудники нашей редакции, прочитавшие ею произведения.

Романы Адамса называют сатирическими, но, согласитесь, невероятные эскапады его героев гораздо чаще вызывают улыбку, нежели саркастическую усмешку.

Так что самая пора поговорить о природе комического.

Естественно, в короткой статье можно лишь прикоснуться к этому божественному дару, позволяющему выжить в наше нелегкое время (впрочем, какие времена были легкими?).

А проводником в мир юмора будет профессор ИМЛИ, автор серьезного научного труда «Эстетика» и одновременно составитель книги анекдотов— жанра, который считается легкомысленным…

С первым апреля, дорогие читатели! Правда, не знаю, когда апрельский номер журнала дойдет до подписчиков, но это неважно. С первым апреля, потому что для людей, любящих смех, первое апреля длится круглый год.

Что же такое мир для смеха и смех для современного мира, которому иной раз не до смеха?

Через историю эстетики проходят утверждения о невозможности определить комическое и непрекращающиеся попытки (в том числе и скептиков) дать его понятие. Б. Кроче писал, что все определения комического в свою очередь комичны и полезны только тем, что вызывают чувство, которое пытаются анализировать. Цейзинг назвал всю литературу о комическом «комедией ошибок» в определениях и сам не удержался вписать в эту комедию свои строки. Иногда смех сравнивают с ртутью.

Толковый словарь поясняет: «Смех — короткие и сильные выдыхательные движения при открытом рте, сопровождающиеся характерными порывистыми звуками…» Однако если бы смех был только особым выдыхательным движением, то с его помощью можно было бы рушить только карточные домики. На деле же, как отмечал Щедрин, смех — это оружие очень сильное, ибо ничто так не обескураживает порок, как сознание, что он угадан и осмеян. Смех Вольтера бил, жег, как молния. Чаплин считал, что для нашей эпохи юмор — противоядие от ненависти и страха.