Бенедик не знал, радоваться ему или огорчаться. Что подумают все эти люди, когда он отошлет их любимицу домой? Эдак он восстановит их против себя. Неужели мало того, что собственные слуги уже смотрят на него с осуждением? Неужели не найдет он спокойствия в своем доме?
Усевшись рядом с Ноэль за хозяйский стол на возвышении, Бенедик обвел глазами быстро заполнившийся зал. Бедные крестьяне сидели бок о бок с землевладельцами, простая, поношенная одежда соседствовала с яркими шелками. Слуги торопились разнести двенадцать перемен блюд, чтобы и самим присоединиться к трапезе; к этой нехитрой работе привлекли даже Аларда, чему Бенедик был рад, ибо юнец постоянно болтался без дела, не зная, чем себя занять.
Никогда прежде не отличавшийся склонностью к обжорству, Бенедик с удовольствием накинулся на еду, вознаграждая себя за долгий пост в темнице. Жареные гуси, фаршированные голуби, орехи, сладкая пшеничная каша на молоке, щедро сдобренная корицей, так понравились ему, что он подкладывал себе еще и еще. Душистое вино с медом было великолепно, и когда Бенедик насытился и откинулся на спинку кресла с кубком в руках, то вдруг подумал, каков вкус этого напитка на губах Ноэль.
Подобная несвойственная ему мысль смутила рыцаря. Он выпрямился и бросил взгляд на свою подопечную. Та с улыбкой смотрела на пирующих, которые ходили между столами и распевали торжественные гимны и веселые песни, желая всем здравия, преуспевания и исполнения рождественских желаний. Одна из женщин махала в такт зеленой веткой, повелевая ей плодоносить.
Бенедик с омерзением хмыкнул. Что за глупость! Одни сады цветут и приносят плоды, другие чахнут; одни люди живут в достатке, другие бедствуют и умирают, но ничья судьба ни в коем случае не зависит от каких-то там пожеланий подвыпивших гостей!
Когда певцы поравнялись с его креслом, раздражение Бенедика достигло предела.
— Желаем веселого Рождества нашему доблестному сэру Вильеру, которого поздравляем с возвращением домой! — громко пропели они под радостные возгласы остальных. Бенедик, недовольный всеобщим вниманием, нахмурился. А певцы тем временем продолжали: — Пусть всегда будут водиться деньги в кошельке нашего господина и вино в его обширных погребах. Пусть крепок будет его прекрасный замок и пусть увеселяет его жизнь присутствие красавицы Ноэль!
И снова раздались радостные восклицания гостей. Бенедик мрачно усмехнулся. Когда крики наконец стихли и певцы отошли от его стола, он сквозь прикрытые ресницы посмотрел на свою подопечную. По-видимому, ее ничуть не смутили пожелания, поскольку на полных губах ее играла счастливая улыбка.
А может, она сама и подвигла их на такое приветствие? — вдруг мелькнула у него мысль. Неужели она рассчитывает завоевать его симпатии сентиментальными тостами? Неужели не понимает, что он всю жизнь боролся за себя сам, не прибегая к помощи других и не обращая внимания на чье-то там мнение, пусть даже и на самое доброжелательное?
— Отдаю должное вашим стараниям, но меня не трогают подобные глупости, — грубовато произнес он.
Глаза девушки расширились от удивления.
— Вы думаете, что это я их подучила? — спросила она.
— А разве не так?
Ноэль весело рассмеялась:
— Конечно, нет! Мои желания принадлежат только мне, сэр рыцарь, я распоряжаюсь ими сама.
Ну вот, она снова напоминает ему о том, что вознамерилась выйти за него замуж! Брови Бенедика поползли вверх. Разве не говорил он, что не желает обзаводиться семьей? Неужто она собирается настаивать на своем — даже после его решительного отказа?
Медленным движением Бенедик поставил чашу на стол и с минуту внимательно рассматривал ясное лицо девушки.
— А вы уже загадали свое желание, Ноэль? — спросил он, презрительным тоном подчеркивая отрицательное отношение к подобной ерунде.
— К вашему сведению, да, загадала, — весело отозвалась Ноэль. — А что? Вас это раздражает?
Услышав в ее голосе насмешку, Бенедик сжал губы и снова откинулся в своем кресле.
— Вовсе нет, просто мне не нравятся все эти пожелания и глупые тосты, — ответил он, твердо глядя на Ноэль. — С моей точки зрения, в них нет ничего, кроме бессмысленного набора слов, которые бросают на ветер в угоду пирующим. А вот вы совершенно по-детски верите в высший промысел и несуществующее волшебство.
Ноэль ласково улыбнулась, глаза ее потеплели.
— Напрасно вы так говорите, сэр рыцарь, ведь волшебство находится вокруг вас, — сказала она, широким жестом обводя празднично украшенный зал. — Когда еще, кроме как на Рождество, собирается такое количество людей? Посмотрите, как веселы они, как добры друг к другу, как едины в праздничном ликовании! — От возбуждения у нее перехватило дыхание. Улыбка угасла на ее губах. — Чувство братства и любви — вот что царит повсюду, а вы отказываетесь это замечать!